— Перед Иваном? А где ты его возьмешь?
— Я ведь была у него дома, — пожала плечами Настя. — Запомнила адрес. Память у меня что надо. В отличие от интуиции.
— Поезжай к нему прямо сейчас! — загорелась Люся.
Настя промямлила:
— Наверное, он на работе.
— А кем он работает?
— Я не знаю. Разговор об этом как-то не заходил.
Вернее, заходил, но всегда сворачивал в сторону.
— Может быть, он артист? — предположила Люся. — Тогда у него работа начинается вечером. Или манекенщик. Судя по твоим отзывам, он — нечто особенное.
— Это так, — уныло согласилась Настя.
— Не будь мямлей, поднимайся.
— Может быть, ты поедешь со мной?
— Еще чего! Вы станете выяснять отношения, а я буду стоять поодаль и бросать на вас хищные взоры?
— Почему хищные?
— Потому что я неравнодушна к красоте в любом ее проявлении.
— Хорошо, тогда я поеду одна, — решилась наконец Настя.
Глава 5
Сказать по правде, ехать к Ивану она боялась. Вернее, ей было не по себе. Если бы между ними существовали хоть какие-то отношения и они некоторое время встречались… Атак? Всего один бурный вечер и одна сумбурная ночь. Может быть, для такого парня, как Иван, это вообще ничего не значит и Настя — лишь крошечная искорка в фейерверке его бесконечно исполняющихся желаний.
Тем не менее она была полна решимости повидаться с ним еще раз. «Впечатление о мужчине должно быть цельным, — думала она. — Либо плохим, либо хорошим. Иначе тоска по несбывшемуся съест тебя с потрохами».
Она без труда нашла нужную улицу, потому что в прошлый раз сидела за рулем и отлично запомнила дорогу. Ей хотелось, чтобы, невзирая на дневное время, Иван оказался дома, ведь во второй раз решиться приехать к нему будет еще труднее.
Очутившись перед знакомой дверью, Настя почувствовала дрожь в коленках. Из-за двери доносилась ритмичная музыка, и ее зубы стали активно стучать в унисон. Руки сделались потными и дрожали, как у пьянчужки. Чтобы успокоиться, она несколько раз глубоко вдохнула, подняв руки вверх и потом резко бросив их вниз.
— Мне тридцать лет, — вслух сказала она себе. — Я не должна вести себя, как девственница, перед которой сняли брюки. Я большая девочка, я готова встретить лицом к лицу того, кто сейчас передо мной появится. Что бы он ни сказал, я не стану паниковать или, не приведи господи, плакать. Кроме того, он не монстр и не откусит мне голову просто за то, что я заехала поговорить.
— К-хм, — выразительно кашлянул кто-то позади нее, и Настя подпрыгнула, словно каучуковый мячик.
Обернувшись, она нос к носу столкнулась с незнакомым мужчиной в очках-хамелеонах, который смотрел на нее через коричневые стекла с невероятным любопытством. Был он среднего роста и не особенно крепко сбит, однако в опущенных руках и дерзкой посадке головы ощущалась скрытая сила, которая разит наповал даже самых взыскательных женщин. Крупный нос и резко очерченный подбородок придавали ему упрямый вид. В качестве противовеса всей этой мужественности на высоком лбу топорщилась короткая аспирантская челка.
— Господи! — воскликнула Настя, страшно рассердившись. — Зачем вы ко мне подкрались, как индеец?!
— Извините, — мрачно ухмыльнулся обладатель очков. — У меня очень мягкие подошвы.
— Дурак какой-то, — буркнула она. — Идите отсюда.
Мужчина был некрасив', и это ободряло, позволяло чувствовать себя раскованно. Вместо того чтобы отодвинуться, он продолжал стоять и изучающе ее разглядывать.
— Что вам надо? — Настя почувствовала, как на самом донышке души звякнули льдинки беспокойства.
— Это моя квартира, — заявил незнакомец, ткнув рукой в дверь. — И, как вы верно заметили, я не монстр. Так что можете смело выкладывать все, что у вас там наболело.
— Разбежался! — нахально отрезала Настя и, потянувшись к звонку, в панике принялась давить на кнопку. — Ну, открывай же скорее!
Мужчина аккуратно обошел ее и, достав из кармана ключ, вставил его в замочную скважину. Два раза повернул и распахнул дверь, из-за которой на лестничную площадку вырвалась освобожденная музыка.
— Я открыл, — сообщил он, поворачиваясь к Насте лицом. — А теперь могу я узнать, кто вы такая?
— Нет, это вы кто такой? — возразила она, отчаянно петушась.
— Купцов Игорь Алексеевич, — чинно представился незнакомец и даже протянул Насте прямую ладонь с оттопыренным большим пальцем.
Настя ладонь проигнорировала. Вместо этого она встала на цыпочки и заглянула Купцову через плечо, рассчитывая увидеть кого-нибудь знакомого — Ивана, его младшего брата или, на худой конец, его мать.
— Там никого нет, — уверил ее Купцов, неохотно опуская руку. — Я вышел за сигаретами и просто не стал выключать приемник.
— Послушайте, — сказала Настя, заглянув ему прямо в очки. — Это какое-то недоразумение.
— Я так и понял. Кстати, что вы там говорили про девственницу?
— Вы подслушали чужие мысли.
— Не передергивайте. Мысли были высказаны вслух прямо в подъезде.
— В пустом подъезде, — подчеркнула Настя. — Если бы я услышала шаги, я бы не раскрыла рта. А вы подкрались и ввели меня в заблуждение.
— Ладно, я подкрался, — покорился Купцов. — Я увидел, что перед моей дверью стоит незнакомая мадам и разговаривает сама с собой. Мне стало любопытно.
— Какая я вам мадам? — оскорбленно вздернула подбородок Настя.
— Вы сами сообщили свой возраст моей двери.
— Ну и что?
— А! Наверное, знакомые мужчины льстят вам и все еще называют девушкой.
— Послушайте, Игорь Алексеевич, — отступила Настя. — Вообще-то я приехала поговорить с Иваном.
— С каким Иваном, позвольте уточнить?
— Ну… С тем, который здесь живет. Живет с мамой и младшим братом.
— Вот здесь? — Купцов, не оборачиваясь, указал на квартиру за своей спиной.
— Ну да.
— Это какая-то ошибка, — решительно возразил он. — Здесь живу я. Причем в единственном числе. Об Иване я слышу в первый раз, о его брате и маме тоже.
Вы перепутали адрес.
— Да ничего подобного! — воскликнула Настя. — Накануне я провела здесь потрясающий вечер! Дом был полон гостей, мы пили вино, танцевали…
— Так вы пьете, — хмуро заметил Купцов. — Пожалуй, это все объясняет.
— Послушайте, я была здесь! — уперлась Настя. — Именно здесь. Ну, как вам доказать? Слушайте: в маленькой комнате на письменном столе лежит морская раковина, полная мелких монет. Рядом — пепельница в форме рыбки. На стене картина неизвестного художника с изображением пруда с плавающими на поверхности желтыми листьями. На кухне — вертикальные жалюзи, а в ванной комнате — занавеска с дельфинами.
— Вы убиваете меня, — пробормотал Купцов, хмуря брови. — Вы в точности описываете мою квартиру, хотя я готов биться об заклад, что не знаком с вами и уж тем более никогда не приглашал вас в гости.
— Вот видите! — радостно воскликнула Настя. Впрочем, радость ее тут же остыла, словно сброшенный со сковородки блин. — Но как же Иван? — спросила она растерянно. — Он был тут! С мамой, братом, гостями и семейным фотоальбомом в придачу.
— Судя по всему, фамилии Ивана вы не знаете. — Настя потупилась. — А как он выглядит?
— Как бог, — быстро и деловито ответила она.
— Ваш бог блондин или брюнет? — стал допытываться Купцов. — Высокий или низкий?
— Безусловно, блондин и, безусловно, высокий, — надменно ответила Настя, бросив взгляд на темную макушку своего нечаянного знакомого.
— Заходите, — решительно предложил тот, отступая в сторону от двери. — Надо во всем этом хорошенько разобраться.
Настя нерешительно переступила порог. Квартира была чисто убрана, вещи как будто бы играли в «Замри!» — каждый стул стоял на своем месте и тайком улыбался, глядя на то, как гостья обшаривает глазами каждый пятачок пространства.
— Я вернулся из командировки вчера ночью, — сообщил Купцов, задумчиво потирая переносицу — В мое отсутствие здесь была только женщина, которую я время от времени приглашаю прибраться.
— И долго вы были в командировке? — рассеянно спросила Настя.
— Больше месяца. Поэтому-то я и не могу поверить в вашу историю.
— Не можете поверить? — Настя перестала озираться и в упор посмотрела на него. — Но я ведь не сошла с ума!
— Откуда мне знать? — живо возразил тот. — Кстати, у вас сейчас совершенно дикий вид.
— Ничего удивительно. Я потрясена до глубины души. Представьте: вы знакомитесь с человеком, едете к нему домой, успеваете подружиться с его родственниками, рассмотреть его детские фотографии и даже становитесь очень близким человеком…
— Хотите сказать, вы стали близки в моей квартире? — с подозрением спросил Купцов.
— Успокойтесь, ханжа! Мы всего лишь целовались на балконе. Кстати! Я потеряла там сережку — Какую? — заинтересовался Купцов.
— Сережку-жемчужину. Такую кругленькую, на серебряной подвеске.
