«Ладно, что только не сделаешь ради любви», — в итоге тая под взглядом любимого, Тина натянула шлем и нажала на нем кнопку.
Темнота начала постепенно развеиваться, зазвучала музыка. Перед глазами появилось незнакомое помещение. Это был длинный и широкий коридор. Музыка доносилась из полуоткрытых дверей в конце коридора.
Эти двери — единственный источник света.
Тина идет по полутемному коридору с неимоверной легкостью. Она не слышит своих шагов. Только музыку. Там, в конце коридора должен быть он, ее любимый. Она будто летит к нему.
На ней не майка и шорты, а полупрозрачная накидка, от которой исходит чудесный аромат, будто это и не одежда, а тончайший лепесток огромного цветка.
Ее волосы приятно спадают на плечи, они длинней, чем на самом деле и совсем не мешают. Она чувствует спиной их шелковые пряди, как будто накидки и нет вовсе…
Она открывает двери полностью, и музыка усиливается, вызывая странные, но приятные ощущения.
Перед ней начинают проявляться очертания просторной комнаты.
В комнате — все белое, стены, пол, большая широкая кровать.
Окон и света нет. Хотя нет, свет непонятным образом исходит от пола, очерчивая небольшой столик, на котором два бокала, наполненные красным вином — единственное красное пятно в этом мягком и воздушном пространстве.
Ей хочется увидеть Женю, но она его не видит.
Оглядывается по сторонам, и взгляд падает на кресло справа, в котором…
Брат Майи! В помятой футболке и грязных джинсах!
Теперь она замечает Женю рядом с собой, пытаясь что-то сообразить, но мысли движутся очень медленно.
Женя приходит в себя первым.
— Это что за черт?! — вспыхивает он, переводя взгляд с Майиного брата на Тину. — Твои предки поставили предохранитель?
Тина ничего не может сказать, только чувствует едкий оценивающий взгляд на себе.
— Не рано тебе играть в такие игры? — вопрос виртуального знакомого только усиливает шок.
— Ты что-то понимаешь? — Женя резко разворачивает ее к себе, и Тина отрицательно машет головой.
— Ты не забыла, где сейчас должна быть? — в голосе, доносящемся со стороны кресла, начинают появляться нотки раздражения.
— Какого черта, выматывайся отсюда!
Женя делает тщетную попытку прогнать видение. Но почему-то Тина понимает, что это ему не удастся.
— Давай отключаться, — предлагает она.
Женя не намерен сдаваться. Он начинает метаться по комнате в поисках кнопок и рычагов, надеясь выключить предохранитель.
Тина смотрит по сторонам в поисках кнопки отключения и находит ее у себя на ладони, на которой всплывает голограмма с пультом управления.
**
Тина как можно быстрее сняла шлем и вскочила с дивана.
Женя еще был там. Его тело оставалось неподвижным минуту или две, прежде чем он зашевелился и стал снимать шлем.
Тине было стыдно до ужаса. Этот «очумелый» Майин брат видел ее почти голой, еще и разглядывал!
Слава богу, сейчас на ней были привычные майка и шорты.
Женя, красный как рак, быстро поднялся и нервно заходит по комнате.
— Кто это такой? — ринулся к Тине, напугав ее этим.
— Я не знаю, — промямлила она и опустила взгляд.
— Это твои родители придумали? — Женя кипел от злости, а Тина не знала что ответить.
— Я ничего не знала… — Начала оправдываться, как будто была в чем-то виновата.
Он не стал ничего слушать и ушел, громко хлопнув дверью.
Часть 2. Гуляка. Глава 5
Весь вечер Тина писала гневное письмо Майе. Она писала и удаляла написанное. Потом снова писала, сгорая от возмущения.
«Скажи своему очумелому брату, чтобы не вмешивался в мою личную жизнь! Никто не давал ему право следить за мной! И это мое личное дело, в какие игры я играю!»
Вместо ответа пришло письмо с Майиной школы, пересланное Майей.
«Вы пропустили два зачета, которые необходимо сдать во внеурочное время в течение ближайших двух недель. В случае вашей неявки в следующий раз администрация школы будет вынуждена сообщить Вашим родителям о Вашем недобросовестном отношении к учебе».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тина чуть не плакала. Из-за каких-то трех уровней рейтинга теперь ее просто использовали. Кто? «Нижние», как презрительно называли живущих на нижних этажах. Она никому не могла рассказать, ни с кем не могла посоветоваться, как поступить в такой ситуации.
Отношения с Женей катастрофически рушились. Она не могла понять причину таких резких изменений. Неужели эта нелепая неудача с приставкой для него имела такое большое значение? Она ведь любит его. По-прежнему готова что угодно для него сделать.
Женя реже стал ее приглашать гулять.
Прошел месяц, Тина сдала пропущенные зачеты в школе Майи и проклинала себя последними словами за то, что согласилась учиться вместо нее.
После очередного посещения бара Женя не поцеловал ее на прощание. Не взял с собой к друзьям, когда его пригласили на день рождения.
От него повеяло холодностью.
Она спрашивала, но он непринужденно улыбался, переводил разговор на другое и больше не напрашивался в гости по пятницам.
«Что этот фантом мог ему сказать за те несколько минут, пока Женя был без нее в этой виртуальной белой комнате?»
Она задала Жене этот вопрос и увидела легкий оттенок презрения:
— Все вы, бабы, одинаковые.
Этот взгляд и эти слова были очень обидными, но Тина не могла обижаться.
— Не верь никому, чтобы про меня ни говорили. Я же люблю тебя.
У Тины выступили слезы. Она хотела обнять Женю за шею, но он оттолкнул ее:
— А я тебя нет.
Тина плакала и не вставала с постели три дня.
Она не пошла на свой зачет в четверг. Она не пошла и в пятницу. Она вообще не собиралась ничего больше делать, и ей было все равно, что она потеряет три уровня рейтинга. Женя ее не любит.
Пришло письмо от Майи. Если бы оно было написано на бумаге, она бы разорвала его на мелкие кусочки. Но она, просто не читая, удалила письмо.
Мама поила успокоительными каплями, но ничего не помогало.
В четверг мама уговорила сходить в школу.
После зачета к ней подошла Юлька Голубева.
— Он встречался с тобой, потому что у тебя высокий рейтинг, — тихо сказала она.
Тина развернулась и хотела было уйти, но Юлька схватила ее за руку:
— Подожди, ты должна знать то, что тебе скажу. Тебе будет легче выбросить его из головы.
— Что же я должна знать? — метнула в нее гневный взгляд Тина.
— Он меня тоже бросил, когда добился близости.
— Ничего он от меня не добился, — буркнула Тина, ошарашенная откровенностью Юльки.
— Своим друзьям он говорит другое…
Он говорит о ней «такое» своим друзьям?
— Ты врешь, потому что злишься за то, что он тебя бросил из-за меня. — Тина не хотела верить.
— Можешь не верить, твое дело.
Юлька ушла, больше ни на чем не настаивая.
* * *
Близилась очередная пятница. На экране висело очередное письмо от Майи, которое Тина не собиралась читать.
Рядом с письмом Майи светился еще один конвертик. Второе письмо не имело обратного адреса. От кого было это письмо, ей не сложно было догадаться. «Хакер недоделанный» — брат Майи казался Тине главной причиной всех ее проблем.
Если будет угрожать, что заберет обратно три уровня, то она со спокойной совестью ответит, что по уши рада от них отказаться.
Она стала читать.
«Извини, что я следил за тобой и наговорил твоему ухажеру лишнее. Мне нужно было полностью владеть ситуацией, и получилось так, что я узнал больше, чем следовало мне знать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Несколько дней назад отец сжег все Майкины рисунки. Он не понимает, что рисунки — это ее жизнь. Она отказалась делать домашку, и эти дни я сам пишу ответы. Надеюсь, что она выйдет когда-нибудь из депрессии.
Помоги мне, пожалуйста. Не бросай школу.
