Читаем без скачивания Россия — страна нормальных людей - Валерий Слезин

Разве свободен гражданин Америки, которая воюет с Ираком, а он и не знает, где эта страна находится?

Вообще СССР рассматривался значительной частью европейцев как оплот борьбы с фашизмом, они противопоставляли советскую систему фашистской, считая их антагонистами. Недаром многие даже офицеры спецслужб Англии и США предлагали бесплатно свои услуги Советскому Союзу. Назовем хотя бы Джорджа Блейка, офицера секретной английской службы (СИС), знаменитого Кима Филби, также офицера СИС, и других. Странно, что спустя столько лет со времени окончания войны вдруг началось сопоставление Советского Союза и гитлеровской Германии.

Британская газета «Таймс» 22 декабря 1941 года писала: «Не будет преувеличением сказать, что успехи, достигнутые русскими армиями на всем протяжении их огромного фронта, являются крупной победой, тем более значительной, что она достигнута армиями, которые в течение шести месяцев выдержали натиск небывалого ожесточения самой могущественной военной машины из всех, когда-либо созданных «завоевателями мира». Эта победа была достигнута благодаря искусству и выдержке русского верховного командования, стоическому героизму русского народа. Битва на Восточном фронте является стержнем всей войны. В конечном счете, все зависит от нее». Вот так оценивала английская газета победы нашей армии. Никому и в голову не могло бы прийти сравнивать нашу героическую армию, спасающую и свою родину, и весь мир от фашистов, с армией Гитлера. Однако теперь за границей и даже у нас появились потерявшие свою совесть люди (или нелюди), которые пытаются сравнить нашу армию с фашистской, т. е. с армией Адольфа Гитлера. Откроем книгу Гитлера «Моя борьба», он там пишет: «Если мы сегодня говорим о новых землях и территориях, то обращаем свой взор в первую очередь к России». Как видите, сказано откровенно, нам ничего не оставалось кроме как защищаться.

Я уже писал об агрессии Запада против нашей страны, однако многие западные военные и представители спецслужб симпатизировали Советскому Союзу. Такое положительное отношение к СССР объясняется не только нашей победой над фашизмом, но также и его великими достижениями в науке. Мы открыли эру космических исследований, осуществили великую мечту человечества вырваться за пределы Земли, положили начало атомной энергетике, да и в области медицины разработали метод шунтирования сердца. Очень жаль, что эти достижения мало пропагандируются. Директор Института космических исследований РАН академик Л. М. Зелёный сказал: «Был юбилей запуска первого искусственного спутника Земли. Пятьдесят лет! Весь мир признаёт это событие началом новой эпохи в истории человечества. Как директор института космических исследований я приложил все усилия, чтобы достойно отметить эту великую дату, которой наш народ по праву гордится. А руководство страны так и не появилось на наших торжественных мероприятиях». Эти великие достижения привлекали к нам ученых из-за границы. Так, в СССР уехал крупный итальянский физик Пантекорво, группа американских физиков, создавших первый персональный компьютер, и т. д. Все эти достижения науки были созданы при сталинском режиме или на его волне. Теперь же от нас ученые только уезжают, страна утратила прежнюю привлекательность в плане науки. В те времена пели: «Только физика соль, остальное все ноль». Наука был чрезвычайно престижна, чего сейчас не скажешь. Наука не только подняла наше значение как великой державы, но и спасла нас от катастрофы. Так, академик Р. И. Илькаев полагает, что «ядерный щит защитил нашу страну в период реформ, когда ядерное оружие оставалось единственным гарантом безопасности государства». В настоящее время, к сожалению, наблюдается обратный процесс, ученые уезжают уже от нас. В отличие от советского теперешний режим существенно менее привлекателен для науки, хотя попытки изменить это положение вроде бы имеются.

Потребность в перестройке государственной системы возникает только тогда, когда старая система начинает плохо работать. В настоящее время мы, откликаясь на призыв президента об инновациях, создали научное хозрасчетное учреждение. В чем же суть структурной инновации? Вновь созданный институт должен получать государственные заказы на выполнение научных тем. Для этого создаются временные трудовые коллективы, каждый член коллектива выполняет конкретную работу, которая оплачивается выше, чем при старой системе. Это объясняется тем, что численность администрации меньше и на оплату исполнителя идет бо́льшая сумма договорных денег. Уровень оплаты позволяет исполнителю полностью сосредоточиться на своей работе. Повышается качество исполнения и вероятность внедрения разработок в практику. Нам нужны не музеи репрессий, где всячески проклинают свою страну, а гордость за страну, за ее прошлое, за великую победу, за нашу победную Армию и ее Генеральный штаб, так умело ею руководивший. Мы должны понять, что политика была верна и привела к победе. Все издержки этой политики существенно меньше, чем теперешний развал страны, вымирание, наркомания и многое другое.

Вот французы не создали музей жертв Варфоломеевской ночи, когда за одну эту ночь убили свыше 70 тысяч человек. У нас такого страшного погрома никогда не бывало, а вот музеи появились. Нелепо воевать с тем, чего давным-давно нет. Естественно, борьба ведется не с прошлым, а с настоящим, с русским народом, с его великой победой над фашизмом, завладевшим тогда всей Европой. Вся Европа оказалась несостоятельна, неконкурентоспособна, она не смогла победить русскую культуру, наш народ, вот это им и обидно, хочется взять реванш с помощью лжи и посредством предателей. В настоящее время кризис демократии усилился, пришлось даже отменить пресловутую толерантность, т. к. она привела к быстрому вытеснению коренного населения из Европы, что, кстати сказать, не трудно было предвидеть. Чтобы спастись нам, надо как-то отодвинуться от деградирующей культуры Европы и укрепить свою русскую культуру, поднять свою голову, полюбить свою героическую историю.

Для спасения нашего народа главное — поднять достоинство русского народа как народа государствообразующего, улучшить положение русской деревни пока не поздно и положение населения малых городов. Мы не должны с восторгом смотреть на европейскую демократию. Мы должны осознать неизбежную гибель этой демократии как не способствующей сохранению населения европейских стран. Перенимать эти формы демократии равносильно самоубийству.

В Западной Европе до последнего времени крайне прогрессивной считалась терпимость (толерантность), разные права человека и т. д. Однако подобная правовая национальная политика, как признала канцлер Германии Меркель, а также и многие другие руководители стран Запада, зашла в тупик. Один немецкий банкир, по фамилии Сарацин, член социал-демократической партии Германии, писал, что лет через 15 немцев в Германии будет меньше половины, а через 30 лет меньше трети. Такое положение дел касается не только Германии, но и остальных государств, которые без боя отдают свою землю иностранцам. Так, один полицейский сказал: «Они рассматривают нас как добычу, как общество прирожденных жертв и простаков». Курды растут численно во много раз быстрее, чем немцы. Судья Кирстен Хайзиг, убитая летом 2010 года, в книге «Конец терпению» писала: «Семья — отец, мать 10–15 детей, а в отдельных случаях и 19. Некоторые дети родились еще на родине, другие в Германии. Мать еще вынашивает и рожает младших детей, а у нее уже растут внуки. Таким образом, клан увеличивается с головокружительной быстротой». Они получают все государственные пособия, льготы и выплаты, в том числе на кучу детей. Женщины клана преимущественно воруют, а мужчины совершают преступления из всех разделов Уголовного кодекса. В Бремене сенатор по внутренним делам Ульрих Мойрер пообещал стратегию «нулевой толерантности». Сенатор заверил: «Мы должны решительно взяться за эту проблему». Однако сделать ничего не смог. Для решения проблемы нужна перестройка общества, политическая воля и национальная солидарность. Ничего этого на данный момент в Германии нет. Европейская демократия как социальная система оказалась неэффективной и ведет народ в пропасть. Иммигранты не ассимилируются, т. е. это не иммигранты, а оккупанты. Я состоял в ученом совете ПГУ по психологии и психофизиологии. У нас защищался один курд — гражданин Швеции. Тема диссертации — «Болезни иммиграции». В приватной беседе он сказал, что все шведки — шлюхи, мужчины не способны иметь семью, а поэтому Швеция со временем будет исламской, будет введен шариат. Другой диссертант, из Йемена, был поражен тем, что у нас много матерей-одиночек, что в Йемене в принципе быть не может. Жена переходит в клан мужа, принимает клановую фамилию. Дети уже из клана отца, бросить детей значит предать членов своего клана. Во времена сексуальной революции во Франции президент де Голль сказал: народ, который не заботится о своих детях, — не имеет будущего. «Французам не нужна Франция». Де Голль ушел досрочно с поста президента. Во Франции семьи распались, детей воспитывать некому. Это происходит по всей Европе. Мы видим, насколько уязвима европейская культура относительно традиционных культур Африки и Азии. Терпимость необходима при личном общении, но совершенно недопустима для государственной политики, нужны иммигранты, но не оккупанты. В рамках данной книги подробно все не опишешь, но стратегия «нулевой толерантности», причем не только на бумаге, но и на деле насущно необходима, пока не поздно. Надо любить свою культуру, свою сущность и защищать свою землю. Когда-то князь Талейран вел толерантную жизнь в соответствии со своей фамилией. Вначале был епископом с обетом безбрачия, затем якобинцем и сжигал церкви, предавался разврату, затем бонапартистом и рубил головы якобинцам, затем монархистом и расстреливал бонапартистов. Князь был велик в своей толерантности, но нужно ли нам ему подражать? Из вышесказанного видно, к чему приводит прогресс и как отсталые народы занимают без боя территорию прогрессивных народов. Раз эти народы побеждают, значит, они в своей социальной структуре не отсталые, а передовые.