Рэндалл Келси радовался тому, что занимает недостаточно высокое положение и ему не нужно находиться на помосте. Чтобы зрители (паства) имели возможность хорошенько видеть представление (церемонию), над помостом было решено не возводить никакого навеса. Вершину зиккурата, где стоял Келси, украшал громадный цветок в горшке – Келси установил его там совершенно сознательно, не желая все время торчать на солнце. Тени он давал не очень много, но ему хватало. Праздник в Калифорнии может оказаться еще более жарким, чем в Нью-Йорке.
Келси с тоской подумал о стакане холодного фруктового напитка, который продавали разносчики (идея Ауда Арафа – с довольной толпой легче управляться), но для него такое проявление слабости считалось неприличным. Представители Вирту не понимали, что физические возможности людей ограниченны (что, впрочем, не мешало им требовать удовлетворения собственных потребностей). В результате был достигнут компромисс – внутри скипетра каждого жреца или жрицы имелась небольшая фляга с водой.
Келси сделал маленький глоток. Вода нагрелась и отдавала пластмассой.
Он тяжело вздохнул. По крайней мере на сей раз нет дурацких воздушных шаров. Боги пожелали, чтобы праздник прошел мирно, произвел на собравшихся впечатление и запомнился порядком и спокойной красочностью.
Боги пожелали.
Господи!..
* * *
Ни в этой реальности и ни в какой другой не было поезда подобного Медному Бабуину, и Джею пришлось долго с ним спорить. Наконец он убедил: на гору Меру надо проникнуть потихоньку, так, чтобы никто не заметил. Получив согласие МБ, юноша испытал определенное удовлетворение от того, что на сей раз их прибытие не будет таким красочным и громогласным. Когда Джей думал об отце, ему все чаще и чаще начинало казаться, что под серьезной внешностью разумного человека, каким его знал весь мир, скрывался самый настоящий фигляр. Иначе зачем было наделять Медного Бабуина такими ярко выраженными эксгибиционистскими наклонностями?
Впрочем, поезд отличался исключительным умом и почти все время вел себя разумно. Медный Бабуин согласился с тем, что им вряд ли удастся выкинуть такую же шутку, как в прошлый раз, и боги наверняка (в самом лучшем случае) пошлют кого-нибудь осмотреть территорию после визита поезда. А если они страдают паранойей, то попытаются сразу его уничтожить. Сделать это непросто, но агрессивные действия богов могут иметь серьезные последствия для Джея, Алисы, Дьюби и Мизара.
И потому Медный Бабуин выбрал маршрут, позволивший ему на короткое время проникнуть внутрь интерфейса, а его пассажиры тихонько соскользнули у ярко освещенного, заросшего травой подножия горы Меру. Они договорились заранее, что Мизар сразу отправится в разведку. Пес распластался в высокой траве и умчался выполнять задание.
– У меня начинается приступ клаустрофобии, – пробормотала Дьюби. – В программу обезьяны не входит ползанье по земле. Все мои инстинкты отчаянно вопят, предупреждая о затаившемся ягуаре, который готовится мною закусить.
– Тише! – шепнул Джей. – Забирайся ко мне на плечи, если хочешь, только голову пригни.
Прошло несколько минут. Алиса посмотрела на часы:
– Если они по-прежнему показывают веританское время, праздник вот-вот начнется.
– Не беспокойся, – уверенно сказал Джей, хотя сам ужасно волновался. – Судя по сценарию, который удалось свистнуть Драму, перед главным событием запланированы молитвы и песнопения.
Они ждали и отчаянно нервничали, воображая, что могло произойти с Мизаром. Джей с трудом сдерживался, чтобы не впасть в отчаяние от одной только мысли, что друга его детских игр разобрали на бессмысленные составные части и детали. Юноша восхищался выдержкой Алисы, проверявшей свое снаряжение. Алиса же в свою очередь не находила места от беспокойства, уже в десятый раз доставала и убирала каждый предмет, без конца задавалась вопросом, насколько эффективно оружие ФХ против божества, – и поражалась спокойствию Джея. Дьюби жевала кончик хвоста и думала о львах и ягуарах.
Едва различимое шуршание травы объявило о возвращении Мизара. Пес подполз к Джею так, чтобы тот мог взглянуть на маленький светящийся экран, подсоединенный к его системе извлечения данных. Почесав Мизара за висячим ухом, Джей повернул экран к Алисе и Дьюби.
– Похоже, то, что нас интересует, находится на восточном склоне. Вряд ли стоило рассчитывать, что они используют в качестве базы завод.
– Надеюсь, координаты перехода не слишком сильно изменены.
– Нужно подобраться поближе и посмотреть, что там делается, – ответила Алиса. – Может быть, обойдем вон ту красноватую скалу? Спрячемся за ней и изучим обстановку.
– Я могу... отвести вас... безопасной дорогой, – просипел Мизар.
– Отлично, – ответил Джей. – Пошли.
Укрывшись за красной скалой, они прекрасно видели все, что происходило на склоне. В вершинах фигуры, напоминающей ромб, стояло четыре больших зиккурата. В центре была установлена небольшая круглая платформа.
– Мне кажется, я уже видела что-то подобное, – прошептала Алиса. – Вспомнила! Все гораздо меньше, но здания расположены точно так же, как в Калифорнии.
Джей вызвал на экран нужный файл и сравнил картинки.
– Точно. Смотрите, активнее всего сообщаются между собой здания, установленные в вершинах ромба – те самые, что соответствуют зиккуратам на конечных станциях во время празднования в Калифорнии.
– Строго... охраняется, – сообщил Мизар. – На земле... и сверху.
В небе пронесся крылатый лев, накрыв их на короткое мгновение своей тенью.
– Интересно, верна ли теория, утверждающая, будто жители Вирту не могут увидеть жителя Веритэ, если он находится в собственном теле? – задумчиво проговорила Алиса.
– Надеюсь, они не очень стараются, – заметила Дьюби. – Я не имею никакого отношения к Веритэ – по крайней мере так мне кажется.
– А уж Мизар и подавно, – сказал Джей. – Хотя он ловко умеет прятаться.
Некоторое время разведчики молча следили за происходящим. Несколько человек в одеяниях, напоминающих о Древнем Вавилоне, бродили по круглым зданиям. Периодически кто-то выкрикивал команды, непонятные нашим разведчикам; после них в строениях, стоящих в вершинах ромба, появлялись новые фигуры.
– Похоже на кулисы перед спектаклем в театре, – проговорила Алиса. – Ходят с какой-то целью, но проку от них немного, они ждут.
Джей, который ни разу в жизни не был в настоящем театре, только хмыкнул в ответ.
– Не могли по-разному одеться! – возмутилась Дьюби. – Поди разбери, кто входит внутрь, а кто уже выходит; впрочем, все люди похожи друг на друга.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
