Внизу хлопнула входная дверь… Я, охваченная ужасным подозрением, кинулась к окну и…
– Гвыздбр фрахк!!! Он ушел!
«Проворонила?!!»
А все из-за тебя, из-за тебя, поганец! Кто меня отвлекал?!
Я заносилась по комнате, в спешке сдирая с себя одежду: просто так мне Кидранна не догнать, не стоило и пытаться, а вот кошкой по крышам…
«Но-но!!! Попрошу не спихивать на меня свое головотяпство! Я изначально настаивал, чтобы ты ходила за ним тенью!»
Не зуди, и так тошно! Весь день на нервах, а он тут еще сбежать вздумал, зараза!
«Цепочку снять не забудь: золотая – жалко…»
Сняла, сняла…
Желтоватый диск бдительно охранял ночных тварей от любых посягательств на их законное время. В траве задумчиво стрекотали кузнечики, не в силах пересилить инстинкта продолжения рода, даже когда на них с явным удивлением и недовольством смотрит черная кошачья морда. Последние, и так еле-еле различимые в темноте, цвета исчезли, слетев с мира, словно янтарная листва с осины. Вперед выступили невидимые прежде тени, запахи, звуки. Мир словно стал «глубже», острее, пряно закружив черную кошку в невесомых крыльях ночи. Под шерстью перекликались приятным напряжением не существовавшие раньше мышцы, уши ни на миг не оставались в покое, настороженно поворачиваясь то в одну, то в другую сторону. Я, не в силах совладать с искушением, словно шаловливый котенок, перекатилась по ласково шуршащей листве, разметав хвостом облетевшие крылатки ижмицы.
Крючковатые тени кустов давали прекрасное укрытие, при этом совершенно не мешая видимости. Хотя мне будет удобнее на крышах: я же не собака, чтобы вынюхивать следы (хотя и могу, если очень уж надо), а видимость с крыши куда лучше…
Я с упоением несколько раз втянула когти в подушечки лап и снова выпустила, взрыхлив землю пятью бороздами. Легко оттолкнулась, упиваясь легкостью тела и мягкостью, грациозностью всех движений, и одним движением вспрыгнула на забор. Сильно сжала дугами коготков тонкую планку под лапами, покрутила головой, высматривая, как бы получше забраться на криону, растущую возле дома, и пошла вперед, осторожно переставляя лапы. Дерево доверчиво протягивало ветвь к самому забору, чем черная кошка и не замедлила воспользоваться, в мгновение ока взлетев по стволу на уровень кровли. Так, теперь перелезть на противоположную сторону и оттолкнуться!
Мя-а-а-а-а-ау!!!
Машинально вывернувшись в воздухе, приземлилась я на лапы мягко спружинив. Ошалело подняла голову, обнаружила ветку, с которой сверзлась, четырьмя саженями без чети [33]выше, и испуганно сглотнула. Неужели там правда так высоко?!! А ведь совсем не страшно было…
Я быстро оглядела себя на предмет повреждений, особое внимание уделила подло сорвавшейся в момент толчка задней лапе («Ну что же ты, зараза! Из-за тебя не допрыгнули!») и, пересилив липкий человеческий страх внизу живота, снова вскарабкалась на дерево. В конце концов, кошка я или трусливая деревенская девка?!!
Вторая попытка удалась куда лучше первой. Черепица словно сама встала под лапы в тот самый миг, когда я, обреченно закрыв глаза, уже приготовилась снова падать. Двумя скачками оторвавшись от опасного края, я развернулась и внимательно огляделась. Дома шли вдоль улицы, послушно изгибаясь согласно ее завихрениям. Значит, заблудиться мне не грозит. А перепрыгивать с крыши на крышу и вовсе оказалось пустяком: в густонаселенных районах дома стоят почти впритык, а если нет, то можно прыгнуть на сарай, а с него уже на дом: мне-то без разницы.
Страх пропал, сменившись диким восторгом: три стелющихся шага – и прыжок! – проносящиеся под брюхом кусты и заборы – толчок! – новых три шага… Ночь послушно скрывала черную тень, невесомо скользящую по крышам, едва-едва народившаяся луна окутывала темноту мягким призрачным маревом полусвета, не режущего глаза контрастными тенями.
Двигалась я куда быстрее обычного человека или ведьмы на шпильках, дорога ближайшие три версты никуда не сворачивала, так что по логике я должна была догнать Кирна в самое ближайшее время…
Осталось только предупредить об этом логику!!!
Кидранна я нагнала только через полчаса, когда он уже стоял посреди банды «кулаков», смеясь шутке Вирда, в которой ни кворра не понял. Компания, вопреки обыкновению, была трезва как стеклышко и оживленно перебрасывалась похабными шуточками:
– Эй, Сыч, ты хоть на доску-то влезешь? А то, гля, задницу отрастил – теперь центр тяжести смещен, равновесия кворр найдешь!
– Заткнись, Щепь, вот спущу тебя башкой вниз оттуда – и будешь ржать внизу, отшибешь себе главное достояние!
– Ха! Мне оно хоть дорого как память, а тебе – и вовсе без надобности! Хошь, схемку нарисую, что у бабы под юбкой и чего с этим делать надо? Впрочем, с твоей комплекцией в таких премудростях тебе разбираться не грозит. Разве что снять кого… За тройную цену!
«Кулаки» залились паскудным смехом. Сыч злобно развернулся:
– Заткнись, я сказал!
– Заткнитесь уже оба! – фыркнул Вирд, которому изрядно прискучили спорщики.
Я медленно пошла следом, стараясь держаться в тени и смотреть в землю, чтобы не выдать себя отсветами глаз.
Куда они идут? Куда собрались залезать и что себе отшибать? В смысле, не что, а зачем?! Что вообще собираются делать?!
Ответ на последний вопрос стал понятен, как только «кулаки» пришли на место: утоптанную площадку с натянутыми между столбами или деревьями на разной высоте канатами и жердями. Я только злобно выругалась про себя.
«Высотка» – любимое развлечение местной шпаны. Два недоноска на спор залезают с разных сторон на жерди, утончающиеся с каждой саженью и уходящие все выше и выше. И кто быстрее доберется до финиша. Или хотя бы продержится дольше, потому что до финиша дойти почти нереально.
Номинально «высотка» – это спортивный снаряд, развивающий ловкость. На деле же – отличный способ покалечиться. Потому что, предположим, в Храме у студентов еще есть возможность пройти все эти планки. У нас даже было подобное сооружение, но только с матами внизу и страхующим наставником рядом. А обычный человек такое пройти не может просто по определению! Тут уже или повезет, или не повезет. Причем удача имеет привычку поворачиваться не лучшей своей частью тела в самый неподходящий момент, а длина всего пути на высоте – не меньше десяти саженей. Так что шансов практически нет…
– Ну что, Щепь, трусишь? – насмешливо крикнул Сыч, взгромоздившись на приступочек у старта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
