осветило заревом огня. Пулемёт замолчал, но сразу заголосил другой. Этот стрелял прямо в нас.
Кто-то напрыгнул на меня сзади. А потом ещё один человек. Но я пока не стал призывать оружие назад.
— Там пулемёт! — крикнул мне в ухо клановый боец в каске поверх шапки. — Осторожно!
Я не спорил. Один из бойцов, вооружённый длинной трубой с вытянутым цилиндрическим наконечником на ней, встал на колено и положил трубу на плечо.
Она хлопнула, выплёвывая снаряд, который оставил за собой густой дымный след. Он взорвался совсем рядом. Не так громко, как крупнокалиберный снаряд из пушки, но трещащий пулемёт заткнулся. Я поднялся, а моя охрана отряхнула с меня снег.
Кого-то ударила пуля в грудь. Он застонал. Я подхватил обмякшее тело, не давая ему упасть.
— Помогите ему, — сказал я.
Кто-то сразу же достал бинт. Рана в груди, опасная. И настоящая. На этот раз настоящая. А то я начал стареть, раз они недавно смогли меня обмануть…
Впереди горела колёсная бронемашина. Передний бронелист пробит насквозь. Судя по дыре, это попал панцирник Лина. Задняя часть, где стоял движок, была разорвана напрочь. Вокруг лежало несколько тел. Снег и лёд таяли от жара.
За остовом большая группа солдат в бесполезных нагрудниках. Они столпились вокруг одного человека. Мужчины лет пятидесяти, с сединой в причёске и аккуратной бородке.
Его глаза немного светились. Он меня тоже увидел.
Я хотел его окрикнуть, но решил сделать проще.
— Огонь! — приказал я.
Мои сопровождающие начали стрелять. Охрана Фойла облепила его со всех сторон, не давая подстрелить. Храбрый жест, но живыми так никого не останется. Целая куча расстрелянных, которые погребли под собой Небожителя.
— Отставить, — приказал я и призвал своё оружие. — Теперь в сторону. Следите, чтобы никто не мешал.
Что-то загудело. Куча трупов и раненых подлетела в воздух, будто под ними что-то взорвалось. Одно из тел сбило кого-то из наших. А Небожитель Фойл напал сразу на меня.
У него длинная алебарда с красным лезвием и угрожающим шипом на обухе. Он пытался задеть меня, ловко орудуя древком.
Я уклонился, переместился в другую сторону, и сразу ударил с двух рук. Фойл легко парировал удар и сразу рубанул в ответ. Я переместился к нему со спины.
Он отбился древком. Быстрый, но дыхалки ему не хватает, он уже немолод. А левой рукой он полез в карман. Нет, не выйдет. Я напал, не давая ему времени на передышку.
Какой-то парень их охраны южного Небожителя кинулся мне наперерез, пытаясь помешать. Его пристрелил мой адъютант. В него прицелились из винтовки, но стрелка завалил клановый охотник из отряда Варга.
В стороне они не удержались, как и охрана Фойла. Вокруг нас разгорелся ещё один бой. Но по нам не стреляли, опасаясь задеть своего Наблюдателя.
Небожитель ударил своей призванной алебардой, а потом воткнул древко в землю и направил туда обе руки. Время вспомнить старые уроки Инжи. Я одной рукой выставил барьер Небожителя, а другой рукой подтянул к себе адъютанта, который оказался слишком близко.
Сначала в нас прилетело несколько трёхметровых сосулек, которые зародились прямо в воздухе из мелких ледяных игл. Потом по земле пошёл ледяной туман. Он мгновенно охватил купол со всех сторон. Кто-то из клановых, кто не успел сбежать, мгновенно замёрз. Больше я его не видел, всё заледенело.
Холодно, только тёплая рукоять Флаггеллума немного меня грела. Интересно, а смогу ли заполучить ту алебарду?
Я снял купол, но лёд вокруг него всё ещё оставался и держал форму.
Если Небожитель Фойл повелевает льдом, то почему это он живёт не на севере? Упущение.
Бледный от страха адъютант смотрел на ледяной купол вокруг нас. Я разбил лёд пинком ноги и сразу переместился через туман. Бой только разгорался, а Небожитель Фойл стоял с глупым видом вместо того, чтобы готовиться к продолжению.
У него в руках была синяя коробочка с золотой гравировкой.
— Сейчас ты пожалеешь, что родился, — он ухмыльнулся.
А я сдержался. Фойл не должен знать о нашем маленьком подлом плане.
Коробочка, где он хранил Эссенцию, была пустой. И сейчас он недоверчиво на это смотрел, не веря своим глазам.
— Все по сторонам, — предупредил я своих, направляя меч в сторону Фойла.
Врассыпную бросились не только наши, но и враги. Фойл оскалил зубы, но остался на месте.
Рука онемела, а с кончика меча слетела красная молния. Противник закрылся барьером. Молния разлетелась на искры. На барьере остались трещины.
Продолжаем.
— Ты не справишься! — крикнул Фойл. Из-за барьера голос казался глухим.
Я поднял меч над головой и начал размахивать. Лезвие разделилось на сегменты и стало гибким, как хлыст. Я взмахнул раз, два, три. Моя собственная буря, пусть и не такая большая.
Красные порывы ветра раздували снег. Ещё взмах, который пронёсся над землёй с жутким завыванием. Снег и комья земли взмывали в воздух. Торнадо, внутри которого били молнии.
Фойл сдерживался, но с каждым взмахом его отодвигало назад. Лезвие Флаггеллума снесло горящий остов броневика, кого-то из охраны Фойла засосало внутрь и отбросило очень далеко.
Я взмахнул ещё раз и переместился ближе, обрушая всю свою мощь на его барьер, и так покрытый трещинами.
Он взорвался, меня отбросило назад. Я упал спиной и проехал по голой и лишённой снега морозной земле. От удара из груди выбило весь воздух, а ещё я приложился затылком. А Фойл тем временем просто побежал куда-то к своим.
— Стой! — крикнул я.
— В бой! — вопил Фойл. — Все в бой! Защищайте меня!
А сам продолжал убегать. Вот же трус, бросил своих людей на верную смерть. Я побежал следом. Но здесь слишком много врагов. Кто-то лёг на землю, целясь в меня из ручного пулемёта.
— Господин Громов! — охрана пыталась меня удержать. — Нужно уходить!
Я вырвался, но клановый парень, что держал меня за плечи, предпринял ещё попытку меня остановить. И получил пулю. По нам начали прицельно стрелять. Парень упал на землю и начал грести ногами.
Сейчас тут всех перестреляют.
— В укрытие! — приказал я, хватая раненого за шиворот и утаскивая за собой.
— Нужна поддержка! — крикнул адъютант в свой радионаушник.
Метель стихла, и связь вновь работала.
Мы понемногу отходили. Кто-то ещё из тех, кто закрывал меня телом, получил пулю. Нет, рисковать своими людьми я так глупо не буду. Трус уже сбежал, а эти пойдут за мной в самое пекло. И сдохнут. Я же забыл, что многие обещали за меня умереть.
Я схватил ещё одного раненого за ногу и потащил за собой пригибаясь. А два наших панцирников выдвинулась на
