бережно страхуя, чтоб не ударилась. Одной рукой заставляет прогнуться и приземлиться грудью на стол, второй задирает длинную юбку и увесисто шлепает по заднице. Раз, второй. Чувствую его гнев, смешанный с желанием.
– Кто был плохой девочкой? – ещё один увесистый, заставивший меня вскрикнуть, шлепок, и чувствую, как каменный бугор в его брюках упирается мне в бедро.
– Если ты меня сейчас не трахнешь, я лопну, – взвизгнула я и попыталась дернуться.
Ещё один шлепок.
– Ты не ответила на вопрос, дрянная девчонка!
Тем не менее слышу звук расстёгивающийся ширинки. Ещё шлепок, а потом он резко разводит мои ноги шире и входит на всю длину, сорвав с моих губ крик. Пальцы сомкнулись на моей талии, сжали ее, и он вышел, проехался членом по клитору.
– Ты хочешь, чтоб я трахнул тебя, дрянь?
– Твоя дрянь хочет, чтобы ты ее отодрал, – хриплю я в первых конвульсиях, почувствовав его сильное тело своим, – пожалуйста.
– Хорошая девочка, – хвалит и больше не тянет. Берёт меня жестко, без лишних нежностей и прикосновений, голая животная страсть. Только шлепки наших тел друг о друга, мои громкие стоны и его приглушенное рычание.
Я уже почти готова взорваться, когда он резко выходит.
– Рано.
Переворачивает меня на спину и кладет ладонь на грудь, пригвоздив к столу, второй рукой закидывает мои ноги себе на плечи и возвращается, меняя темп. Толчки более глубокие, ритм немного замедлился. И теперь он не отрывает от меня взгляда своих черных глаз, прожигая насквозь, словно пытается заглянуть прямо в душу.
Большой палец проезжает по моему клитору, затем толчок его сильных бёдер, и снова дразнящее касание. Он однозначно решил свести меня с ума, порочный дьявол.
Я была уже в нирване, когда услышала его громкий рык.
– Вот теперь давай, кончи для меня, крошка.
– Не буду, только с тобой, – дёргаюсь намерено, словно пытаюсь вырваться, смотрю дерзко ему в глаза, – сильнее, Рустам.
Сжимаю его запястья и довольно рычу, ощущая волоски на его коже.
Толчок, такой сильный, что мне показалось, что у меня искры из глаз пойдут, второй, и я растворяюсь ему на милость. Чувствую, что он сгорает вместе со мной. Не могу знать, планировал так или это мое тело сорвало его планы.
Он хрипло дышит, навалившись на меня, положив голову на мою грудь.
– Я возможно действительно дрянь, но мне хочется ещё... Позже. Ты не оставишь меня?
Пальчиками перебираю его волосы и вымученно улыбаюсь, чувствуя жар его дыхания. Какой вымученный оргазм и ведь стало только немного легче. Мне кажется, что я только на один процент восстановилась от недотраха и жуткого желания к нему. Мне мало, хочу полноценный секс, хочу наконец-то изучить его, хочу целовать и чувствовать тяжесть его тела, сильные и порочные движения Рустама, которые меня превращают в голодную суку. Да, я голодна. Сексуально голодна. И это его вина.
Приподнимает голову, смотрит на меня внимательно. По его лицу сложно читать, не знаю, о чем думает.
– Ночью. У нас гости, мы хозяева, неприлично следовать своим низменным желанием, оставляя их одних, – он явно троллит меня.
Я простонала и откинулась на стол, прижав ладошки к щекам.
– Все сразу поймут, что ты со мной сделал, Стрельцов. Ты мне засосы не наставил?
Мне так внезапно стало стыдно за свое нетерпение и за то, что его утащила в такой важный вечер. Женщина года. Мрак.
– По крайней мере у одного из двух должна работать голова, лисёнок. Все поймут, что я сделал с тобой после того, как ты едва меня не изнасиловала на танцполе и выводила из комнаты со стояком. Все взрослые люди и все это делают, расслабься. Никто никого не осудит, – протянул мне руку и посадил на столе. Окинул внимательным взглядом. – Мы даже причёску твою почти не испортили.
Да плевать на прическу. Сильнее коленками сжимаю его бедра и тянусь к его губам, нежно ему прикусываю нижнюю и улыбаюсь.
– Я думала, что в библиотеке ты поддашься на соблазн, но кто-то решил играть в джентльмена? Что изменилось, Рустам? Откуда такая выдержка? Или тебе было с кем снимать напряжение?
Говорю все это, а у самой непонятная мне злость разрастается, и внизу живота так тянет от нервного и сексуального напряжения, что едва сдерживаюсь, чтобы не заскулить
– А ты хитрая лиса. Так это была спланированная акция? После того, как ты назвала меня насильником я боялся гадать. Видишь ли, я не люблю принуждать баб. Я люблю, когда они хотят меня сами, лисичка, и мне уже не четырнадцать, чтоб звучал вопрос откуда выдержка, – хмыкает, криво ухмыляясь.
– Я хотела тебя расслабить, – улыбаюсь слишком хитро и кончиками пальчиков глажу его шею, – и себя. Мне не хватало такого секса. И я не думала, что я буду так хотеть этого. Это безумие. Это стыдно. И слишком изматывающе. Мне кажется, что я буду любить секс много раз в неделю.
Кусаю губы и смотрю на ворот его рубашки, на волоски, которые слишком цепляют мой взгляд и внутренне мурлычу, и предвкушаю ночь. Мой язычок будет ласкать кожу его груди, шеи. Только бы не застонать от этих влажных фантазий, иначе мы не выберемся отсюда.
Он не углубляется, но от его пристального взгляда бросает в жар.
Приводим себя в порядок и возвращаемся ко всем. После нашего возвращения атмосфера словно каким-то магическим образом разрядилась, или это просто Рустам расслабил меня и ушла хотя бы малость того дискомфорта, которую я испытывала ранее. Он водит меня за руку с собой и знакомит со своими друзьями и бизнес партерами, светские беседы, шампанское, все чинно. Танцы больше не танцуем, ибо это чревато очередным побегом, а тогда точно выставим себя посмешищем. Около десяти все разъезжаются, ближе к одиннадцати официанты заканчивают уборку, забирают реквизит и тоже уезжают. Мы наконец остаемся одни.
Глава 24
Я поднимаюсь в свою спальню и планирую отправиться на поиски мужчины, но он приходит сам. В расстегнутой рубашке, с бокалом коньяка. Заходит в мою спальню как к себе и сразу прожигает взглядом.
А я волнуюсь, как девчонка. До сих пор стою в праздничном платье и рассматриваю себя в зеркале. Я выгляжу слишком напряжённо. Можно подумать, что это у нас первый секс. Так откуда волнение? Или все из-за того, что в этот раз
