— А зачем Морепе встречаться с вами?
— Потому что Праздник состоится через три дня реального времени и существует достаточно оснований предполагать, что, когда он завершится, Небопа станет Главой над Верховными.
— Гм-м. Я скоро вернусь.
Ослепительная золотая вспышка — и посыльный исчез, лишь там, где он стоял, еще некоторое время плясали яркие пылинки.
Детектив прислонился к стене и прикрыл глаза.
— Морепа с вами встретится. — Квинан появился совершенно бесшумно. — Возьмите меня за руку, я доставлю вас к нему.
— Спасибо.
Новая вспышка золотистого света — и вот они уже в гигантской раковине под темной массой воды, где плавают рыбы с огромными ртами и сверкающими телами., Морепа возник в виде каракатицы с глазами размером с кулак Драма. Квинан, превратившийся в резвую длинную миногу, метался между конечностями своего господина.
— Сир… — Драм изобразил поклон.
— Ты принес мне предложение от Властелина Непостижимых Полей?
— Я такого не говорил. Однако Властелин Непостижимых Полей является одним из тех, кого я представляю.
— Один из нескольких? Он всегда любил одиночество.
— И продолжает любить. Однако на время кризиса объединился с теми, кто противостоит попытке обеспечить некоторым жителям Вирту возможность свободно переходить в Веритэ.
— В таком случае почему вы обратились ко мне? Я ничего не имею против данного плана. Движение между Вирту и Веритэ должно осуществляться в обе стороны.
— Потому что успех предприятия приведет к тому, что Небопа займет руководящее положение в Верховной Тройке.
— Ты меня оскорбляешь!
— Значит, вас не заинтересовало наше предложение.
— У меня имеются собственные планы.
Драма предупредили: нужно быть готовым к тому, что Морепа, возможно, не осознает всей серьезности угрозы. Тот, кто в течение длительного периода времени занимает лидирующее положение, склонен считать, что так будет продолжаться вечно. Драму сказали, что доводы разума не помогут, однако Танатос предоставил в его распоряжение инструмент воздействия на Морепу.
— Властелин Непостижимых Полей приказал передать вам следующее: «Если ты, Морепа, не согласишься заключить с нами союз, у меня не будет никаких оснований простить твое вторжение. Теперь мне известно, кто украл у меня прибор Банзы. Ты стал жертвой предательства, и я испытываю к тебе некоторую долю симпатии. И даю возможность отомстить. Если ты откажешься, знай, что я могу прийти за тобой на Меру. И приду».
Драм наблюдал за Морепой, пытаясь понять, как тот отреагирует на слова Танатоса, однако даже его громадный опыт не помог — прочитать выражение, появившееся на морде каракатицы, он не сумел. Властелин Ушедших бросил Морепе вызов, он вовсе не грозил ему мгновенной смертью. Божественный статус все еще защищал Морепу. Танатос лишь имел в виду, что один из Верховных больше не может чувствовать себя в полной безопасности — даже на Меру.
Драм, будучи представителем человечества, постоянно жил под угрозой смерти от самых разнообразных причин и точно знал, что рано или поздно покинет этот мир. На него угроза Танатоса произвела впечатление. Морепу, бессмертного, который никогда не задумывался о неизбежности собственного конца, слова Властелина Ушедших повергли в ужас.
— Быть может, мы сумеем договориться. Скажи мне, чего хотят Танатос и его союзники.
Драм принялся объяснять, что они придумали, тщательно обрисовав роль Морепа в их плане.
Прока он говорил, щупальца каракатицы возбужденно шевелились. Минога подплыла поближе.
«Есть, клюнуло! — подумал Драм. — Только бы они в своем энтузиазме не перевернули лодку».
Рэндалл Келси смотрел на громадную толпу людей, заполняющую то, что меньше недели назад было строительной площадкой. Чтобы успеть вовремя, пришлось несколько изменить первоначальный замысел. Только два зиккурата были настоящими, два других напоминали пустые внутри карточные домики. Впрочем, один получился сравнительно прочный, и именно на его вершине Келси спрятал устройство перехода, присланное Беном Квинаном.
И все же они отлично справились со своей работой. Развешенные повсюду гирлянды из цветов жасмина, бугенвиллей и роз напоминали висячие сады Семирамиды. Устроители праздника скупили весь урожай гибискуса у поставщика, и сейчас яркие цветы, похожие на маленькие воронки, алым, желтым и белым ковром украшали ступени псевдозиккуратов. Птички колибри летали над горшками с розами, словно сверкающие звезды, расцвечивая все вокруг.
Зрителей рассадили на огромных трибунах перед двумя фальшивыми зиккуратами. Торжественная процессия пройдет по широкому проходу между двумя настоящими к открытому помосту у храма, где и будут происходить главные события.
Рэндалл Келси радовался тому, что занимает недостаточно высокое положение и ему не нужно находиться на помосте. Чтобы зрители (паства) имели возможность хорошенько видеть представление (церемонию), над помостом было решено не возводить никакого навеса. Вершину зиккурата, где стоял Келси, украшал громадный цветок в горшке — Келси установил его там совершенно сознательно, не желая все время торчать на солнце. Тени он давал не очень много, но ему хватало. Праздник в Калифорнии может оказаться еще более жарким, чем в Нью-Йорке.
Келси с тоской подумал о стакане холодного фруктового напитка, который продавали разносчики (идея Ауда Арафа — с довольной толпой легче управляться), но для него такое проявление слабости считалось неприличным. Представители Вирту не понимали, что физические возможности людей ограниченны (что, впрочем, не мешало им требовать удовлетворения собственных потребностей). В результате был достигнут компромисс — внутри скипетра каждого жреца или жрицы имелась небольшая фляга с водой.
Келси сделал маленький глоток. Вода нагрелась и отдавала пластмассой.
Он тяжело вздохнул. По крайней мере на сей раз нет дурацких воздушных шаров. Боги пожелали, чтобы праздник прошел мирно, произвел на собравшихся впечатление и запомнился порядком и спокойной красочностью.
Боги пожелали.
Господи!..
Ни в этой реальности и ни в какой другой не было поезда подобного Медному Бабуину, и Джею пришлось долго с ним спорить. Наконец он убедил: на гору Меру надо проникнуть потихоньку, так, чтобы никто не заметил. Получив согласие МБ, юноша испытал определенное удовлетворение от того, что на сей раз их прибытие не будет таким красочным и громогласным. Когда Джей думал об отце, ему все чаще и чаще начинало казаться, что под серьезной внешностью разумного человека, каким его знал весь мир, скрывался самый настоящий фигляр. Иначе зачем было наделять Медного Бабуина такими ярко выраженными эксгибиционистскими наклонностями?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
