Оно свободно оборачивалось вокруг ее шеи и, почти точно, соответствовало оранжевому галстуку, который Стивен носил со своей оксфордской рубашкой цвета слоновой кости и темно-синим блейзером.
Они были ошеломляющими, и Люси к ним влекло, но не так, как днем раньше предсказывала Доун. Наблюдая за своими учителями из-за своей парты между Майлсом и Жасмин, Люси чувствовала тягу к Франческе и Стивену по причинам, более близким ее сердцу: Они напоминали ей об ее отношениях с Даниэлем.
И хотя она не видела, как они прикасались друг к другу, когда они стояли близко друг к другу — что было почти все время — магнетизм между ними фактически искажал стены. Конечно, это имело некоторое отношение к их способностям падших ангелов, но это, должно быть, так же имело какое-то отношение к их уникальному воссоединению. Люси не смогла сдержать на них обиды. Они были постоянным напоминанием о том, что у нее сейчас быть не могло.
Большинство студентов заняли свои места. Доун и Жасмин продолжали толкать Люси на присоединение к руководящему комитету, так что она могла бы помочь им запланировать все удивительные неофициальные встречи. Люси никогда не была настолько вне-учебной девочкой. Но эти девочки были настолько милы с ней, и лицо Жасмин было таким ярким, когда она говорила о поездке на яхте, которую она запланировала позже на этой неделе, что Люси решила дать комитету шанс. Она добавила свое имя в список, когда Стивен вышел вперед, бросил свой блейзер на стол позади себя, и бессловесно раскинул руки в стороны.
Осколок черной густой тени отделился от теней секвойи прямо за окном, как будто его призвали. Он отделился от травы, материализовался и влетел в комнату через окно. Он был быстрый, и там, куда он направился, потемнело, и комната погрузилась во мрак.
Люси по привычке ахнула, но она не была единственной. Фактически большинство студентов нервно отодвинулись назад из своих парт, когда Стивен начал крутить тень. Он протянул руки вперед и начал крутить все быстрее и быстрее, как будто с чем то борясь. Вскоре тень начала крутиться вокруг перед ним так быстро, что начала расплываться, как спицы вращающегося колеса. Обильных порыв пораженного милдью ветра исходил из его центра, и раздувал волосы Люси назад с ее лица.
Стивен напряжением рук сжал тень, от небрежной, аморфной формы, в плотную, черную сферу, размером не больше грейпфрута.
— Класс, — сказал он, круто заставляя левитирующий шар из тьмы подняться на несколько дюймов выше его пальцев, — встречайте тему сегодняшнего урока.
Франческа шагнула вперед и перенесла тень в свои руки. На своих каблуках, она была почти ростом со Стивеном. И Люси представила, как она умело обращается с тенями.
— В этот момент все вы видите Предвестников, — сказала она, медленно проходя вдоль полумесяца студенческих парт, чтобы они могли получше рассмотреть. — И некоторые из вас, — сказала она, следя за Люси, — даже имеют некоторый опыт работы с ними. Но действительно ли вы знаете, что они такое? Знаете ли вы, что они могут делать?
Сплетники, подумала Люси, вспоминая, что Даниэль говорил ей в ночь Сражения. Она все еще плохо знакома с Береговой Линией чтобы чувствовать себя комфортно, вызываясь на ответ, но ни один из студентов, казалось, не знал. Она медленно подняла руку.
Франческа подняла свою голову. — Люси.
— Они несут послания, — сказала она, становясь более уверенной, вспоминая заверение Даниеля. — Но они безобидные.
— Посланники, да. Но безобидны? — Франческа взглянула на Стивена. Ее тон не выдавал, была ли Люси права или ошибалась, и это привело Люси в замешательство.
Весь класс был удивлен, когда Франческа остановилась рядом со Стивеном, схватив одну из границ тени, когда он схватил другой и сильно дернул. — Мы называем это броском взглядом, — сказала она.
Тень выпучилась и растянулась, будто надуваемый воздушный шар. Она забулькала, когда ее чернота деформировалась, показывая такие яркие краски, каких Люси раньше никогда не видела. Густой зеленовато-желтый, сверкающий золотой, мраморированный полосы розового и пурпурного. Огромный водоворот красок светился все ярче и становился более отчетливым позади исчезающего отверстия тени. Стивен и Франческа все еще трудились, медленно шагая назад, пока тень не стала размером и формой напоминать огромный экран проектора. После этого они остановились.
Они не предупредили, не было никакого "Что вы сейчас увидите", и после момента страха, Люси знала почему. К этому не могло быть никакой подготовки.
Беспорядочные цвета разделились, наконец складываясь в холст разной формы. Они выглядели как город. Древний город с каменными стенами… в огне. Переполненный и загрязненный, погибающий в пылающем огне. Люди, загнанные огнем в угол, их рты были темными пустотами, а их руки были подняты к небесам. И всюду россыпь ярких искр и горящих костров, смертельно яркий дождь рассыпался всюду, и все было погребено пламенем.
Люси фактически чувствовала запах гнили и гибели, проникающий через теневой экран. Смотреть на это было ужасно, но самая странная часть, безусловно, была в том, что вообще не было никакого звука. Другие студенты вокруг нее склоняли головы, словно пытались блокировать какой-то вопль, и если кто-то кричал, то для Люси это было неразличимо. Была только чистая тишина, пока они наблюдали за гибелью все большего количества людей.
Когда она уже не была уверена, что ее желудок мог терпеть и дальше, фокус изображения сместился, видимо изменился масштаб, и Люси смотрела теперь с большего расстояния. Горели не один город, а два. К ней пришла странная идея, мягко, как память, которая у нее всегда была, но некоторое время не использовалась. Она знала, что они смотрели: Содом и Гоморра, два библейских города, разрушенные Богом.
Затем, как будто нажимая на переключатель света, Стивен и Франческа щелкнули пальцами и изображение исчезло. Остатки тени взорвались в маленькое облако пепла, которое в итоге осело на пол класса. Вокруг Люси все другие студенты, казалось, перевели дух.
Люси не могла отвести глаза от того места, где только что была тень. Как она делает это? Тень снова начала проявляться, ее кусочки присоединялись друг к другу, медленно принимая первоначальную форму. Когда процесс завершился, Предвестник медленно заскользил вдоль половиц, затем выплыл из классной комнаты, как тень, отброшенная закрываемой дверью.
— Вы можете задаваться вопросом, почему мы только что провели вас через это, — сказал Стивен, обращаясь к классу. Они с Франческой обменялись взволнованными взглядами, когда осмотрели комнату. Доун хныкала за своей партой.
