Давайте подумаем, что нам мешает нормально жить? Мешает нам то, что во главу угла экономического порядка положена человеческая жадность. Но жадность – это двигатель либеральной экономики. Что надо положить в основу нового экономического порядка вместо жадности? Очевидно то, что и должно лежать в основе всякого нормального экономического порядка – труд. Причём труд не на дядю хозяина, не на государство, не ради выполнения плана или какого-то другого рубежа, а труд для всех, как для своей семьи, и значит, для себя. Иначе говоря, труд на общественную потребность. Труд на удовлетворение общественной потребности, как бы он ни был тяжёл, никогда не будет подневольным трудом, потому что он будет содержать в себе элементы добровольности, творчества и, главное, возможности самореализации работника как личности, или как просто полезного для общества человека. Тяжесть труда должна компенсироваться достаточным временем отдыха, а время труда – свободным временем. Человек не должен работать «на износ». И, конечно, вознаграждение за труд должно соответствовать его (труда) стоимости.
Другая проблема, требующая скорейшего решения – это сверка и переосмысление общих понятий. Иначе мы не поймём, о чём говорят политики, что они хотят от людей, мы будем постоянно заблуждаться в решении даже простых задач. Например, употребление понятия «стоимость» в том виде, в каком оно дано у Маркса, только повредит делу, ибо рабочее время участвует в создании стоимости точно так же, как стрелка тахометра во вращательном движении двигателя. С другой стороны, у Альфреда Маршалла, например, понятие «стоимость» до неразличимости совпадает с понятием «цены», что тоже неверно. Однако это вопрос сложный и я его привёл, чтобы показать, что и у науки дел «не впроворот».
Есть вопросы более простые, которые тоже требуют осмысления общих понятий, так необходимых уже в сегодняшней жизни. Это, прежде всего, – вопрос о власти. Кому принадлежит власть в России? Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся к Конституции РФ, а так же кратко напомним конституции советского времени.
По Конституции 1918 г. власть принадлежала Советам, что соответствовало целям революции. По Конституции 1936 г. вся власть принадлежала народу. По Конституции 1977 г. вся власть тоже, вроде бы, принадлежала народу, но появляется загадочное «ядро политической системы», обладающее руководящей и направляющей силой. Зачем? Для какой надобности? За этим скрывается тот самый поворотный пункт, по поводу последствий которого сейчас произносится великое множество языческих причитаний. Тут и плач по Советскому Союзу, тут и сожаления о том, что Россия в 1917 году «сбилась» со столбовой дороги, по которой все цивилизованные страны шагают к своей заветной цели – к финансово-экономическому кризису и к глобальной экологической катастрофе. Много о чём плачут наши плакальщики, и сквозь их стоны слышен один и тот же вопрос: «Что делать?», «Что делать?», «Что делать?» Странно только то, что этот же самый вопрос задаёт Ю.И. Мухин, которого никак нельзя отнести к вышеупомянутым плакальщикам. Здесь определяющую роль сыграла вера.
Всякая вера есть наркотик. И вопрос известного литературного героя: «Почём опиум для народа?» - не шутка, а очень серьёзная истина. Говорят, Гегель как-то выразился в том духе, что мыслитель верит в Бога не так, как верует старушка. Действительно, мыслитель, веруя, сохраняет разум. Старушка (или старичок) растворяются в вере без остатка. И неудивительно, что среди этой публики встречается много блаженных, как в переносном, так и в прямом смысле слова.
Верить можно во что угодно: в Бога, в НЛО, в экстрасенсов, в колдунов, в марксизм-ленинизм и т.д. Можно верить в закон, в его силу. Истово верующие в закон считают, что изменяя закон в «лучшую сторону», можно изменить действительность. Это – самое распространённое заблуждение среди людей. Ведь закон «улучшается» только тогда, когда имеется противоречие между действующим законом и наличной действительностью, когда закон уже не в состоянии разрешить это противоречие. Потому что закон всегда идёт за действительностью, а не впереди её. Какую же действительность отражает современная Конституция РФ? И прежде всего, кому принадлежит власть по Конституции?
Статья 3 Конституции РФ говорит, что «носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является её многонациональный народ». В статье «Помогите судьям совершить преступление» («СИ», №26) Ю.И. Мухин приводит академический комментарий к этой статье Конституции: «Общим понятием «суверенитет» (от нем. Souveranitat, от франц. souverainete) - дословно «верховная власть» - подчеркиваются два свойства власти - единство и верховенство».
В статье под №4 «Взяли власть, что делать?» (Официальный сайт Ю.И. Мухина) Юрий Игнатьевич комментирует слово «суверенитет» как «нет Бога, кроме Бога».
Академиков нам, смертным, принято слушать с «открытым ртом». Но нынче академик пошёл некачественный и рот как-то не открывается. Поэтому, если кто-то из академиков переведёт мне слово «суверенитет» как «верховная власть», то кто-то из нас двоих – идиот. И я даже знаю кто. «Общее понятие» произошло от французского «souveinete», которое, в свою очередь, восходит к латинскому «superus», что означает «высший». А высшим может быть что угодно: и качество, и проба, и власть, скажет академик. Нет. Для того, чтобы обладать высшей властью (верховной властью), надо быть не «носителем суверенитета», а сувереном, то есть носителем этой самой верховной власти. И если бы в Конституции было прописано: «Многонациональный народ Российской Федерации есть суверен и источник власти», то вопросов бы не возникало.
Слово «суверенитет» в самом общем и самом распространённом переводе означает «независимость от…». Другое значение этого слова мы рассмотрим несколько позже. Однако в первом значении получается, что наш народ – носитель «независимости от…». Доведённая до абсурда «независимость» приводит к тому, что у самого общего и основного права появляются территориальные оттенки и националистический аромат. Например, в суверенном Екатеринбурге, в суверенном Кировском районе пенсионерам, ветеранам труда, давали в пенсионные удостоверения вкладыши с красным штампом и синей печатью. В суверенном Нижнем Тагиле ветеранам труда ставили штамп в «Пенсионное». Это различие и послужило поводом для моего задержания 27.06.2012 г. одной из ветвей власти в Нижнем Тагиле с отъёмом «Пенсионного удостоверения», с трёхчасовым составлением протокола, с невозвращением денег, уплаченных за несостоявшуюся поездку в электропоезде (я опоздал по этой причине на две электрички и вынужден был возвращаться домой «маршруткой»). Но это – цветочки. Ягодки могут очень скоро созреть. Дело здесь в том, что «общим понятием «суверенитет»» в Основном документе заложена мина под федеративное устройство России. Потому как здесь он существует в форме претензии к России некоего проснувшегося от вековой дремоты национального сознания. Суверенные татары, к примеру, носятся со своим суверенитетом со времён взятия Казани Иваном Грозным. А недавно один из этих носителей суверенитета обещал залить кровью Москву. Это и есть та реальность, которая отражена в законе. Недаром зарубежные эксперты, говорят, одобрительно закивали головами, прочитав эту Конституцию.
Другое значение слова «суверенитет» отражает всю совокупность прав суверена, то есть права, положение суверена, верховенство, права верховной власти. Больше значений слово «суверенитет» не имеет. Откуда взялось странное сочетание «единство и верховенство» как два свойства власти знают только изобретатели этого сочетания. Из ст.3 Конституции можно понять, что народ есть источник власти. Но главное заключается не в том, кто источник, а в том, кто к этому источнику припадает. Так кому принадлежит вся полнота власти в России? Кому интересен ответ на этот вопрос, тому следует прочитать Конституцию со статьи 80 до статьи 93 включительно.
Не надо забывать, что эта Конституция - 1993 года, и она отразила реальности, которые сложились к той поре и которые требовалось «застолбить». Ведь надо было представить дело так, будто российский народ, как «носитель суверенитета», и есть инициатор развала СССР. Надо было скрыть, что развал Советского Союза имеет номенклатурную природу, что все многочисленные «президенты» постсоветского пространства получали свою страну в собственность. Вот и появился на белый свет странный народ, который несёт свой суверенитет. И куда это он его несёт? А главное, зачем?
Валерий Шляпников
ПРЕДСТАВЛЯЕТСЯ СОМНИТЕЛЬНЫМ
В №33 от 14 августа газеты на Ю.И. Мухин (в первой из «запущенных в серию статей») уверяет, что «от хаоса и развала её [Россию] спасает государственный аппарат и те фирмы, которые участвуют в жизнедеятельности государства. […] Да, они воруют, да, ленятся, да, подличают, но так-сяк работают».
