быстро строчил карандашом на чистом листе.
— Я поняла, что вы ищете. Симон сейчас закончит и озвучит, что удалось по-быстрому накопать.
— Да, ваше сиятельство, как раз готово.
Флавиния сделала приглашающий жест рукой.
— За два года существенно выросло количество кораблей султаната, которые с неясными целями ходили в Восточный Океан. Среди них первые шесть-семь месяцев преобладали военные галеры, потом скоростные лёгкие суда вроде посыльных фрегатов; и за последний год туда в основном отправляются небольшие и довольно шустрые торговцы. Ходят всегда с прикрытием. Характер поставок выяснить не удалось. Погрузка и разгрузка происходят на оцепленных участках портов, перевозка — с охранением, в глухих повозках, обтянутых или плотной тканью, или кожей. Упаковки самые разные, от обычного такого, — Симон показал руками, — ящика, который поднимет один человек, до длинных, в сажень или чуть больше, которые переносили вчетвером. Отмечено, что тюков не было. Всегда добротные деревянные ящики. Несколько раз видели небольшие кожаные сумки, какие в Сусассе не используются, вот такие, — он пододвинул по столу вынутый из подшивки набросок.
Низа взяла листок сероватой тряпичной бумаги. На нём штрихами свинцовой палочки была изображена цилиндрическая сумка, больше напоминавшая короткий толстый тубус и перехваченная тремя ремнями. На каждом висел какой-то кругляш на шнурке.
— Это, видимо, печати, — показал глазами Симон. — Какой-то особо ценный и при этом невеликий по размерам груз. Всего три или четыре поставки.
Фарон и Низа переглянулись.
— А куда всё это отвозится, что доставляют?
— Вглубь страны. Но до столицы оно точно не доезжает. Проследить эти караваны не удалось, увы.
— Значит, где-то вдали от лишних глаз устроено нечто, где наши дальние соседи занимаются кое-чем непонятным при поддержке неизвестно кого, обитающего дальше, чем лежат острова Восточного архипелага?
— Да, — уверенно кивнул аналитик. — Острова рассеяны по пространству от северо-восточной оконечности нашего материка до границы Тарума, если продлить её строго на восток, и примерно на тысячу вёрст в океан. Сусасса забралась гораздо дальше и, скорее всего, южнее. Но последнее не точно.
Флавиния побарабанила по столу пальцами в каком-то странном рваном ритме.
— Благодарю, можешь идти.
Симон встал, поклонился и покинул кабинет.
— Итак, а у вас самих какие новости?
Низа достала из сумки маленькую коробочку, открыла, и поставила на стол.
— Этот предмет был обнаружен в теле жительницы Сусассы, которая привела к стану союзных орков отряд уже известной нам панцирной конницы.
— Той самой, которая засветилась несколько лет назад на востоке и потом на юге? Тогда, помнится, вожатым тоже была женщина.
— Той или нет, но по меньшей мере такой же. В том стане был наш человек и с его помощью набег успешно отразили и уничтожили нападавших. Он и доставил эту штуку, которую назвал «поводком». Определение совершенно точное. Через неё или она управляла отрядом, или управляли отрядом через неё откуда-то ещё, или и то и другое разом. Мы изучили «поводок» и сразу поняли — султанат самостоятельно на такое не способен. Это уровень науки и магии, который превосходит даже наш, не то что их.
— Значит, Сусасса стакнулась с какой-то неизвестной силой, примерно за год до чего-то договорились. Возможно, заключили некий союз. И теперь в султанат поступает всякая помощь, — заключила Флавиния.
— Нельзя исключать связи всего этого с пророчеством Сахили. У нас есть возможность через некоторое время провести дальнюю разведку, — сказал Фарон. — Сразу сообщим, что получится узнать.
— Действуйте, — графиня Баальдур-Штромбах привстала и изобразила легкий поклон-кивок, давая понять, что приём окончен.
Тем временем, далеко-далеко на востоке, по бескрайним степям шли Халлек и Кёна. Каждую ночь им являлись разнообразные, с потрясающим размахом, призрачные картины событий, происходивших здесь в незапамятные времена. Или не здесь. Спутница, вглядевшись в какие-то ведомые одной ей мелочи, как-то сказала:
— В таких местах границы миров истончаются. Возможно, эти битвы были совсем недавно, только где-то рядом.
— А как же развалины стены?
— Ты заметил, они тянутся не так уж далеко? Как будто размазываются. Миры приблизились, соприкоснулись, разошлись и поплыли дальше. В нашем остался кусочек стены и памяти места. В том — что-то от нашего, — пожала Кёна плечами.
Халлек поёжился.
— Как-то многовато тут всякое… соприкасалось. Это как вообще может быть?
— Представь хорошенько взбитую пену. Каждый пузырёк — отдельная вселенная. Они плывут в потоке времени, иногда касаются краями.
— А может быть так, что пузырьки сольются?
Кёна довольно долго шагала рядом, не отвечая. Но потом всё-таки сказала:
— Да. Случается, всё происходит сравнительно спокойно. Просто однажды утром ты обнаруживаешь, что у тебя поменялись некоторые соседи, или потерялась пара знакомых улиц. Ну, в таком духе. А иногда происходит настоящая катастрофа, после чего дальше плывут безжизненные шарики. Но на самом деле и то и другое — редкие события.
— Да уж, — Халлек покачал головой. Описанная картина бытия напоминала ту, про которую рассказывал старик Линь, оставшийся во времена оны на пиратском архипелаге.
Он отвлёкся на какое-то подёргивание в поясной сумке. Сначала не сообразил, а потом догадался: «пудреница» даёт знать о сообщении.
— Подожди-ка, — сказал он и извлёк вещицу. Кёна с удивлением воззрилась на этот откровенно дамский предмет. Открыв крышку, Халлек рассмотрел на верхней пластинке несколько строчек, сложившихся во фразу из обрубленных слов:
«При 1 возм исп мон Мар для разв Вост Ок на шир от гр Тар на юг и как мож дал на вост».
— Ух ты, работает, — восхищённо воскликнул он.
— Что это?
— Выпросил у знакомой, для дела. Средство связи на любые расстояния. Ну, мы как раз туда примерно и движемся.
— Куда?
Халлек показал Кёне топорный текст. Она хмыкнула.
— Забавный способ, но удобно. «Как можно дальше», если я правильно понимаю.
— Ага. Над океаном я ещё не летал. А что там дальше, и правда?
Кёна с сожалением покачала головой.
— Увы, я «Та, кто может», но не та, кто всё знает.
— Кстати, ты говорила, что здесь опасные места. Но я не заметил ничего опаснее этих… театров теней.
— Пешком почти везде можно пройти. Мы уже почти вышли, можешь попробовать взлететь и сам увидишь.
Халлек покосился на неё и подумал: не посмотришь, не узнаешь. Через пару минут в небо поднялся чёрный дракон. Сначала всё шло привычно — горизонт распахнулся во все стороны, любой предмет в пределах видимости можно было рассмотреть лишь только пожелав, но в какой-то момент перед Халлеком как будто раскололось на сотни осколков гигантское зеркало. Облако могло исказиться, исчезнуть и потом выползти там, где ещё мгновение назад было дерево, травянистые холмы стали похожи на поломанную и собранную наугад шахматную доску. Едва не проблевавшись
