снега, чёрное небо и силуэты машин, едва видных, хотя до них было всего несколько десятков шагов.
Что-то взорвалось вдалеке.
Адъютант что-то прокричал, потряс меня за плечо и показал вверх.
Едва заметный красный росчерк показался в небе и взорвался. Через снег видно разгорающееся красное зарево.
Это пальнули вверх из установки Лина. Мощный фейерверк, который видно даже в такую погоду.
— Противник обнаружен! — крикнул адъютант. — Он атакует наши главные позиции.
Сигнал именно такой, как и было договорено. И по времени мы успеваем.
Головная машина где-то впереди. Из-за завываний ветра почти ничего не слышно, но мне показалось, что там начался бой.
И теперь уже впереди показался зелёная вспышка, которая плавно плыла наверх. Наш командир открыл люк панцирника, проорал что-то внутрь, потом достал сигнальный пистолет и пальнул в небо. Ракета с шипением полетела в небо.
Такую же запустили с соседней машины, которую мы едва видели. Но сигнал и зелёное зарево видно чётко. Дальше были ещё сигналы, со всех сторон. Без рации это был единственный способ хоть как-то управлять происходящим.
— Враг рядом, — напомнил адъютант, хотя я это и так понял. — Продолжаем движение.
Целая куча сигнальных ракет взмыла в небо. Смысла скрываться уже нет, мы и так прибыли достаточно внезапно.
Чёрное небо и летающий снег осветились зелёным заревом.
Стрелки на броне начали готовиться. Холодно, я чуть не примерзал к ледяной броне. Почти так же холодно, как в тот раз, когда я выбрался из озера, где едва не утонул зимой.
Впереди зелёный и красный. Продолжаем движение, но маневрируем. Направление ракет показывало направление, но только в другую сторону, чтобы запутать врага.
Панцирник развернулся, башня на нём тоже. Открылся люк, оттуда вылез пулемётчик и взялся за рукоятку оружия.
Его защитные очки тут же залепило снегом.
— Как вы тут сидите? — грубо спросил он меня, так и не узнав.
— Давай поменяемся, — предложил я.
Он хохотнул и начал куда-то стрелять. Трассирующие пули полетели вперёд. Остальные наши машины присоединились к огню.
Со всех сторон начались взрывы. Пули полетели уже к нам. Адъютант успел пригнуться, но кого-то из стрелков задело. Он дёрнулся и завалился на броне, по белому халату побежала кровь.
Красный сигнал. Ведут бой. Головная машина остановилась, наша тоже. Мы отвернулись и зажали уши.
Пушка оглушительно пальнула. От отдачи панцирник дёрнулся.
Зелёный, продвигаемся дальше.
Несколько пуль чиркнули по броне.
Красный, зелёный, красный. Панцирники остановились.
— В атаку! — приказал командир отряда стрелков.
Они все спрыгнули и пошли своими ногами, прикрываясь бронёй панцирника.
Стрельба уже совсем рядом. Можно было различить чьи-то крики. Я остался наверху, прячась от пуль за башней. Пулемётчик продолжал стрелять.
Мы уже рядом.
И тут буря начала стихать.
Видимость всё ещё низкая. Я хорошо увидел, как в небо отправились три сигнальные ракеты.
Красный, красный, красный. Самый плохой сигнал.
Появился вражеский Небожитель.
Я медленно вдохнул, снял перчатку и вытянул левую руку в небо. Её уже кололо от холода, а когда она начала неметь, стало очень неприятно. Кончики пальцев зазудели.
Но с левой руки сорвалась длинная красная молния. Этот сигнал для всех нас, и видно его хорошо. Молния взорвалась, оставшись в небе красным заревом.
Этот сигнал для всех союзников. В бой вступил Небожитель Громов. Никому не мешаться и не лезть под ноги.
Глава 8
Атакующий клин панцирников остановился, будто уступал мне поле боя. Метель стихала, но видимость всё ещё оставалась низкой. Грохотавшие повсюду пулемёты замолчали, когда офицеры с двух сторон поняли, что войска схлестнулись в рукопашку.
Своих от чужих отличать просто. Чужие — в стальных нагрудниках и в мундирах с жёлто-красными воротничками, в которых сложно ходить в такую холодную погоду.
Ещё у них открытые шлемы вместо практичных касок, и сабли с мечами, с которыми враги не расстались до сих пор. Они так и атаковали, винтовка или автомат в одной руке и сабля в другой.
У нас же постепенно вводились штыки. Медленно, но верно, войска их успешно осваивали. Просто и удобно, не надо таскаться с дурацкими мечами. Берёшь и тыкаешь.
А моё оружие мне не мешалось. Карнифекс и Флаггеллум, ждали своего часа. Они уже как два закадычных друга. Оба ждут возможности себя показать.
Я шёл вперёд. Кто-то бежал следом. Мой адъютант, клановые из отряда Варга и наёмники, которые со мной ещё с прошлого лета. Они ехали следом на других бронемашинами. Ну да, мне же теперь нельзя без охраны.
Снег хрустел под нашими ногами. Иногда попадались трупы, уже обмёрзшие, хотя умерли совсем недавно. Их много.
Где-то рядом выстрелили из револьвера. Офицер в заиндевевшем нагруднике бил саблей кого-то из моих клановых. Парня спас толстый тулуп и тупая сабля офицера, но всё равно должно быть больно. Я снёс противника удлинившимся клинком, а потом разделал кого-то из его подчинённых.
Красные клинки моего оружия должно быть видно издалека, даже в такую погоду. Ветер почти стих, но теперь нам мешал туман. Панцирники стреляли куда-то из пушек, откуда-то спереди доносились разрывы. Воняло гарью.
Взорвалась граната совсем рядом. Я переместился вперёд и проткнул мечом одного из смельчаков, что кинулись на нас с саблями. Другой замахнулся, я отбил клинок топором, ударил придурка коленом и рассёк лезвием Флаггеллума.
Выжившие в ужасе бежали. Я убрал оружие. Над головой поднимались красные вспышки сигнальных ракет. Фойл где-то рядом.
Из тумана выскочил отряд клановых, направляясь в сторону врага.
— Ограния! — заорал их командир. — За Наблюдателя Громова!
Его подчинённые с рёвом бежали за ним. Ещё больше сигнальных ракет запускали в небо. Будто это фейерверк бьёт в честь нашей победы.
Но её не будет, пока я не найду Фойла.
Я потёр лицо. Щёки и скулы совсем замёрзли. У кого-то из моей охраны заиндевела борода, а усы покрылись сосульками.
Один панцирник, едущий неподалёку, издал громкий скрежет и остановился. Изнутри повалил дым. Что-то влетело в него на огромной скорости. Но это не снаряд из пушки, это что-то очень длинное и блестящее. Будто гигантская сосулька.
Другая такая штуковина угодила в бронемашину с башней, построенную Лином. Вреда не было, сосулька разбилась о наклонную броню. Но я вроде понял, откуда это кинули. Недалеко отсюда.
Вот же гадство, там пулемёт. Вспышки стрельбы видны в тумане, оттуда полетели трассирующие пули. Но тут пальнул наш панцирник. От мощного выстрела разметало снег под пушкой, сама она начала парить, когда растаял лёд, что успел намёрзнуть сверху.
Впереди что-то взорвалось, какая-то машина или что-то вроде. Земля дрогнула, летающий снег
