Великолепный экземпляр! — заметил Степанов. — По везло Тна гыргину.
Орлов радировал, что этот кит шесть часов их на буксире таскал, — сказал Можура.
Ольга прошла вдоль гигантской туши, внимательно ее осмотрела. Гарпун вошел в спину животного весь, до самой пятки. Второй, добойный гарпун торчал слева, выше грудного плавника.
Ли Ти-сян, переняв привычку от русских рабочих, ходил вдоль туши, почесывал затылок и, прищелкивая языком, говорил: «Ой-я-ха!»
Как к нему приступить? — недоумевали рабочие.
Начинай, — подал команду Ли Ти-сян. К нему на помощь пришел Данилов со своей бригадой, и работа началась.
Ольга вернулась к себе в каюту и принялась прибирать ее, чтобы как-нибудь до прихода китобойца, на котором был ее Леонтий, скоротать время. Уже было известно, что «Шторм» идет с одним сейвалом. Ольга часто поглядывала на часы. Ох, как медленно тянется время! Она взялась за составление плана первого номера многотиражной газеты «Гарпун». Но работа не ладилась. То и дело она прислушивалась — не подходит ли «Шторм»? В полночь дверь отворилась, и на пороге появился Леонтий.
Ольга поднялась, улыбающаяся, открытая, готовая броситься к мужу.
Оля! Оленька! Оля! — воскликнул Леонтий. Он обнял ее, поднял, как ребенка, и закружился по каюте, счастливый и ликующий, покрывая лицо жены поцелуями. Наконец, когда он отпустил ее, Ольга, смеясь, сказала:
Вот медведь! Чуть не задушил!
Она, не поправляя растрепавшихся волос, нежно погладила лицо Леонтия, похудевшее, осунувшееся, с горькой складкой у губ, но такое ей дорогое, близкое. Забыв обо всем, Ольга прижалась к мужу и от счастья закрыла глаза.
...Курилова, задумавшись, машинально рисовала квадратики на листке бумаги и затушевывала их. Степанов сидел по другую сторону стола и терпеливо ждал ее ответа. Готовился первый номер газеты «Гарпун», решался вопрос о передовой статье.
Помполит видел, как сдвинулись брови Ольги, собрались на лбу морщинки. «Понимаю, — подумал он, — нелегко тебе ругать Курилова»,
Степанов пошевелился в кресле, и Ольга, откинув карандаш, подняла на помполита свои большие глаза.
Много мы говорили с Леонтием о его работе. Признает, что неправильно уговорил Волкова идти в океан.
Тот тоже ребенок — «уговорил», — фыркнул Степанов. — Можура его пропесочил.
— А сейчас Леонтий объясняет — редко киты встречаются.
Китов меньше, верно, — сдержанно произнес Степанов, — но другие гарпунеры бьют. Отстал Леонтий, надо его подстегнуть!
Я сама напишу передовую статью, — сказала Ольга, вздохнув.
Правильно, Ольга Пантелеевна! — одобрил Степанов. — Курилов попросту стал хуже работать. Зазнался, успехи вскружили голову. Ну, не буду мешать.
Будете смотреть гранки?
Ты редактор. Прочту статью вместе со всеми в газете.
Доверие помполита, его уверенность, что она напишет о Леонтии именно то, что надо, — все это сейчас помогло Ольге.
Перо быстро бежало по бумаге, мысли текли ровно, отливаясь в ясные и точные слова...
Степанов, проходя мимо каюты Можуры, увидел свет в иллюминаторах. «Не спит», — подумал помполит и зашел к капитан-директору. Тот, облокотившись о стол, рассматривал карту, дымя трубкой.
Ну и начадил, — открывая иллюминатор, сказал Степанов.
Можура отвел взгляд от карты, несколько раз затянулся и сказал:
- Киты исчезают. Сейчас мы отходим от материка на северо-восток, может, там встретим китовые стада.
А почему не пойти на север? -— опустился в кресло Степанов.
На север киты, пожалуй, еще не пришли. — Можура отошел к письменному столу и перебрал бумаги. Не одну уже бессонную ночь провели они над картой в размышлениях, где же могут быть богатые стада китов?
Положение действительно было трудное. Начав промысел у Южной Камчатки и постепенно продвигаясь на север, флотилия вдруг словно попала в мертвую зону. Киты встречались все реже.
Можура вернулся к карте с бланком радиограммы.
Вот получили час назад. Старцев рекомендует пойти в район острова Трех Сивучей. Он предполагает там наличие китов...
Остров Трех Сивучей, — задумчиво проговорил Степанов и посмотрел на карту. — Это в стороне от нашего маршрута. Время затратим, а неизвестно — встретим ли китов? Пока окажемся у острова, киты на севере появятся. Мы к ним, а время-то будет идти вхолостую...
Можура, не вынимая из рта трубки, неторопливо проговорил:
- Знаю я остров Трех Сивучей, бывал на нем. Спасал команду зверобойного бота «Буревестник».
Когда? — заинтересовался Степанов.
Давненько, в двадцатом году. — Можура сделал несколько затяжек. — «Буревестник» вел у острова охоту на сивучей. Как-то на рассвете появилось стадо кашалотов. Неслось оно с большой скоростью: как видно, киты были чем-то напуганы. К несчастью, судно оказалось на их пути. В борт его разом ударились головами два кашалота, пробили его, и судно затонуло. В живых из команды остались лишь те, кто был на берегу. С тех пор об острове Трех Сивучей пошла дурная слава, и туда никто не заходил. Уцелевших зверобоев снял я. А занесло меня туда тайфуном...
Что же будем делать? — после паузы спросил Степанов.
Если в течение этой недели здесь китов не прибавится, пойдем к острову, — решил Можура.
В день выхода первого номера газеты «Гарпун» Леонтий добыл финвала. К вечеру «Шторм» доставил тушу к базе. Довольный успехом, Леонтий взбежал по трапу на «Приморье». Ему хотелось скорее увидеть Ольгу. Но едва он ступил на базу, как к нему подошел Данилов.
Читай, зятек, что о тебе пишут. — Он протянул Курилову газету, указывая на абзац передовой статьи.
Леонтий быстро прочитал:
«В то время, когда флотилия организованно и по единому плану ведет промысел, гарпунер товарищ Курилов, переоценив свои силы и опыт, отправился в район, который не был указан ему по приказу капитан-директора. Капитан китобойца «Шторм» товарищ Волков, уверовав в незаурядные способности Курилова, пошел на поводу у своего гарпунера. Результатом такой вредной самонадеянности...»
Леонтий, не дочитав, свернул газету и увидел подпись: «Ответ, редактор О. П. Курилова». Горячая волна гнева и обиды залила его сердце.
Слишком умна стала, — зло сказал он и, круто повернувшись, направился на «Шторм».
Зря парень петушится, — смотря ему вслед, покачал головой Данилов.
3
Не дождавшись Леонтия и догадываясь, что он обиделся на статью в газете, Ольга пришла к нему на «Шторм». Перед тем как ступить на трап, она столкнулась с Можурой, который вышел покурить перед сном трубку, обойти по привычке суда. Увидев Ольгу, капитан-директор спросил:
