тебя в шкафу полно подходящих, выбери из них. Если тебе нужен кто-то из бьюти индустрии – скажи, Беляков организует.
– Я постараюсь обойтись собственными силами, это не сложно, я так думаю.
Хотя, если честно, смогу ли я, простоватая девушка, блестеть среди сильных мира сего. Вот задачка, так задачка.
Глава 20
Только сейчас опомнилась, зачем собственно мы на кухне.
– Что хочешь вкусного?
– Что ты умеешь? – смотрит на меня, как мне показалось, оценивающим взглядом.
– Могу блинчики с творогом и клубникой или творожные кексы с изюмом. Ой это на десерт. Могу вареники с вишней или пельмени.
Я так увлеклась, а потом резко тормознула. Он может такое не приветствует.
– Ты не подумай, я тоже за правильное питание, но иногда балую себя такой пищей.
– Хочешь сказать, что ты прямо сейчас будешь лепить домашние пельмени? – в голосе и взгляде Рустама искреннее удивление.
Он смотрит и как будто вообще не может поверить, что такие люди существуют.
– Так в морозилке есть мясо, это же все быстро можно сделать. Или ты предпочитаешь что-то более привычное?
– Я не представляю, как можно вообще самостоятельно приготовить пельмени, и твое слово быстро тут удивляет. Но поверю на слово, – усмехается чему-то, поднимается на ноги. – Мне нужно сделать пару звонков по поводу завтра, ты начинай, я вернусь.
Мне стало легче дышать, когда он исчез за дверью кухни. Чувствую, что горят щеки. Он рассматривал меня как какую-то диковинку, а мне стало неловко. Девчонки в подростковом возрасте губы красили и парней учились соблазнять, а я оттачивала навыки и мечтала поступить в ВУЗ. Помогала маме и старалась ее не нервировать. После развода с отцом она испытывала много стресса и сердце работало с перебоями. Я не могла себе позволить ее волновать.
Незаметно за размышлениями вовлекаюсь в работу. Делаю заварное тесто, в микроволновке тает мясо, а потом мощный блендер его перебивает в сочный фарш. Работать на укомплектованной кухне просто сказка.
Рустам появляется на пороге в тот момент, когда я раскатываю тесто и собираюсь лепить пельмени.
– Ты быстро, а я ещё только лепить собираюсь.
Смахиваю со щеки волосы и улыбаюсь.
– У тебя все лицо в муке, – ухмыляется, рассматривая меня.
Затем переводит взгляд на стол.
– Вау. Это и правда быстро. Неожиданно.
– Может тебе кофе, пока закипит вода, а я налеплю пельменьки?
– Расслабься, я в состоянии сделать себе кофе. Где научилась? – кивает на пельмени.
Хлопаю ресницами. Пожимаю плечами. Вроде бы прошлый раз рассказывала, впрочем, может и не говорила.
– Мы с мамой жили вдвоем, она и научила. Только готовкой она меня открывала от ноута и выгоняла в мир людской. А ты совсем не умеешь готовить? Ну там шашлыки, колбаски гриль? – смеюсь.
– Как не стыдно, женщина. Я главный по мясу. Устраивай барбекю, и я покажу тебе класс, – воспринял это как мальчишка, как вызов.
– Я не против, у тебя во дворе очень красиво, почему бы не устроить небольшой вечерний пикник.
Я действительно не раз воображала себе тихий вечер с бокалом вина в таком месте, чтобы аромат мяса на углях дразнил нос, чтобы звёзды и луна придавали романтики такому моменту.
– На мое мясо легче подсесть, чем на мой тело, я предупредил, – играет бровью и неуместно хохмит.
Пельмень вылетает из моих пальцем и шлепается на пол. А глаза тут же скользят по его рукам, которыми он делает себе кофе.
– Гм, – нервно сглатываю, – я мясо не сильно люблю и не так часто, как секс.
– А как часто ты любишь секс? – разговор ушел на скользкую дорожку.
– У меня не было стабильных отношений, – говорю это так словно меня пытают, чувствую неловкость, ведь он наблюдает за мной и за моими неловкими движениями, ведь пельмешки почему-то выходят какие-то кривенькие.
– И мы не занимались сексом каждый день, максимум пять или шесть раз в месяц.
– То есть мясо ты предпочитаешь меньше, чем пять-шесть раз в месяц? Чушь. Мясо нужно есть несколько раз в неделю. Как и трахаться. Остальное блажь и вредно для здоровья.
– Я тебе о шашлыке, мужчина! – смеюсь.
Окидывает меня одним из своих фирменных взглядов, но в последний момент остановил себя.
– Если завтра отбудем на ура, они однозначно вернутся на шашлыки.
Он смотрит на пельмени и, кажется, наконец обратил внимание на то, какие они неровные.
– Помощь с этим не нужна? – изгибает бровь иронично.
– Ты меня засмущал своими вопросами, вот теперь не пельмени, а посмешище. Ты их будешь есть. Особенно этот кривобокий.
Тыкаю пальчиком на пельмень из которого выткнулась начинка.
– Стерва, – хмыкает и кусает, – так бы и призналась, что ничего не умеешь, заказали бы доставку, – подкалывает специально.
– Пфф, ты меня не обидишь, потому что это будет вкусно, даже в таком состоянии.
У него удивительно хорошее настроение, впервые такое наблюдаю. И мне это нравится. Большой и сильный Стрельцов сама душка, когда не козлится.
– Тебе идёт быть весёлым и таким наглым болтуном.
Смеюсь и вытираю руки. Наконец-то есть возможность отварить первую порцию пельменей. Пусть этот суровый мужчина слопает мою стряпню и получит вкусовой оргазм.
– Я говорил тебе, что могу быть душкой, если со мной по-хорошему, ты же как золотая антилопа копытцами била, – хмыкнул он, глядя на меня и ненадолго замерев взглядом на губах.
Опустил взгляд на пельмени и нетерпеливо уточнил:
– Долго ждать еще? Не терпится вкусить этот шедевр.
Я немного раздосадовалась. Это со стороны все выглядит так словно мы тысячу лет друг друга знаем и ладим. Но тот страх, который я пережила в первый день по его милости, никогда не забуду.
– Ищи масло в морозилке, а я уже загружаю твою порцию.
Я ловко отвариваю пельмени и ставлю тарелку перед Рустамом.
– Сметана, перец?
– Сейчас проверим, – накалывает пельмень на вилку, пробует, смакует и смотрит на меня. – Вкусно, – выдает свой вердикт, а потом добавляет, – хоть ты женись на тебе теперь, – губы искривляются в ухмылке.
– Ага, – вовремя захлопываю рот, чтобы гадость не сказать.
Пусть человек и дальше пребывает в хорошем настроении.
– Приятного аппетита.
– Согласна значит? – подтрунивает. И сам закрывает тему. – Спасибо.
