Читаем без скачивания Багряная игра. Сборник англо-американской фантастики - Майкл Муркок

Она, казалось, не поняла Кляйна.

— И что бы ему остаться..;

5

Ринарк колдовал над главным пультом управления корабля, вызывая к жизни всю сложнейшую махину.

Теперь он не мог удовлетвориться соображениями и теориями. Он рвался к действиям, решительным, безостановочным и безотлагательным. Только они способны привести туда, где, возможно, сокрыты ответы на переполнявшие его мозг вопросы...

Уже проложив по карте курс на Трон, он кое-что вспомнил и обернулся к Аскийолю; тот сидел в орудийном отсеке, задумчиво уставившись на приборы.

— Тебе приходилось до Энтропиума слышать о Мери-путанице?

Аскийоль, не разжимая губ, покачал головой.

Нет так нет. Ринарк переживал за друга, но не мог позволить, чтобы личные отношения влияли на избранное им будущее.

Насколько он понимал, межпланетное пространство Призрака подчинялось известным ему законам еще в меньшей степени, чем сами планеты. Значит, надо быть готовым к тому, что даже рутинные навигационные расчеты на в общем-то небольшом участке пространства между ними и Троном превратятся в головоломку.

Он сказал, не оборачиваясь:

— Когда мы окажемся в пространстве, я не смогу отвлекаться. Надеюсь, что все необходимое, кроме пилотирования корабля, ты возьмешь на себя. Мне придется сосредоточить сознание на Троне и провести корабль через меняющиеся измерения, пространство и время. Так что в случае нападения ты должен быть готов, должен показать им все, на что способен. Я в этом деле участвовать не смогу. Все ясно?

— Да стартуй ты наконец! — нетерпеливо ответил Аскийоль.

— И не торопись пускать в ход антинейтронную пушку, — Ринарк уже нажимал кнопку «запуск».

Корабль рванулся прочь от Энтропиума.

И они попали в кошмар!

Хаос

Подобное просто не могло существовать! Здесь игнорировались все известные Ринарку интуитивно приемлемые законы.

Ошеломление

Красота фантастическая — и, насколько мог судить Ринарк, обреченная на неприятие, разрушение, распад под тяжестью своей противоестественности, враждебности всему сущему...

Схватка

Корабль мчался, а вокруг него вихрились, свивались, завывали мириады многомерных потоков. Они покушались на психику наших героев, а те сопротивлялись им, проклинали их — и каким-то чудом ухитрялись избежать худшего...

Страх

Они не могли существовать здесь. Зная это, они заставили хаос своего микрокосма покориться своей храбрости, своей воле, создали островок порядка в вопле сорвавшегося с цепи творения.

Искушение

У них было лишь осознание себя человеком, существом разумным и мыслящим, способным на преодоление пределов, в которых пыталась удержать их вселенная. А пределов они не признавали — и боролись, и выматывали свое сознание, как никогда прежде, и находили резервы разума, о которых прежде и понятия не имели.

И коль скоро иного выхода у них не оставалось, они задействовали все ресурсы человеческого сознания, дремавшие с тех пор, как человек стал говорить о своем «человеческом естестве», называя так то, что позволило животному, по существу, его естеству подчинять жизнь определенному порядку.

Да, теперь они отвергли пределы, и Ринарк прошивал кораблем злокозненные потоки противоестественного пространства, бросая им свой вызов. И два этих слова «Я — человек» стали его мысленным боевым кличем, когда он всей силой разума бросал металлическую громаду корабля на штурм стихии пространственно-временных потоков и сквозь вскипающий ужас торил свой путь к гневному миру Трона.

Он прекрасно понимал — иные измерения будто поджидают в засаде их корабль, готовые заманить его в ловушку, перехватить, не дать достичь цели. Но избегал их и, собрав все силы, выдерживал курс на Трон.

Четыре часа двое мужчин вели схватку с безумием, с хаосом, обратившим в идиотку Мери-путаницу.

Наконец на лазерном экране показался Трон. Ринарк, ослабевший, дрожащий, но пышущий энергией, направил корабль в атмосферу Трона, и, хотя нависавшая над ним планета таила новые и более страшные угрозы, он приближался к ней с уверенностью и надеждой.

Пока было не до разговоров, но оба они сознавали: экспедиция связала их крепкими узами товарищества.

Двое этих мужчин, разделивших и ужас, и победу, как бы сплавились воедино.

Глубоко вздохнув, Ринарк бросил корабль в пике и приступил к тщательной рекогносцировке планеты.

Она казалась пустынной; исключение составлял лишь закрытый куполом город на Северном полюсе. Были, конечно, и другие города, но необитаемые. Ни сигналов в эфире, ни явных признаков жизни не регистрировали приборы корабля. Где же яростные обитатели Трона? Не всех же вместил городок на Северном полюсе?

— Черт с ним, — решил Ринарк. — Давай-ка спустимся и посмотрим, что стряслось. Дело рискованное, но, так или иначе, я поставил на карту всё и ставки терять не хочу. Ты за?

— Я-то думал, ты и так считаешь, что я на все готов, — рассмеялся Аскийоль. — Конечно. Можно приземлиться на той здоровенной площади, что мы заметили в самом большом городе.

Ринарк согласно кивнул; еще немного, и опускающийся корабль опалил струями пламени камень городской площади.

Молчание — вот все, чем встретил их город.

— Высаживаемся? — спросил Аскийоль.

— Да. Там, у тебя за спиной, ящик, отопри его.

Аскийоль открыл дверцу и удивленно поднял брови.

В ящике был великолепный арсенал личного оружия — Ринарк никогда прежде не носил и не пускал в ход ничего способного нанести смертельное поражение.

— Видишь, там антинейтронный излучатель, дай-ка его мне, — сказал Ринарк.

Аскийоль не задавал лишних вопросов, просто взял кобуру с излучателем из гнезда и протянул. Ринарк посмотрел на нее с каким-то необычным выражением.

— На крайний случай, — пояснил он мягко. — Пока я испытываю мало симпатии к жителям Трона, хотя не исключаю, что их кажущаяся беспричинной воинственность на самом деле вполне оправданна. Но как бы ни претило мне признание допустимости подобных мер, приоритет нашей миссии для меня выше моего морального кодекса — нам важно сохранить свои жизни во имя человечества.

— Тогда пошли.

Ринарк вздохнул. Они надели скафандры, и лифт спустил их в воздушный шлюз.

Ринарк и Аскийоль брели по пустынным улицам явно покинутого города. Впрочем, при всей экзотичности встречавшихся им строений и машин, определенно принадлежавших иной цивилизации, в назначении большинства из них удавалось разобраться.