Кресс ошарашенно уставился на видеоизображение Воу.
— Ваши рабочие, — сказал он с усилием, — те, что приезжали сюда… устанавливать террариум…
Воу вымученно усмехнулась.
— Шейд — песчаный король, — медленно повторил ошеломленный Кресс, — И вы продали мне террариум с… с его младенцами… А?..
— Не болтайте чепухи, — ответила Воу. — Первая стадия пустынника напоминает больше сперму, чем младенцев. В природе их численность регулируется войнами. Лишь один из ста доживает до второй стадии, и только один на тысячу достигает третьей, и последней, вершины и становится как Шейд. Зрелые пустынники не сентиментальны по отношению к маленьким маткам. Их слишком много. А мобили, те — паразиты. — Она вздохнула. — Но все эти разговоры сейчас — пустая трата времени.
Белый король скоро проснется разумным. Вы ему больше не нужны, и он ненавидит вас. И он будет очень голоден. Трансформация отнимает слишком много сил. Как перед спячкой, так и после нее матка должна потреблять пищу в огромных количествах. Поэтому как можно скорей уходите, вы меня поняли?
— Я не могу, — сказал Кресс, — мой скиммер сломан, а другие не стартуют. Я не знаю, как перенастроить их. Вы можете прилететь за мной?
— Да, — ответила Воу, — Мы с Шейдом немедленно вылетаем. Но от Эсгарда до вашего поместья двести километров, а нам необходимо еще погрузить оборудование для обезвреживания пустынника, которого вы создали. Вам нельзя так долго ждать. У вас есть две ноги — идите. Держитесь на восток, как можно точнее. И как можно скорее. Местность там довольно безлюдная, мы легко заметим вас с воздуха, а для них вы будете вне досягаемости, ясно?
— Да, — сказал Кресс, — о да!
Дав отбой, он быстро зашагал к двери, но на полпути услышал шум.
Звук, средний между хлопком и треском.
В панцире одного из пустынников появилась трещина. Четыре крошечные руки, покрытые желто-розовой сукровицей, показались из щели и начали отдирать омертвевший покров.
Кресс в панике помчался прочь.
Не обращая внимания на жару, он один за другим преодолевал выжженные каменистые холмы. Кресс выскочил из дома со всей скоростью, на какую был способен, и бежал, пока не закололо под ребрами и не поплыли круги перед глазами. Тогда пришлось перейти на шаг. Но стоило ему чуть-чуть отдышаться, как он снова принимался бежать. Почти целый час Кресс бежал и шел, шел и бежал под яростным, палящим солнцем. Он обливался потом, мечтал о глотке воды и высматривал в небе скиммер Шейда и Воу.
Кресс вконец обессилел, слишком было жарко и сухо. Состояние его оставляло желать лучшего. Но он принуждал себя идти, вспоминая о тошнотворном дыхании песчаной матки и об извивающихся четвероруких тварях, которые наверняка уже бродят по всему дому. Он надеялся, что Воу и Шейд знают, как с ними справиться.
Относительно Воу и Шейда у него были особые планы. Ведь все случилось, рассудил Кресс, по их вине, и они заплатят за это. Жаль, нет Лиссандры, но ничего, он знаком с ее коллегами. Он отомстит. — Кресс пообещал себе это сотню раз, изнемогая и обливаясь потом на пути к востоку.
Во всяком случае, он надеялся, что к востоку. Кресс плохо разбирался в направлениях и не знал определенно, в какую сторону погнала его паника, но с тех пор старался идти прямо на восток, как советовала Воу. После нескольких часов ходьбы без малейших признаков близкого спасения он утвердился в мысли, что потерял направление.
Еще через несколько часов им овладел новый страх. А вдруг Воу и Шейд не смогут найти его? Он умрет здесь. Он два дня не ел. Он слаб и напуган. Горло першит от жажды. Он больше не выдержит. Сейчас солнце зайдет, и он заблудится в темноте окончательно. Что случилось? Неужели пустынники сожрали Шейда и Воу? Страх переполнял его вместе с сильнейшей жаждой и ужасным голодом. Но Кресс продолжал переставлять ноги. Он дважды пытался перейти на бег, но спотыкался и падал на камни. Во второй раз он ободрал руки, и теперь они кровоточили. Опасаясь инфекции, Кресс облизывал их на ходу.
Солнце позади него коснулось горизонта. Земля немного остыла, и Кресса это подбодрило. Он решил идти до тех пор, пока хоть что-нибудь видно, а уж потом подумать о ночлеге. Он, безусловно, уже достаточно удалился от пустынников и теперь в безопасности. А утром его разыщут Воу и Шейд.
Перевалив через очередной холм, он увидел впереди очертания дома. Не такого большого, как его собственный, но достаточно вместительного. Кров и убежище! Кресс вскрикнул от радости и побежал к нему. Еда и питье! Он уже ощущал во рту их вкус. Ведь он чуть не умер от голода и жажды.
Размахивая руками и что-то крича, Кресс скачками спустился с холма. Дневной свет почти померк, но в сумерках перед домом еще играло с полдюжины детей.
— Эй! — завопил он. — Помогите! Помогите!
Дети гурьбой помчались к нему.
Кресс внезапно затормозил.
— Нет, — прошептал он. — НЕТ!
Он повернулся назад, растянулся на песке, поднялся и снова попытался бежать.
Они легко поймали его. Призраки с глазами навыкате и темно-оранжевой кожей. Кресс сопротивлялся, но безуспешно. Как ни малы они были, каждый действовал четырьмя руками, а он — только двумя.
Кресс выбился из сил и затих. Они поволокли его к дому. Печальному и захудалому дому из осыпающегося песка, с зияющей черной дырой вместо входа. И дыра эта дышала.
Было невыносимо страшно, но не страх заставил Кресса снова закричать. Он закричал из-за другого.
Маленькие рыжие твари повылезли из замка и бесстрастно наблюдали, как его проносят мимо.
Все они были на одно лицо.
Летящие сквозь ночь
© Перевод О. Колесникова
Когда Иисус из Назарета умирал на кресте, волкрины пронеслись мимо него на расстоянии менее светового года.
Когда на Земле свирепствовали Войны Пламени, волкрины парили вблизи Старого Посейдона, моря которого были еще не названы и не тронуты рыбацкими сетями. Ко времени, когда гиперпривод превратил Федерацию Народов Земли в Федеральную Империю, волкрины добрались уже до края пространства, занимаемого хранганийцами. Хранганийцы никогда об этом не узнали. Как и мы, они были детьми маленьких светлых миров, кружащихся вокруг разбросанных здесь и там солнц, и не очень-то интересовались теми, кто путешествовал сквозь космическую пустоту. Знали о них они еще меньше.
Война пылала тысячу лет, и волкрины пролетели сквозь ее центр, невидимые и неприкосновенные, в безопасном месте, где не могут вспыхнуть никакие огни. Потом Империя погибла в руинах, а хранганийцы исчезли во мраке Коллапса, однако для волкринов тьма не наступила.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
