значит, что началась весна. Станет теплее. И враги перестанут мёрзнуть. Скоро их будет больше и они станут наглее.
Глава 10
— И зачем Инжи выбрал другую дорогу? — в очередной раз спросил Руссо, которого я взял с собой. — Зачем он отправился по льду Ларвы?
Мы выдвинулись на помощь Инжи небольшой колонной. Два новейших панцирника с башнями ехали первыми. Следом бронированные мотоповозки и несколько обычных, чтобы перевести раненых, если они будут.
Руссо ехал рядом со мной на броне головной машины, хотя бывшему инспектору было тяжело сюда забраться.
— Мне просто кажется странной одна вещь, — он откусил кончик сигары. — У них был маршрут, которым пользуются контрабандисты. Безопасный, о нём никто не знает. И внезапно Инжи поехал другим маршрутом, а на хвосте у него целая армия. И вот что странно…
— Он сделал это по моему приказу, — отрезал я.
— Тогда вопросов нет, — удивлённо пробормотал Руссо. — Хотя один всё же есть. Почему такая резкая смена маршрута? Мой был безопаснее.
— Во дворце предатель, — сказал я. — Кто-то ещё кроме Стаса Климова. Кто-то сливает информацию южанам. Поэтому последние поставки игниума были перехвачены.
— Ха, — Руссо вдруг обрадовался. — Так это была уловка! С Бинхаем! Когда ты сказал, что всеми силами идёшь на запад, но оставил на востоке половину своей армии!
— Именно.
— Вот это ты их обрадовал, — Руссо прикурил и выпустил в морозный воздух облако дыма. — Но ты знаешь, кто это? Варг? Кто-то из семьи Климовых? Или Инжи?
— Никто из них.
Руссо потёр лоб.
— Да, я понимаю, что они тебя никогда не подводили. Но предательство вещь такая, что никогда не знаешь, кто может вонзить тебе нож в спину. Это всегда неожиданно. Это может быть друг, родственник, а то и женщина, с которой спишь. Всякое бывает. Особенно когда замешаны такие силы. Мне найти крота?
— Как вернёмся, занимайся.
— Принято, Громов. Меня же зовут Ищейкой. Я раскопаю всё что угодно, — похвастался он. — Поэтому ты меня взял? Чтобы можно было поговорить там, где точно никто не подслушает?
— Верно.
Бронемашины остановились у реки Ларва. Здесь не так холодно, а ещё солнце выглядывает на несколько часов в день. Но река скована льдом. Кто-то из экипажа выбрался, чтобы проверить, насколько он толстый. Лишь бы не провалиться, мне того купания хватило на всю жизнь.
— Нас не выдержит, — сказал перемазанный чёрным маслом стрелок. — Придётся ехать по берегу, искать место, где можно перебраться на ту сторону.
— А броневики смогут пройти по этому льду? — спросил я.
— Смогут!
— Пусть обходят. Ударим с двух сторон.
Панцирники поехал вперёд, а броневики медленно прямо по льду. Двери и люки открыты, чтобы экипаж и десант успели выпрыгнуть. Я с опаской смотрел на реку, ожидая, что лёд вот-вот начнёт трескаться.
Но люди скоро оказались на том берегу. Я выдохнул. Мы уже близко, судя по последней радиопередаче.
— Всё думаю, кто бы это мог быть, — продолжал размышлять Руссо. — Это точно не Лин. Парень получил пулю, и он тебя очень уважает. Тогда даже отказался от должности при дворе.
— Я помню. Ещё идеи?
— Кто-то из твоих подданных? Или кто-то из студентов академии? Я выясню.
— Только осторожно. И чтобы никто ничего не заподозрил.
— Хочешь сливать через него ложную информацию? — спросил бывший инспектор.
— Именно, — я похлопал его по плечу. — Кем бы наш враг ни был, он замучается разбираться, что правда, а что ложь.
— Отличный план, Громов. Я думаю, ещё…
Впереди в небо взмыли сигнальные ракеты.
Красный, зелёный, жёлтый. Как и условились.
— Ммм, — Руссо задумался. — Готовятся к обороне? Критическая ситуация? Много раненых и убитых?
— Нет, — сказал я. — Сигналы мы поменяли. Наоборот, поддержка нашей атаки.
— Ха, и когда ты успел поменять?
— Они с самого начала были другими. Только Инжи знает, какие настоящие. И я. Запутаем врага.
Я постучал по люку панцирника. Оттуда выглянул кто-то из экипажа, грязный, как чёрт. Он приподнял очки на резинке. Вокруг глаз было чисто, вся остальная морда чёрная.
— Идём напролом! — приказал я. — На полном ходу.
— Принято, господин Громов!
От нашего отряда в небо взмывали жёлтые и зелёные ракеты. Помощь прибыла. Башня панцирника чуть крутанулась. Я отвернулся и зажал уши. Пушка оглушительно бахнула. Снаряд рванул где-то впереди, прямо на льду.
Панцирники выпустили клубы дыма и быстро рванули вперёд. С другой стороны перемёрзшей реки в атаку ехали броневики, паля на ходу из пулемётов. Снег слепил, холодный ветер обдувал мне лицо.
А на том холме, откуда вверх взлетали ракеты, засели наши. Из камней и поваленных деревьев они соорудили укрытия.
— А хорошо сидят, — сказал Руссо. — Оттуда их никто не выкурит.
— Ещё бы. Как раз недавно проходили фортификации и оборону в сложной местности.
Там почти три сотни человек клановой молодёжи и дворян из Малых Домов. Новичков тут уже нет, даже первокурсники успели повоевать хотя бы в осенней компании против Небожителя Тэрта. Многие уже опытные офицеры.
Серьёзная сила, которую никто не смог удержать. И которая мне нужна.
Армия Мидлии, которая только что бросалась в очередной приступ, отступала. Их больше, но это простое ополчение и гарнизоны. Против северян они слабы, а появление бронетехники уничтожило их боевой дух.
Пора ещё немного их напугать. Я поднял левую руку.
Вспышка красной молнии посреди дня заставило южан убегать, не обращая внимания на команды командиров. Они бросали оружие. Кто-то бежал прямо по льду реки. Не очень хорошая идея, особенно когда туда стреляли мощные пушки панцирников.
Но это уже не моя проблема. Небожитель явился, а они своего не взяли.
Я спрыгнул с панцирника и начал забираться на холм, переступая через тела.
— Наблюдатель Громов? — северяне при виде меня оглядывались друг на друга, и не знали, как себя вести.
Совсем недавно учились вместе, потом я был мятежником, и теперь я их правитель.
— Потери? — спросил я.
— Несколько раненых, — доложил какой-то рыжий парень в зимнем мундире академии. — Несколько серьёзно, но забрали с собой всех. А эти, — он показал на трупы и убегающих врагов. — Шли за нами с самой академии, прямо по пятам.
— Где Инжи?
— Там дальше.
Инжи выглядел… ещё не сказать, что похож на покойника, но уже близко к этому. Лицо осунулось, под глазами чёрные синяки, ещё сильно похудел. Парень лежал на носилках среди раненых. При виде меня он поднялся на локте.
— Получилось, Громов, — шепнул он. — Даже не представляешь, на что я пошёл, чтобы всех вывести. Угрозы, шантаж, стрельба и бои. Но ушли все, прорвались… мы прорвались.
Он вздохнул и замер… мне показалось, что он уже
