Наложи себе и поешь. Мне нужно будет отъехать в город и проконтролировать некоторые нюансы и поставки, если тебе что-то нужно дай знать.
Он уехал после того, как мы пообедали, и снова вернулся очень поздно. А впереди нас ждало это пока непонятное мне мероприятие, от которого не знаю, чего ждать.
Глава 21
– Ты какой-то взмыленный, дружище.
– Она пельмени готовит, – отвечаю обреченным голосом.
– Кто? – не понимает Беляков, отрываясь от дела, которое листает.
– Марина. Пельмени домашние готовит. Сама, вручную. Для меня.
– Ого. Да ты впечатлен больше, чем минетом с глубокой глоткой, отрадное зрелище.
– Заткнись, – бурчу беззлобно, сделав глоток виски.
– Не заткнусь. Ты неделю бабу кошмаришь и у меня с ума сходишь. Не дело, Рус.
– Она сама просила к ней не прикасаться, забыл?
– И потом четыре раза кончила в руках пьяного остолопа.
– Зря рассказал.
– Возможно. Но когда вы оба признаете, что что-то мутится, миру станет легче. Я тебя таким не видел с… Да бля никогда не видел? Тебе нравится телка, ты ее наяриваешь, у тебя этот сценарий с пятнадцати работает, а на лисичке дал сбой.
Легко ему говорить. Девчонка лично, своим порочным ротиком, попросила не принуждать её к сексу, я не долбанный маньяк-насильник. Да, ее тело отвечало мне каждый раз, и щедро, но я это умею. И мне это не интересно. Я хочу, чтоб ее голова хотела меня. Чтобы она хотела меня. А не вот эта непонятная возня со злым сексом или сексом из милости, потому что я хозяин дома, в котором она вынуждена прятаться.
Сука Кара подставила сестричку по всем фронтам. Марина не знает, что эту неделю мы плодотворно работали с Беляковым, чтобы инсценировать ее смерть. Ей все равно придется менять имя и документы, если вернется к нормальной жизни, когда поймают ее злобную сестру. Так хоть хвост бандитов сбили со следа и теперь все в поисках той сестры, что надо – Кары.
– Это не сбой, – выдыхаю, затянувшись сигарой, которую крутил в пальцах.
– Он самый. Ты не супермен, чтоб подставиться за телку, которая тебе не интересна. И не пизди про секс, этого у тебя всегда хватало. Актрисулька, что наняли на роль Марины, тебя взглядом насиловала, ты на нее даже не посмотрел. Рус которого я знаю выебал бы ее между делом. Этого парня перед собой я не знаю. Но он мне заочно нравится.
– Иди нахуй. Завтра не опаздывай. И романтическую хуйню эту оставь здесь и на прием не тащи, а то всеку, – затушил сигару и поднялся на ноги. – Поздно, поеду. По Кире глухо?
– На дне. Возможно карьера уже, потому что как живая телка может прятаться от кучи бандитов и полиции, которая ее ищет, ума не приложу. Лучшие умы пашут. А она как детей всех делает.
– Пусть пашут лучше.
Не хочу больше говорить о ней. Мне неприятно вспоминать ее. Анализируя сейчас прошлое, понимаю, что она так искусно обслуживала мой член, что затмила разум. Но ничего больше не было. Хитрая – да, не зря лиса. Но какая же мерзкая, лживая и беспринципная тварь.
У девушки у меня дома ее лицо. И совершенно другой характер. Она наивная, искренняя, живая. А я имел ее, как шлюху, с которыми спал. Неправильно это.
К пяти часам должны были приехать гости. В доме все было готово. Еда, алкоголь, официанты, не хватало только ее и я начал закипать. Что если снова играет со мной?
Ко мне подходит Глеб и шепчет на ухо:
– Марина сейчас потоп устроит, ждёт вас в библиотеке.
Я отшатнулся от него.
– Какого?..
И только потом осознал смысл его фразы.
Что блядь ей опять не так?!
Иду в библиотеку заранее злой. Открываю дверь и едва не гаркаю с порога:
– Что случилось?! – лишь потом фокусирую взгляд на ней.
Залпом выпивает мой коньяк со стакана и поворачивается спиной.
– Сиськи не влезли! – едва не воет Марина, – Они большие.
– И ты рыдаешь, потому что это единственное платье, которое твой мужчина может себе позволить? – мой голос звучит низко, угрожающе.
Отлично встречать гостей будем – она с голыми сиськами и я с каменным стояком.
– Было все нормально, но когда я спустилась вниз, перевела дыхание, оно лопнуло. Я должна была хоть как-то тебя предупредить. Только не злись.
Марина подходит ко мне.
– И второе такое же, со змейкой на спине, поможешь надеть? А едва руки не свернула, пытаясь это надеть.
Вижу, что это долбанное платье неприлично вниз сползло, и ее грудь вот-вот вывалился из лифа.
Я блядь сейчас точно эту сраную молнию стояком застегивать буду.
– Размеры свои Ларисе напиши, чтоб тебе привезли нормальные шмотки твоего размера в следующий раз.
Спрашивал же, нужно ли что в городе, нееет, ничего, зачем. Весело же испытывать голодного мужика, что может пойти не так? Стерва.
Пиздец дожил. Одеваю бабу, которую больше всего на свете хочу раздевать.
Она меняет платье, поворачивается спиной, придерживая лиф.
– Сделай глубокий вдох.
Вдыхает. Мои пальцы берут замок и скользят вверх, упаковывая красивую фигуру в элегантную, но развратную тряпку.
Марина довольно выдыхает и гладит себя по груди. Да и это платье легче сошлось на ее фигуре.
– Спасибо, – пожимает мои ладони и победоносно рассматривает себя в зеркале.
– Ты почему не в настроении? Из-за меня?
Поправляет длинные волосы, что-то там поправляет в макияже, пока я наблюдаю за ней.
Да как тебе сказать, ласточка моя? Хорошо, что ты не смотришь куда не интересно и не видишь состояние моей ширинки. А я уже и не знаю, в кухню за льдом, или остаться тут и об подоконник собачий вальс отбивать, пока не уляжется.
– Нормальное настроение, – бурчу, отворачиваясь. – Заканчивай и выходи, гостей пора встречать.
Уже почти выхожу из библиотеки, но все же останавливаюсь и говорю:
– Ты очень красивая.
А я пошел за ведерком со льдом.
Не задерживаюсь дольше, поднимаюсь наверх к себе, и понимаю, что никакой лед не поможет сбросить напряжение нормально и вариант у меня один – выдрочить свою боль. Скоро точно в школьника с ней превращусь.
Возвращаюсь вниз и вижу, что Марина уже внизу и встречает гостей, рядом с ней стоит Беляков. Вот и отлично, пусть
