Даже конфуз под кроватью на время отошел на задний план. Сейчас ее занимали только планы продаж и всякие разные отчеты, которые срочно нужно было обрабатывать, корректировать и сочинять.
Перед самым уходом, когда все уже разошлись по домам, в офисе остались всего двое — сама Мира, храбро сражающаяся с не сходящимися таблицами и айтишник Марик, долговязый, но в принципе довольно симпатичный парень. Пташкина причесывалась у зеркала, когда услышала сзади смущенное покашливание. Обернулась и увидела Марика, стоящего слишком близко, чтобы это можно было считать случайностью.
— Ты что-то хотел? — их носы оказались очень близко, и Марик, вмиг покраснев до кончиков своих немаленьких ушей, отступил на шаг. И еще на два.
— Я... — замялся он, еще больше краснея, хотя куда уже больше, пролепетал Марик, — Я это. Нет, то есть да. В смысле я не знаю.
— Не знаешь хотел ли?
Пташкина вновь отвернулась и попыталась заплести колосок, но он в который раз развалился в руках.
— Это...может это...
Мира закатила глаза и вновь резко развернулась.
— Ты меня пригласить что ли хочешь?
Парень удивленно и нерешительно улыбнулся и кивнул. Тоже нерешительно.
— Ага.
Мире стало смешно, но она старалась не подать виду, чтобы не обидеть этого странного «мальчика-индиго».
— И куда же?
Нет, ну ей и правда интересно.
Парень замялся, видимо вновь ожидая подсказки от Миры и подсказка не заставила себя ждать.
— В кино? В кафе? В макдак?
На последнем слове Марик радостно кивнул и Пташкина чуть не прыснула от смеха. Ну дела...куда ее только не звали на свидания: на крышу аварийной пятиэтажки, на шашлык на дачу, в ресторан «У Ашота», в машину и даже в маршрутку. Ну просто тот, кто, собственно, звал и был тем самым водителем маршрутки. В общем куда только не приглашали, а вот в «булочную», как Мира называла известное место пригласили впервые. Она и сказала-то так, ради шутки, а оно вона чего, оказывается.
Отказать что ли малохольному?
Пташкина посмотрела на сияющего Марика и не смогла. Отказать в смысле не смогла. Он может впервые в жизни, а она... нельзя же так сразу крылья обламывать человеку! Надо это делать постепенно...
— Прям сейчас что ли?
Он вновь довольно кивнул. Видимо не до конца верил своему счастью.
Мира тоже не верила своему «счастью» и по дороге до кафешки не раз подумывала сбежать от неуклюжего коллеги, но совесть так и не позволила. А Марик семимильными шагами наяривал по внезапным лужам навстречу собственному счастью. И отступать был не намерен.
В «булочной» Марик растерялся, так много глаз смотрело на его свидание. Он стушевался и как бы потерялся за спиной у Пташкиной.
— Столик займи! — приказала Мира и уверенно направилась к кассе, а за спиной раздался до боли знакомый голос:
— Па, глянь! Там эта... ну эта... ну Пташкина!
* * *
— Видал, ну видал, а?
Мира резко обернулась на знакомый голос, поднос в её руках дрогнул, но остался на месте со всем содержимым. Хвала богам, ничего не расплескалось и не упало.
В углу Стёпка жадно поедал картофель фри, и приветливо махал ей маленькой жирной ручонкой.
Напротив, сделав вид, что в упор не видит Миру, нарочито задумчиво глядел в окно Лев Алексеич, и Пташкина даже фыркнула от возмущения.
«Вот ведь каков подлец! На совесть её давит, будто бы ей стыдно должно быть, что она под кровать залезла. Да это ему должно щеки жечь, средь бела дня устраивает всякие оргии вместо того, чтобы работу работать.
Самолёт ему отменили, ага, как же, знаем мы такие самолеты по имени Анна».
Она хотела было пройти к своему столику, но краем глаза заметила скуксившееся лицо мальчишки. Резко сменила траекторию, решив не обращать внимания на шефа и его попытки казаться невидимым. К черту! Тут ребятенок с глазами полными надежды, ну не может же она в самом деле пройти мимо?!
Пташкина приблизилась к их столику и поставила поднос на свободный край. Марик где-то сбоку вращал глазами, не понимая, что происходит, а Стёпка уже лез своими грязными пальчиками в ее порцию картошки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Руки мыл?! — грозно спросила Мира, и Степка умильно замотал головой.
— Пташкина, а ты чего к нам не приходишь? — как ни в чем не бывало спросил рыжий бесенок, исподтишка подворовывая-таки кольца лука с её подноса.
Мира замялась, не зная, что ответить на такой вроде бы простой вопрос, но тут шеф наконец-то изволил поднять на нее взгляд.
— Вечер добрый, — не так чтобы прям добро пробормотал шеф, но Мира мысленно уже была давно уволена, и поэтому напугать ее одним только взглядом и вот этим вот бормотанием было ну никак нельзя.
— Добрый, — просто ответила она, и подмигнула Степке.
— Присядете? — покорившись судьбе вздохнул Лев, но та кивнула в сторону своего ухажера.
— Я не одна, но спасибо.
— А... вы с этим... Ну нет, еще этого оболтуса сюда точно тащить не нужно!
Мира поспешила его успокоить.
— Что вы... я просто подошла поздороваться. Не собираюсь я с вами сидеть, вот еще!
Степка угрюмо взглянул на отца, но промолчал. Только умыкнул себе в рот последнее колечко и вновь насупился.
— Ну я пойду?.. — нерешительно спросила Пташкина, не зная, что еще можно спросить.
Шерхан неопределённо махнул головой, а Стёпка «тихонечко» шепнул ему:
— Ну...скажи ей.
Лев Алексеевич покраснел и совсем замкнулся в себе.
— Ну?.. Ну скажи уже. Чего ты!
— Что мне надо сказать? — Мира застыла с подносом в руках. Надо сказать изрядно похудевшим подносом.
— Ничего! — буркнул Лев.
Нервно так буркнул.
— Нет скажи! — канючил Степа.
— Да скажите мне уже! — воскликнула Мирослава, — Я уволена, да?
Шерхан как-то странно на нее взглянул, но поспешил заверить, что нет, никто никуда ее не увольнял.
— Просто... - он попытался подобрать верные слова, — Просто мне опять нужна няня.
Мира нервно засмеялась, замахала руками и попятилась к спасительному Марику, уже явно отчаявшегося сегодня поесть.
— Да я понимаю, — Шерхан вдруг поднялся так резко, и так резко приблизился к Мире, что чуть не столкнулся с ней лицом. — Глупо все как-то, понимаю я.
Прижался к самому уху и шепнул:
— Но мне без вас никак...
И столько в этом шепоте было отчаяния, столько боли, что Мира дрогнула. Сердце вдруг забилось, затрепыхалось внутри и казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди прямо в руки шефа. Его голос становился все эротичнее, шепот щекотал барабанные перепонки и сиропом вливался в мозг, делая ноги совсем уж какими-то ватными.
«Мне без вас никак» ... — эхом разносилось по лабиринтам и закоулкам открытой Мириной души, и с разбегу врезался прямо в нежное девичье сердце, прямо в сердце...
— Мы же уже пробовали... Не вышло, —прошептала она в ответ, чувствуя его горячее дыхание на шее, ласкающее нежную кожу.
О чем, о чем она думает?
— Давайте еще один разочек, уверен, в этот раз у нас обязательно все получится. — томно произнес Лев и заглянул ей прямо в глаза.
Словно в душу залез.
«Что же вы со мной делаете, негодник» ... — блаженно улыбаясь, думала Мира, уже понимая, что ради таких вот елейных речей готова на все. Ну не прям на все, но...
Да ладно уж, чего там не на все. На все. Все-таки шеф чертовски притягателен. Особенно когда вот так дышит в шею, томно-томно, вызывая дрожь в коленках и желание отдаться прямо здесь и сейчас. Хотя нет, здесь нельзя... но как же хочется...
— В последний раз. Позвоните мне позже, мне идти надо, — еле слышно прошептала она и на ватных, подгибающихся ногах, пошла к заскучавшему Марику.
Правда при виде нее он вроде как встрепенулся, взбодрился весь, и еще два часа рассказывал о преимуществах одного программного обеспечения над другим.
— А ты играла в Майнкрафт? — заглядывая в глаза, спрашивал Марик и Мира отрицательно качала головой. Мыслями она была далеко отсюда.
