Но он никогда не любил тебя. Все его родственники по очереди пытались уговорить его жениться, и все безуспешно. Но не так давно он и сам пришел к мысли, что графству необходим наследник. Поэтому ты просто подвернулась ему в нужный момент. Ты — красивая женщина, женившись на тебе, он хотел доставить удовольствие и себе, и своим родственникам. И, кроме того, это избавляло его от посещения лондонских салонов и просмотра возможных кандидаток на роль его жены.
Что же касается меня, то я готов принять тебя любую, со всеми твоими капризами и претензиями. И я убежден, что через некоторое время Дуглас еще будет благодарить меня за ту услугу, которую я ему оказал, женившись на тебе. Когда-нибудь наступит такой день. Его ты просто свела бы с ума. — Тони повернулся к жене. Вид у него был самый серьезный. — Дуглас гораздо в большей степени джентльмен, чем я, Мелли. Он никогда не стал бы бить тебя или провоцировать на скандал. Он просто стал бы тебя избегать, и вы оба были бы несчастны.
Мелисанда пристально глядела на Тони.
— Я не верю тебе. Дуглас Шербрук любит меня. Он любил меня три года назад и любит до сих пор. Ему не удастся излечиться от этой любви до конца жизни. Я буду его последней любовью. Ты разбил его сердце, женившись на мне, и он навсегда возненавидит тебя за это.
— Надеюсь, что нет, — тихо ответил Тони. — Надеюсь, что я задел только его гордость. Но, думаю, он быстро оправится, увидев, каких трудов мне стоит удерживать тебя под контролем. Он с благодарностью пожмет мою руку и облобызает меня тысячу раз.
— Ты говоришь так, словно меня не за что любить или уважать, — грустно разглядывая свои руки в светлых перчатках, сказала Мелисанда. — По твоим словам выходит, что ты женился на мне только, чтобы спасти своего кузена. Я думала, что ты действительно любишь меня, раз отчаялся на такой поступок.
— Ты не ошиблась, я люблю тебя. Но при этом я трезво оцениваю твой характер. Не бойся, твой брачный контракт от этого не пострадает. Я внесу в него ту же сумму, что обещал тебе Дуглас. Твой отец также знает об этом из письма, которое я оставил ему.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Вряд ли стоит рассказывать об этом, Мелли, до тех пор, пока все окончательно не определится. — Он улыбнулся ей. — Надеюсь, твой отец оценит мою пунктуальность, когда мы прибудем в Клейборн-холл минута в минуту. Кстати, дорогая, тебе не идет такой строгий вид. Советую тебе немного расслабиться ближе к дому.
Мелисанда презрительно промолчала, но через минуту не выдержала и полезла в ридикюль за зеркальцем. Привычными движениями подправив все, что она сочла нужным, и почувствовав себя во всеоружии, Мелисанда убрала зеркало и уже снисходительно посмотрела на мужа. Тони вздрогнул. Господи, сам дьявол сделал ее такой красивой! Он до сих пор не мог до конца поверить в то, что это его жена. Когда она так смотрела на него, он был готов как дурак позволить ей вить из него веревки. Ему приходилось подавлять это в себе всеми силами, иногда даже срываясь на грубость. Он ни о чем не жалел. К черту условности, к черту Дугласа, к черту все, он хотел эту женщину и он получил ее.
А теперь надо научиться с ней жить. И сделать так, чтобы эта жизнь была приятна им обоим. Но самым трудным будет добиться прощения Дугласа.
Как странно, вдруг подумал Тони, с той самой минуты, как он встретил Мелисанду, он ни разу не вспомнил о Терезе, своей бывшей невесте. Он посмотрел на жену. Она была бледна, задумчива и нервно теребила ленты своей шляпки. Надеюсь, ее отец не станет устраивать скандал, размышлял он. А если станет, то ему придется вступиться. Теперь она под его защитой, и уж он постарается, чтобы она не пожалела об этом.
Булонь, Франция
Дуглас выиграл партию в пикет. Ему даже не пришлось подтасовывать карты. Белесьен был настолько пьян, что даже если бы ему удалось выиграть, его способность воспользоваться своим выигрышем вызывала сомнение. Он отдал Дугласу ключ и сказал, что ему надо будет объяснить девице, что она должна развлечь его. Генерал еле держался на ногах, но вдруг решил сопровождать его в комнатку девицы. “Потому что, — говорил он, — она может не разобраться в ситуации сама. Надо ей помочь”.
Он открыл дверь и ввалился в комнату. Дуглас молча проследовал за ним. В комнате ничего не было, кроме кровати, вешалки и маленького круглого коврика посредине. На этом коврике стояла молодая женщина и испуганно смотрела на вошедших. Белесьен пьяно ухмыльнулся и взмахнул рукой.
— Раздевайся.
Женщина немного поколебалась, потом подчинилась. Дуглас почему-то ожидал, что она будет моложе, хотя и сам не знал, почему. Нет, подумал он, это уже не юная девушка, приглядываясь к ней внимательней, скорее всего, ей около двадцати пяти лет. Несмотря на бледность, темные круги под глазами и худобу, она была, безусловно, красива.
Белесьен молча ждал, пока она не осталась в нижнем белье. Тогда он подошел к ней, грубо схватил за подбородок и поцеловал ее. Потом резким движением сорвал с нее рубашку. Смеясь, кивнул через плечо Дугласу:
— Мне хотелось, чтобы вы оценили ее. Хороша, не правда ли? На мой вкус, правда, немного тонковата, но по-своему тоже неплоха.
Он подтолкнул ее к кровати:
— Ты видишь этого человека? Если ты не сделаешь все, что он пожелает, то будешь наказана. Ты помнишь, какое тебя ждет наказание? Я бы с радостью остался и понаблюдал, как вы тут развлекаетесь, но уж очень устал.
— А что это вы все молчите? — сказал Белесьен и повернулся к Дугласу:
— Она вам не нравится? Конечно, не девственница, но ведь вы ее не в жены берете. Я дарю ее вам, но только на эту ночь. Желаю приятно провести время.
С этими словами он вышел из комнаты. Дуглас подошел к двери и послушал, как его шаги удаляются, потом услышал, как на втором этаже открылась и захлопнулась дверь. Только после этого он обернулся к девушке.
Она стояла возле кровати, пытаясь закрыться руками. “Неужели мой план удастся”, — подумал Дуглас, боясь спугнуть удачу.
Когда он заговорил, его голос звучал быстро и четко.
— Ваше имя Жанин Доде?
Она молчала. Ее голова едва доходила ему до плеча. У нее были прямые светлые волосы, которые спадали почти до талии. Да, она очень хорошенькая, подумал он, глядя в ее бледно-голубые глаза, опушенные такими же светлыми ресницами.
— Я задал вам вопрос.
Девушка покачала головой, слегка отступив от него.
— Не бойтесь меня. Я здесь по поручению Джорджа Кадоудэла. — Дуглас старался не смотреть на нее. У него уже очень давно не было женщины, но сейчас нельзя было терять ни минуты. — Вам известно, о ком я говорю?
Она кивнула, все еще не решаясь поверить ему, хотя в душе у нее затеплился огонек надежды.
