И на ней нет намордника...
- Я уж решил, что ты струсила, - шелестит в холодной звёздной ночи тихий знакомый голос.
По животу стелется тепло, и я сглатываю. Мои губы улыбаются. Реакция, достойная аплодисментов.
Переведя дыхание, поворачиваю голову и прикрываю за собой дверь. Перебираю пальцами звенья цепочки, на которой болтается моя сумочка.
Почему он всегда приходит из темноты?
Аид Джафаров стоит, опершись плечом о стену и греет руки подмышками. Окутанный лунным светом.
На нём расстёгнутое чёрное пальто, строгие брюки и белая рубашка.
Он ждал меня всё это время...
Я не знаю, что думать.
Всматриваюсь в широкоплечую фигуру, замерев на месте. С трудом различаю его лицо и говорю не так уверенно, как бы хотелось:
- Я тебя не боюсь.
Тихий смешок. Моё сердце колотится.
Аид отталкивается от стены, разжимая руки. Медленно идёт ко мне, хрустя снегом. Наблюдаю за ним. За его неторопливыми движениями.
Подойдя вплотную, он касается моей одежды своим пальто. Задрав голову, смотрю на него снизу вверх, уронив руки вдоль тела. Мой нос активно тянет его запах, глаза мечутся по его лицу, покрытому густой щетиной.
Оно серьёзно. Породистые черты резкие и чёткие. Челюсть, нос, прямые густые брови.
Он красивый.
Да уж.
Собственная внешность - это последнее, о чём этот человек задумывается, уверена. Тем не менее, он прекрасно всё о себе знает, и просто излучает наплевательское отношение к чужому мнению! Настоящий самоуверенный осёл!
Задерживаю дыхание, когда большие прохладные ладони обнимают мои щёки. Склонив темноволосую голову, он касается своими губами уголка моих губ и шепчет:
- И сейчас?
Закрываю глаза, приоткрывая губы, которые ласкает его тёплое дыхание.
- Ты всего лишь мужчина, - шепчу сдавленно.
Его губы касаются моих. Легонько и осторожно. Не так, как тогда. Это приятно и ново настолько, что мои колени подгибаются.
- Этот мир принадлежит мужчинам, - сообщает Аид, выпрямляясь и выпуская моё лицо.
- Этому миру крупно не повезло, - тихо говорю я, глядя на него и чувствуя опасное разочарование. Он то целует меня, когда ему вздумается, то не целует!
Его губы разъезжаются в улыбке. Размяв шею, он с ленцой тянет:
- Может быть.
Сделав плавный шаг, Аид останавливается сзади, кутая меня в своё пальто.
Под напором ощущений я теряюсь.
Позволяю ему это.
Он у тебя и не спрашивал.
Его тело прижимается к моей спине, руки смыкаются вокруг, беря меня в плен. Тепло и трепет растекаются по коже. Чувствую его бёдра своими. Так близко и тесно. Уткнувшись носом в мою макушку, он толкает меня вперёд, заставляя повторять свои шаги.
Гера начинает волноваться, как и я.
Я боюсь её и…
- Дай руку, - бормочет Аид, ныряя своей в наш тёплый кокон.
- Зачем? - лепечу, взволнованно глядя на его смертельно опасную подружку.
Выловив мою ладонь, он обнимает её своей и тянет наши руки к остроухой собачье морде.
- Аид… - напрягаюсь я.
Гера тянет нос навстречу. Хочу отдёрнуть руку, но он не позволяет, подавшись вперёд и зарывшись лицом в мою шею.
У этого мужчины очень своеобразное понимание слов “не будем спешить”.
Мы и пяти минут наедине не провели, а я уже вся им пропахла! Кедр и кожа. У меня сладко сосет под ложечкой.
- Не бойся, - “успокаивает” он, царапая мою щёку своим подбородком, - она послушная, как и положено женщине.
Закатываю глаза и сжимаю зубы. Ну что за непроходимый идиот?!
Чувствую, как улыбаются его губы на моей щеке.
Мрачнею, понимая, что он просто развлекается.
Холодный мокрый нос утыкается в мою ладонь, но мне уже не страшно…
Просто он повсюду и...это чертовски приятно.
- Почему бы тебе не пригласить на свидание ЕЁ? - спрашиваю высокомерно, плавясь от удовольствия.
Напряжённо жду ответа.
У нас ведь свидание?
Его губы целуют мой висок…
На секунду прикрываю глаза, облизывая губы.
Собачий нос исследует моё запястье, а когда его хозяйка приподнимает мускулистый чёрный зад, Аид резко бросает:
- Сидеть.
Гера тут же выполняет команду, а наш общий знакомец благодушно замечает:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- На свидания я вожу только диких кошек.
Глуповато улыбаюсь, опуская подбородок.
Может, этот вечер не такая уж катастрофа?
Глава 19. Тина
Ночной город мелькает за окнами чёрной громадины, которую Аид Джафаров называет своей машиной. Мне думается, её бампером можно протаранить стену городской тюрьмы, если немного поддать газу. И ещё мне думается, что это очень в его стиле. Сделать нечто подобное в случае, если у него не будет желания просто постучать в дверь!
С отчаянием не понимаю, какой он на самом деле…
Он многолик, как сам дьявол!
Украдкой поглядываю на водителя, выхватывая из темноты салона коротко остриженную голову с её сосредоточенным профилем. Аид смотрит вперёд, крепко держа руль обеими руками.
Он знает, что я смотрю, и просто позволяет мне это делать.
Костюм цивилизованного человека не придаёт ему цивилизованности в моих глазах, но безбожно ему идёт.
Его тело такое стройное и гибкое. Сильное. И тёплое…
С того момента, как я вышла за порог дома, он не позволил себе ни единой фривольности. Больше не пытался меня поцеловать. Не пытался коснуться меня более нагло…
А только нежно...
Я чувствую себя Алисой в зазеркалье, где всё не то, чем кажется...
Но я ведь прекрасно знаю, на что он способен! И с подозрением думаю о том, что вокруг меня затягивается какая-то опасная петля...
Когда мы сели в салон, он медленно и никуда не торопясь изучил мой легкомысленный наряд. Прошелся своим сощуренным взглядом по моим ногам, моей юбке, моей шубе, после чего кривовато улыбнулся, будто сделал какой-то особый вывод в своей красивой каменной башке, но делиться им не стал.
Невыносимый человек!
Я нервничаю, а он спокоен и собран.
Моё внутреннее беспокойство усиливается, когда Аид снимает руку с руля и проталкивает свою ладонь под мою, не сплетая наши пальцы, а просто соединяя их и позволяя оттолкнуть его.
А я...
Я этого не делаю.
Я не делаю этого!
Я сплетаю наши пальцы САМА, чувствуя, как по руке поднимается тепло, заполняя им мою грудь и живот.
Через этот простой жест я, кажется, привыкаю к нему. Привыкаю к близости постороннего человека. Мужчины.
Когда вижу очертания городской ёлки, спрашиваю тихо:
- Куда мы?
Он бросает на меня мимолётный взгляд и возвращает его на дорогу.
- Тебе вечно нужно всё контролировать, да?
Это слегка развеивает чары.
- А тебе нужно вечно всем напоминать, что ты главный? - осведомляюсь, проводя большим пальцем по центру его тёплой ладони.
Его рука слегка напрягается, но потом расслабляется снова.
Резко вскидываю на него глаза.
- Я и так главный, - хрипловато сообщает Аид, продолжая уверенно вести свою махину.
Боже!
Качаю головой, восклицая:
- Тебя вообще можно вытерпеть больше двух часов подряд?
Тепло его ладони шепчет мне, что его можно терпеть ещё дольше...
- Могу спросить то же самое у тебя, - посылает он мне свою ухмылку.
- Так куда мы едем? - вздыхаю я.
- Мы едем в мой ресторан.
- У тебя есть ресторан?
- У меня много чего есть.
Фыркаю.
Даже представить боюсь, сколько всего у него есть. Хватит на три жизни.
Вдруг вспоминаю, кто он такой. Но почему-то сейчас мне всё равно. Он человек. Реальный. Из плоти и крови. Разглядываю наши волнующе сплетённые руки. Его такая сильная и жилистая, такая спокойная и надёжная. Я не могу перестать на неё пялиться.
- Сколько тебе лет? - беспечно спрашиваю, проводя пальцами по тыльной стороне его ладони, проверяя свою догадку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Его рука снова напрягается. Смотрю на него исподтишка.
Аид молчит, глядя на дорогу.
