— А где лорд Стюарт? — наконец выдавил Джемми Лесли. — Ребенок официально находится под моей опекой, мадам.
— Виконт Ланди с матерью, — так же спокойно ответила Скай. — Как вы могли подумать, милорд, что внучка отправится в путешествие без детей?
— Она сознательно не подчинилась королю! — вскричал граф. — Это измена, мадам! И вы с ней в заговоре!
— Глупости! — резко возразила госпожа де Мариско. — Боюсь, вы перенервничали, милорд, и не правильно оцениваете положение.
— Ваша внучка должна выйти за меня замуж. Это обещал мне король. А она путешествует, и вы не знаете где! — цедил сквозь зубы Джемми Лесли. — Она забрала с собой королевского внука, мальчика, который официально находится под моей опекой. И после этого вы хотите, чтобы я был спокойным, мадам? И говорите мне, что я не правильно оцениваю положение! Ну нет, госпожа де Мариско! Я оцениваю его правильно. Неподчинение приказу короля и есть измена.
— Я не повиновалась королеве, которая была куда значительнее, чем этот король, — с чувством произнесла Скай. — Я должна вам кое-что сказать, но не смейте повышать на меня голос в моем собственном доме! Садитесь, граф Лесли. Я уже не молода, как прежде, хотя мне и больно это признавать. Я предпочитаю сидеть, но не хочу, чтобы вы, как черная башня, нависали надо мной. Налейте себе вина, чтобы успокоиться, и дайте мне тоже: от вашего крика у меня расходились нервы.
Скай расположилась рядом с мужем, лукаво ему подмигнув, и тот усмехнулся. Если бы она разозлилась так же, как граф Гленкирк, то недолго бы разыгрывала из себя хилую старую даму. Он был не глуп, этот шотландский граф, а Скай в своем мире привыкла управлять. Знал об этом Лесли или нет, но он вовсе не принадлежал к миру Скай О'Малли де Мариско.
Граф наполнил бокалы, как просила его Скай, и тихо выругался про себя, разлив немного вина на серебряный поднос, на котором стоял графин. Рассчитывая успокоиться, он одним глотком выпил вино, потом пересек комнату и подал бокал Скай. Затем сел напротив.
— Так почему Жасмин отправилась «путешествовать»? — спросил он.
— Она все еще оплакивает Генри Стюарта, — ответила женщина. — Сейчас она не хочет снова выходить замуж, милорд. Вы ошиблись, убедив короля устроить для вас этот брак. Жасмин сама королевская дочь и выросла при дворе, Решения она предпочитает принимать сама. Вы с королем отобрали у нее это право, когда за нее решили и ее будущее, и будущее ее детей. И даже не потрудились узнать ее мнение. Это право она себе вернула, когда решила покинуть Королевский Молверн. Вас мне не за что благодарить, милорд. Мы с мужем уже не молоды. А Жасмин приносила нам большую радость, она и ее дети. Ваши интриги отняли ее у нас.
— Я люблю ее, — сказал граф. — И любил все эти годы. И не хотел терять снова. Клянусь вам, мадам, я ни о чем не просил короля, не интриговал, как вы говорите. Он хотел, как это водилось у Стюартов в Шотландии, назначить сыну Генри хранителя. Это королева своими романтическими бреднями предложила, чтобы мы с Жасмин поженились.
Я вдовею уже одиннадцать лет, мадам. Мой титул, если я умру, перейдет к братьям, но они не хотят его брать. Не хотят и их сыновья. Тогда им пришлось бы уехать из Шотландии, а они ее слишком любят. Братья обратились к королеве, чтобы та нашла мне жену. Когда король решил назначить меня хранителем лорда Карла Фредерика Стюарта, королева посчитала, что они одним выстрелом могут убить двух зайцев: и отдать внука в опеку, и женить меня на Жасмин. Они и понятия не имели, что я ее люблю. А сам я хотел начать ухаживать за ней, когда устоится ее жизнь.
— Тогда зачем вы так торопили ее с этим первым апреля? — спросила Скай уже мягче, чувствуя расположение к графу. «Нетерпение очаровательно, но так раздражает в возлюбленном», — подумала она про себя.
— Но это не моя идея, мадам, — удивился граф. — Так решила Жасмин. Если бы она была со мной откровенна, я готов был бы ждать весь год, пока не кончится ее траур по Генри Стюарту. Тогда мы назначили бы свадьбу на следующую весну или лето. Верьте мне, я дал бы ей достаточно времени, мадам.
Улыбка тронула губы Скай:
— Генри Стюарт обожал Жасмин за то, что она всегда могла заставить его рассмеяться. Боюсь, что у моей внучки злое чувство юмора. Хорошо она над вами подшутила!
В золотистых глазах графа Лесли внезапно мелькнуло понимание:
— Так из меня сделали первоапрельского дурака, мадам? — И его суровый рот тронула улыбка.
— Боюсь, что так, милорд, — фыркнула Скай. Сдержаться она уже не могла и громко расхохоталась.
Но граф Лесли тоже был человеком с чувством юмора. Некоторое время он смеялся над собой, а потом спросил:
— Где она, мадам? Прошу вас, скажите, куда она уехала.
— Не могу, милорд, — ответила Скай. — Я дала слово. А своего слова я в здравом уме и твердой памяти никогда не нарушала.
Прежде чем граф смог возразить, заговорил Адам де Мариско:
— Вы давно не были во Франции, милорд? Прекрасная страна! Моя мать была француженка. Вино, которое вы пьете, из семейных подвалов в Аршамболе. Это в долине Луары. Красивое место!
Граф Гленкирк поднялся.
— Спасибо, милорд. — Он церемонно поклонился Адаму, потом поцеловал руку Скай. — Ваша порядочность поражает и достойна похвалы. — Потом снова повернулся к Адаму:
— Почему вы мне это сказали, милорд?
— Я слова не давал, — ответил Адам де Мариско, блеснув голубыми глазами.
Оценив пикантность положения, граф Гленкирк широко улыбнулся.
— Клянусь, я ее найду! — воскликнул он.
— Найти — не самое трудное, — рассудительно заметил Адам. — Запомните, Джемми Лесли, когда-то я ухаживал за бабушкой Жасмин. Она заставила меня изрядно погоняться за ней, прежде чем согласилась стать моей женой.
Однако потом успокоилась и стала самой верной женой в Англии.
— Я никогда не успокаивалась, — с жаром заявила Скай О'Малли. — Если бы я успокоилась, ты бы умер со скуки, Адам!
Граф Ланди рассмеялся:
— Да, девочка, наверное, это так. — Потом снова повернулся к Гленкирку:
— Храни вас в дороге Бог. Только ничего не принимайте на веру. Что касается женщин из этой семьи, они изворотливы, но если вы уверены в победе, за них стоит побороться.
Граф кивнул и, попрощавшись с де Мариско, покинул Королевский Молверн.
— Ты думаешь, он ее найдет? — спросил Адам. — Я ведь не сказал ему, что она в Бель-Флер, а лишь упомянул Аршамболь.
— Найдет, без сомнения, — заверила мужа Скай. — Он упорный молодой человек и любит Жасмин.
— И она выйдет за него замуж?
— Когда-нибудь выйдет, но не теперь, — ответила Скай и принялась хохотать. — Боже, Адам! Ни об одной секунде своей жизни я не жалею. Даже о тех, которые казались нелегкими. Зато сейчас, по воле Божьей, все хорошо. Я сижу у огня с бокалом вина и гляжу, как играют мои потомки. Я думаю, это лучшее вознаграждение в жизни.
