наивно, но я думаю, что всё, как говорится, в наших руках. Скоро придёт отец, он ушёл в медпункт, врач только раз в неделю приезжает. Давайте лучше выйдем на улицу.
Гоша медленно проследовал вместе с девушкой к высокому деревянному забору, который уже имел тенденцию к изменению вертикального положения на горизонтальное.
Мужчина начал излагать новую мысль:
— Нет удачи. Есть только случай и кропотливый труд. Ещё очень помогают деньги. Деньги есть не у всех, в этом отличие третьего фактора от первых двух. Твои идеи заняться наукой очень похвальны. Но глупы. Твой энтузиазм без решительных действий ни к чему не приведёт. Начальный капитал здесь важнее. Поэтому подумай, чем ты его сможешь заработать: своим молодым телом или мозгами. Первое пока выигрывает в твоём случае.
— Зачем же вы так, — Лера смутилось, собеседник стал ей резко противен.
Ей ещё больше захотелось заниматься наукой. Больше работать с различными материалами, чем с людьми.
Гоша подытожил:
— Ты же понимаешь, что я говорю правду.
— Я просто не умею отвечать на грубости и пошлости…
— Тем более такой красивой пошлости тебе никто не говорил.
— Мне везло до этого момента.
— Возьми, — Гоша протянул ей клочок бумаги от упаковки своих дорогих сигарет.
За время разговора он успел что-то на нём написать своей красивой перьевой ручкой.
— Что это?
— Догадаешься? Одиннадцать цифр. Пароль, шифр, генетический код, ключ от кое-какой боеголовки?
Тут молодых людей заметил отец Леры. В тот день он чувствовал себя немного лучше, поэтому успел подкрасться незаметно.
— Ты кто такой ещё? А ну-ка пошёл к чёртовой матери отсюда! Повадились каждый день ходить! Петухи! — закричал пожилой мужчина, пытаясь даже делать вид, что замахивается на Гошу.
— Дед, ты дурак. Как до такого возраста вообще дожил, — отвернулся Гоша, самостоятельно направляясь к ожидающему его автомобилю.
— Иди, иди! — чуть сник в своей агрессии отец Леры, вновь почувствовав боль в спине.
— Звони, Валерия, — неприятно улыбнувшись, сказал Гоша, садясь в роскошный джип.
Но Лера не позвонила.
Хоть иногда и вспоминала о нём, о Викторе и о том бандите — хотя хотелось их всех забыть. Была ещё и злость за всё происходящее с ней.
* * *
В тот вечер, когда Виктор стоял у двери её дома, Лера решила лечь спать пораньше. Утром надо было ехать в город, в больницу к отцу. Больная спина всё-таки уложила его на больничную койку. Но, оно и к лучшему. Без него дома не было той напряжённой атмосферы упрёка и вечного недовольства.
Она быстро уснула. Разбудил её стук в дверь. Девушка быстро надела спортивные штаны и олимпийку — дома и на улице было прохладно.
— Кто?
— Виктор.
Лера отворила дверь. Хотя, стоило сначала позвонить его супруге. Об этом она догадалась позже.
— Зачем ты приехал?
— Пошли копать клад? — Виктор всерьёз сказал то, что в первую очередь пришло в его голову.
Он смутился, девушка ему очень понравилась, но он не помнил, откуда её знает. Может, это его жена?
Повисла неловкая пауза, но Баюнов не обратил на это внимания. Он развернулся и пошёл к калитке. Девушка, взяв фонарь, после чего обув на ноги кроссовки и накинув на плечи отцовскую телогрейку, поспешила за ним следом.
— Ты потерялся? Может, позвонить твоей жене? — забеспокоилась Лера.
— Может, просто найдёшь лопату? — не грубо, но твёрдо сказал Виктор.
— Она в сарае. У неё отваливается черенок, иногда…
— Бери, сойдёт.
Виктор подошёл к калитке. Рядом, сливаясь с навозной кучей, без сознания лежал Вован.
— Мы пойдём туда же, в поле, к старому дубу? — спросила Лера.
— Да.
— Тогда выйдем через огород, там ближе. Это опасно? За тобой опять могли следить?
Лера понимала, что второй раз ей вряд ли также повезёт, но ей очень нужны были деньги, а Виктор вроде был не против поделиться. Её отцу требовалась дорогая операция, и все его накопления уйдут на неё, а Лера, после провала на вступительных экзаменах в универ, всё никак не могла найти себе работу.
— Извини, я не помню, как тебя зовут, — сказал Виктор.
— Лера.
— Да. Наверное, это может быть опасно. Но я почему-то хочу позвать тебя с собой…
Девушка вытащила из сарая старую лопату и отдала её мужчине. После этого она повела Виктора огородом, более короткой дорогой к полю.
По пути она озвучила вопросы, которые накопились у неё в голове:
— Но мы тогда уже выкопали клад. Там лежит ещё один, или ты просто забыл об этом? Что стало с теми деньгами? Их забрал тот мужчина?
— Слишком много вопросов. Я не знаю на них ответов. Надо сначала добраться до места. А там что-нибудь придумаем…
Они вышли на большую дорогу, ведущую к лесу. Несмотря на темноту, Виктор очень хорошо ориентировался.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Лера.
— Хорошо. Только немного прохладно. Скоро лето?
— Ты спрашиваешь, скоро ли лето?
— Да.
Девушка вздохнула. Зачем она вновь решилась на эту авантюру? Неужели только деньги, которых там может и не быть?
— Лето закончилось. Скоро начнётся октябрь, — сказала она.
— Октябрь? Интересно, сколько лет своей жизни я потерял, — с тоской сказал Виктор.
— Давно ты… стал таким?
— Думаешь, я помню? Но мне порой кажется, что я просто притворяюсь, что это не настоящее моё состояние. Что я играю какую-то роль. Но потом я пытаюсь вспомнить, зачем мне всё это. И не могу ничего вспомнить.
— Ты помнишь, кто я?
— Нет. Маша Петрова?
— Кто такая Маша Петрова?
— Я не помню кто это. Но отчего-то уверен, что у меня есть жена. Это не ты?
— Не я.
— Жаль, — сказал Виктор, и вроде бы даже улыбнулся. — Ты замужем?
— Нет, — смутилась Лера. — Про клад ты помнишь что-то определённое или это у тебя в подсознании?
— Второе. Это будто моя единственная миссия, которую я должен выполнить и уйти.
— Куда уйти?
— Не знаю. Уйти куда-нибудь, или умереть. Это не так уж важно.
— Как это не важно?
— Думаешь, это жизнь?
— Я сочувствую тебе, но может быть существует какое-то лечение?
— Все безнадёжно больные люди верят в какое-то лечение. Этим и живут. Для меня это совершенно неважно. Не потому что я ничего не помню. Нет. Забыл почему.
— Всем что-то нужно от жизни. Жизнь ради жизни, на инстинктах, тоже неплохо. И, мне кажется, ты нуждаешься в религии или психологической помощи…
— Здесь лучше думается. Мне кажется, что я днём тоже видел небо. Но оно пугало. А здесь даёт больше простора для мыслей. Мысли идут вперёд, это хорошо…
Виктор начал наслаждаться тем, что его окружает: бескрайнее чёрное небо, высохшая трава,
