— Как правило, они ими становятся.
Эти слова отца долго не давали Тине покоя.
Как будто специально в очередном письме Майя сообщала:
«Тина, ради бога прости, за один день не отправила домашку. Вчера отец опять напился, и пришлось прятаться. Если бы ты знала, как я его ненавижу! А Сашка еще защищает его, говорит, что он пьет от нереализованности в жизни!»
Тине не приходилось видеть пьяных людей. То вино, которое доставляли с базы распределения, было приятным на вкус и вызывало легкость и спокойствие. Что же они там такое пили, вследствие чего Майе надо было прятаться?
Как-то раз Тина спросила Майю о матери, она ни разу не упоминала про маму в своих письмах, и получила еще один шокирующий ответ.
«Мама умерла два года назад. Она тяжело болела. После этого отец стал выпивать, а Сашка создавать свою установку, чтобы, ну ты знаешь что сделать».
Проблемы в отношениях с Женей казались теперь Тине такими ничтожными, что ей даже было стыдно за себя перед Майей.
Чем она могла ей помочь?
Тина старательно посещала обе школы. Началась подготовка к выпускным экзаменам, что повлекло за собой значительное увеличение нагрузки. Голова трещала от информации, которую приходилось впитывать. Хотя требования в школе Майи и были меньшими, но Тина не чувствовала меньшую ответственность за результаты сдаваемых зачетов. Появилась рассеянность в разных бытовых мелочах.
Анна Гольдштейн обеспокоилась:
— Валюша, родная, зачем тебе эти дополнительные занятия по пятницам? На тебе лица нет. Я напишу в школу…
После того, как Тина перестала встречаться с Женей, она сказала родителям, что по пятницам ходит на дополнительные занятия.
— Нет! — Тина так активно запротестовала, что мама не стала поднимать больше этот вопрос. — И не называй меня Валюшей, я — Тина!
«После выпускных экзаменов я снова отправлю ее на Базу Отдыха, и все станет на свои места», — подумала Анна и успокоилась.
Рейтинг рос. И ее, и Майи. Баллы успеваемости имели в нем весомое значение. Теперь рейтинг Тины был самым высоким в классе — она была на пятнадцатом уровне. Майя — на тринадцатом. Юлька, Марат и Женя отставали он Тины практически на два уровня.
— Ты не могла бы мне помочь подготовиться к выпускным экзаменам? — Как-то раз неожиданно обратился к ней Женя. — По старой дружбе.
— Нет, — отрезала Тина, — у меня нет времени.
Этот ответ его явно не устроил. Как оказалось, у него был весомый козырь в руках…
— Я знаю, что ты записана еще в одну школу под другим именем.
На долю секунды Тина замерла, но быстро собралась с мыслями.
— Ты ошибаешься, зачем мне это? — она постаралась ответить как можно более невозмутимо.
— Зачем тебе это я не знаю, но думаю, что твои родители такое бы не одобрили.
— И ты решил шантажировать меня?
— Я беспокоюсь о тебе.
— Вот уж не думала, что ты такой заботливый!
— Мне тоже нужен пятнадцатый уровень, — как ни в чем не бывало, продолжил Женя.
— Что же ты хочешь от меня?
— Ну, как минимум, чтобы ты проверяла мою домашку.
— А как максимум?
— Как максимум? — Женя сделал вид, будто задумался, не спуская колючего взгляда с Тины. — Чтобы твой дальний родственник и мне добавил три уровня рейтинга.
У Тины комок подкатил к горлу. Женя не сводил с нее глаз, наслаждаясь реакцией, произведенной его словами.
— Ты говоришь о чем-то непонятном, — промямлила Тина, с ужасом понимая, что открутиться не получится.
— Все понятно, как белый свет. Небольшая аналитическая работа, и выплывает некий Александр, который как будто и не существует, но, с другой стороны, очень трепетно относится к Тине, просто все что угодно готов для нее сделать, и даже пойти на преступление, за которое модераторы не гладят по головке.
— Ты ревнуешь? — догадалась Тина.
Теперь уже пришла ее очередь увидеть смятение на лице собеседника.
Женя закусил губу и прошипел, не в силах сдержать свою злость:
— Я сдам тебя модераторам со всеми потрохами, вместе с твоим Александром!
Как же она его сейчас ненавидела!
Стоит только узнать родителям или кому-нибудь другому, что она ходит в школу под чужим именем, и Майе не видать аттестат.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Она не могла развернуться и уйти!
— Знаешь что? А я, пожалуй, соглашусь проверять твою домашку. Ты же слабачок, и сам не способен шевелить мозгами.
— Ха! Раньше ты так не считала. Же-е-нечка. Люби-и-мый, — он кривлялся, передразнивая Тину. — Забыла уже?
— Я была дурой! — выпалила Тина.
— Ты и сейчас дура, хотя и хорошо учишься!
Какое-то время они стояли, впиваясь взглядом друг в друга.
И тут он притянул ее к себе и обнял! Тина не могла вырваться.
— Успокойся, — зашептал Женя на ухо. — Ты мне нужна, мне плохо без тебя. Я все время вспоминаю о том, как было раньше. Тебе ведь было хорошо. И мне тоже.
Что-то дрогнуло внутри. Эти крепкие объятия и такое знакомое чувство, которое она стала уже забывать… Тина перестала вырываться, и Женя отпустил ее.
— И что дальше? — растерянно спросила Тина.
— Если у нас будет один уровень, мы сможем идти дальше вместе.
Женя опустил взгляд, и Тине его стало жалко. После вспышки гнева оставалась только жалость.
«Это единственный способ, который сохранит секрет», — подумала Тина и сказала:
— Я по-прежнему тебя люблю.
Женя искренне обрадовался.
— А Александра не существует, забудь о нем.
Часть 2. Гуляка. Глава 7
Тина не представляла, как теперь все успеть. Она исправляла ошибки в домашке своего «любимого» и думала, как отвертеться от очередного свидания с ним.
Женя был прежним — мускулистым, сильным, красивым парнем. И ее по-прежнему к нему тянуло, но эти ощущения напоминали фантом прежней любви, — как будто бы и есть, вот она, осязаемая, а на самом деле ее нет. Теперь Тина играла. Цель игры — получить аттестат Майи.
Она ничего не рассказала Майе.
В письмах и рисунках подруги звучало ожидание изменений к лучшему. Она нарисовала птицу, прикованную цепью, но при этом рвущуюся ввысь. В ее рисунках появилось больше ярких красок.
До выпускных экзаменов оставалось две недели.
«Тина, я так тебе благодарна за все, что ты для меня делаешь! — писала Майя. — Сашка обещает, что мы скоро встретимся, очень хотелось бы верить ему. Я тогда тебя крепко-крепко обниму, и, наверное, расплачусь».
«Он отремонтировал свою установку?» — спросила Тина.
«Пока что нет, не хватает каких-то редких деталей. Он перетянул все свое добро к Глебу, его другу. Отец еще больше стал его прессовать. Он считает, что Сашка до сих пор играет в игры. Брат не хочет ему ничего рассказывать».
* * *
Когда Тина познакомилась с расписанием выпускных экзаменов, то не могла поверить своему счастью. Ни один из пяти экзаменов в двух школах не совпали по дням. То, что придется потратить сил в два раза больше чем другим, — ее не волновало. А вот физически посетить два экзамена в один день она точно не смогла бы.
Три экзаменационные недели пролетели в один миг. Экзамены Майи Тина сдала лучше, чем свои, и Майя еще больше приблизилась к Тине по рейтингу.
До получения аттестатов оставалось совсем немного. Только бы Женя не выполнил свои угрозы!
Женя Астахов был доволен результатами экзаменов и недоволен тем, что не получал от Тины безмерного обожания.
После сдачи последнего экзамена всем классом собрались в баре, чтобы отметить столь замечательное событие. Тина вела себя непринужденно, веселилась, всем улыбалась и ни разу не бросила на него томный взгляд, какие раньше он ловил довольно часто.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Женя подсел к ней ближе и тихо сказал, чтобы никто больше не услышал:
— Как насчет того, чтобы отметить праздник в интимной обстановке?
У Тины екнуло сердце, но она не подала виду.
