Плавные и гладкие линии тела Пирса были явно лишены той мужской мощи, которую буквально излучало тело Рейфа. Даже волосы у братьев были абсолютно разными. Шелковистые, легкие прямые светлые волосы превосходно дополняли образ Пирса. А Рейфу очень шла его темная густая и слегка волнистая грива.
Пирс всегда улыбался, находя что-нибудь смешное в любой ситуации. А вот Рейфа Шаан, пожалуй, не видела смеющимся.
Между прочим, вдруг пришло ей на ум, Пирс имел неприятное обыкновение потешаться над чужими неудачами – как в тот раз, когда он высмеял Джека Меллора, которого Рейф заставил извиняться перед Шаан.
Пирс на десять лет моложе Рейфа. Возможно, несправедливо сравнивать его со старшим, более искушенным в жизни братом. Тем не менее…
– Ты хорошо стенографируешь? Можешь сделать кое-какие записи под мою диктовку?
Шаан моргнула, очнувшись от своих раздумий, и встретилась глазами с Рейфом, который, похоже, смотрел на нее уже некоторое время.
– Я… Думаю, да… – неуверенно ответила девушка, поднимаясь на ноги.
– Хорошо. Спасибо. – Рейф открыл ящик стола и извлек оттуда блокнот и пару острых карандашей. – Садись вот сюда, и сразу приступим, – он указал на стул справа от себя.
Рейф начал диктовать четко и внятно, выделяя все особо важное. Стенографировать было нетрудно, и вскоре Шаан перестала нервничать.
Это был отчет о некоем плане продаж, и Шаан поразилась той хладнокровной и трезвой проницательности, с которой он формулировал вопросы и критические замечания, настолько бескомпромиссные, что девушка пожалела тех служащих, которым они будут адресованы.
Бесшумно распахнулась дверь офиса, и появилась Су Линг с подносом в руках. В ее глазах мелькнуло удивление, когда она увидела, чем занимаются Рейф и его молодая жена, но он только жестом показал, куда следует поставить кофе, кивнул в знак благодарности и бесцеремонно указал женщине на дверь.
Едва Су Линг вышла, Рейф продолжил работу. Вновь посыпался град вопросов, замечаний, поправок. Шаан так углубилась в стенографирование, что вздрогнула от неожиданности, когда Рейф обратился к ней:
– Как ты думаешь, ты все успела записать?
– Да! – Девушка робко улыбнулась. В ее голосе чувствовалось удовлетворение оттого, что она справилась с работой. – Хотя давно не стенографировала, мне приятно, что я не потеряла былую сноровку, – смущенно призналась она.
Последний раз она занималась этим для Пирса. Но он диктовал так небрежно, что у девушки не осталось ощущения, что ее навыки достаточно хороши. Рейф же…
– Шаан!
Она заморгала, отгоняя от себя очередную волну воспоминаний. Рейф пристально смотрел на нее, и Шаан в который раз удивилась, как точно он всегда угадывает тот момент, когда она начинает думать о Пирсе, и сразу уводит ее мысли от этих воспоминаний…
– А ты смогла бы набрать все это на компьютере и распечатать?
– Конечно, – ответила Шаан. Она чувствовала себя намного спокойнее, когда Рейф обращался с ней как босс со своим секретарем и не пытался лезть ей в душу своими вопросами и замечаниями.
– Замечательно. – Рейф открыл ящик стола и достал портативный компьютер. – Умеешь таким пользоваться?
Шаан кивнула. Он поставил компьютер на стол.
– Я налью нам кофе, а ты пока приготовь все для работы.
Рейф встал, и Шаан невольно отметила эффектную игру мышц всего его крепкого тела. Внезапно во рту у нее пересохло, а пальцы стали странно тяжелыми и неуклюжими.
«Это все из-за разницы во времени, Рейф тут ни при чем», – успокаивала она себя. Но тем не менее, когда Рейф отошел от стола, девушка обнаружила, что сдерживала дыхание эти несколько мгновений, и с облегчением вздохнула. Ей не нравилось, совсем не нравилось, что с каждой минутой Рейф все больше и больше воспринимался ею просто как живой и привлекательный мужчина.
Рейф поставил перед ней чашечку с кофе и вновь погрузился в бумажную работу.
Странная ситуация, думала Шаан, отрываясь от компьютера, чтобы глотнуть кофе. Кто они? По сути – незнакомые друг другу люди, чуть ли не враги. Но им пришлось вступить в брак, и все вокруг считают, что они приехали сюда провести медовый месяц. И при этом Рейф заставляет ее работать.
– Что ты улыбаешься? – нарушил тишину глубокий голос Рейфа.
Интересно, хоть что-нибудь ускользает от его внимания? Шаан недовольно подняла глаза. Отложив свои бумаги, Рейф сидел, откинувшись на спинку стула, и разглядывал ее.
– Интересно, что подумают о тебе твои сотрудники, увидев, что ты используешь меня как секретаршу, – ответила девушка.
– А мне интереснее знать, что ты обо мне думаешь, – тихо ответил Рейф.
Шаан опустила глаза, ощущая, как ее лицо заливает краска смущения.
– Я думаю, что ты тиран, – с наигранной беспечностью ответила она, радуясь, что ей удалось сохранить нейтральный тон.
И все-таки румянец еще долго не сходил с ее лица. И каждый раз, стоило ей оторваться от работы и посмотреть на Рейфа, она видела, что он молча наблюдает за ней.
Это волновало и смущало ее. От его взгляда внутри у девушки что-то тревожно сжималось, словно тугая спираль, готовая в любой момент резко развернуться…
Разница во времени – Шаан готова была списать на этот временной сдвиг любую странность в своих ощущениях. «Я просто схожу с ума от недосыпания, – твердо повторяла себе девушка. – Только это, и больше ничего».
Час спустя они наконец вышли из лифта в суперсовременный холл первого этажа.
– Куда теперь? – спросила Шаан, в душе надеясь, что Рейф повезет ее в отель, чтобы отдохнуть.
Но все надежды оказались напрасны.
– Мы пойдем в магазин. Надо пополнить твой гардероб.
– Рейф! – простонала девушка. – Пожалуйста, не надо! – Она чувствовала, что буквально падает от усталости. – Ты уже и так приобрел без моего ведома кучу одежды. Мне больше не нужно!
– Здесь полно магазинов через дорогу, – сказал Рейф, словно не расслышал ее слов. – Там ты сможешь купить наряды любого Дома моды, от Шанель до Джо Блоггса.
Часа через два Рейф привел Шаан в уютное кафе в одном из магазинов и заставил ее выпить крепкого черного кофе-эспрессо, чтобы взбодриться.
– Кажется, я начинаю ненавидеть тебя, – пробормотала Шаан, поймав на себе насмешливый взгляд Рейфа. – Зачем мне все это? – Она обвела взглядом груду фирменных пакетов, громоздившихся вокруг.
– Надо же как-то помочь тебе не засыпать на ходу, – пояснил Рейф, по-видимому совершенно не заботясь, сколько денег он потратил, чтобы помочь ей прогнать сон. – Прошло уже двенадцать часов с того момента, как мы проснулись в самолете, – мягко добавил он.
– А мне это время показалось вечностью.
