Читаем без скачивания Небесный король: Эфирный оборотень - А. Живой

«Река, догадался Гризов, наверное, это Тигр. Больше тут быть нечему. Добежать от Багдада до соседнего Евфрата мы бы еще не успели, да и сначала надо было бы преодолеть эту реку».

Словно в ответ на его мысли Костян, подождавший у валуна пока подтянется вся группа, проговорил:

— Дошли до берега Тигра. На мосты не суемся. Ищем лодку.

И снова первым растворился среди домов.

Лодку искали минут двадцать. Война сделала свое дело. Почти все дома, стоявшие у воды, были разрушены во время артобстрелов американской штурмовой артиллерии или авианалетов. И все, что стояло у воды тоже сильно пострадало. Что за объект здесь стоял, было понять трудно, но бомбили основательно.

Осмотревшись внимательнее, прошерстив несколько полуразрушенных рыбачьих хижин, спецназовцы, наконец, обнаружили старую лодку. В нее худо-бедно могло поместиться три человека без снаряжения, но и в этом случае ее плавучесть вызывала опасения. К лодке прилагалось одно весло. Второе, отличавшееся по размеру и качеству, спецназовцы обнаружили в другой хибаре по соседству.

Осмотрев трофей, Костян сделал неожиданный для Гризова вывод:

— Чтобы не утопить снаряжение, — один поплывет за лодкой. Это будет Коля Быстрый. Грузим рюкзаки и отчаливаем. Времени лишнего нет.

Русские находились сейчас уже довольно далеко от центра Иракской столицы. Набережной здесь к счастью никогда не было, люди попадались редкою. Судя по всему, это был рыбачий поселок или какая-то крупная деревня. Высокие тростниковые заросли перекрывали видимость с другого берега или высоких точек, но к счастью сохранилось пара мостков. Поэтому выход к воде не вызвал особенных затруднений.

— Журналист и Голуаз за весла, — скомандовал Костян, когда, движимая плывшей за ней Колей Быстрым, лодка вышла из тростников и закачалась на небольшой волне.

Коля перестал грести, уцепившись за хлипкую корму. Антон и его сосед разобрали весла, причем журналисту досталось некондиционное весло, об которое он сразу поранил себе руку, посадив пару заноз. Проклиная местных мастеров и проворчав «А еще колыбель цивилизации называется», Гризов подналег на весла.

Кое-как они с сидевшим рядом на грубой скамье Голуазом вошли в ритм, и лодка, груженная рюкзаками со снаряжением, пошла к противоположному берегу, до которого было метров двести или триста. Точно Антон не знал, а в кромешной темноте разглядеть что-то в сотне метров не представлялось возможным. Он мог оценить ширину Тигра только один раз, проезжая днем по мосту на микроавтобусе, во время беседы с Натальей, так нелепо погибшей тем же вечером.

О причинах разрушения постигших прибрежный рыбачий поселок Гризов стал догадываться, когда лодка отплыла от берега. Он разглядел рядом с собой, в каких-нибудь двух десятках метров, бетонные опоры гигантского моста, выступавшие из темноты расплывчатыми громадами на фоне неба. Мост был разрушен как раз той стороны, от которой они отчалили. По всей видимости, иракцы защищали его до последнего, но все было тщетно.

Двигаясь вдоль пустынного моста, лодка прошла довольно ходко, половину пути. Гризов неожиданно для себя смог это определить, поскольку на другом берегу вдруг что-то взорвалось. Все спецназовцы обернулись на шум, как по команде. Даже Коля Быстрый перестал барахтаться в воде, и принял влево, пытаясь рассмотреть, что произошло.

Судя по всему, иракцы взорвали машину со взрывчаткой на дороге, что проходила по разрушенному мосту и терялась на вершине холма с другой стороны реки. Почти сразу вслед за взрывом послышалась реакция американцев: в ночное небо взмыл вертолет и начал в слепую поливать пулеметным огнем склоны холма, надеясь, уничтожить засевших там партизанов, которых американцы именовали не иначе как террористами.

— Этого нам еще не хватало, — напрягся Костян, — а ну, орлы, поднажмите на весла. Надо быстрее доползти до берега. А то не ровен час, они решат и воду прочесать.

Гризов с Голуазом, выбиваясь из сил, стали грести еще быстрее. При каждом ударе весла об воду поднимались фонтанчики брызг, которые теплой россыпью обдавали всех, но никто не жаловался даже на шум. Все понимали, сейчас они в самом невыгодном положении. Когда лодка преодолела еще четверть реки и уже приблизилась к противоположному берегу, высоко небе над ними вдруг раздался гул, совсем не походивший на стрекот винтов вертолета.

Очень скоро, гул усилился, и всем стало ясно: это военный самолет, заходящий на цель. Только какую цель он тут решил уничтожить, было пока непонятно. Никаких иракских войск здесь давно не было, а разобраться с партизанами хватит и вертолетов. Тем более, что стрельба над холмом еще не успела затихнуть.

Неизвестный самолет снизился еще и дал залп ракетами. Два огненных смерча возникли в черном небе и, пронесшись над головами находившихся в лодке, устремились к противоположному берегу. Через секунду от рыбачьего поселка не осталось ничего. Раздался страшный взрыв и весь он исчез в огне. Вспышка была такой мощной, что на секунду осветила теплые воды Тигра и болтавшуюся на ней лодку. Гризов успел окинуть взглядом воду, но никого не заметил.

Выпустив ракеты, самолет набрал высоту и исчез. А Гризова снова охватило странное чувство, что этот неизвестный ночной самолет искал не иракскую цель, а именно его. Журналиста Антона Гризова.

Преодолев последние метры водной поверхности, утлая лодчонка, просевшая под весом трех человек и снаряжения, наконец, вошла в тростниковые заросли на другом берегу Тигра. Коля Быстрый взобрался на корму, отчего лодка чуть не перевернулась, но делать было нечего. Никаких мостков здесь не наблюдалось. Да и вообще, как успел рассмотреть Гризов во время взрыва, зарево которого полыхало вовсю на оставленном берегу, этот берег был абсолютно дикий. Если не считать моста, никаких строений не наблюдалось на пару километров в обе стороны.

Отталкиваясь веслами от росшего сплошной стеной тростника и появившегося дна, диверсанты дотолкали лодчонку до берега. Аккуратно выгрузились, хотя и промокли. Закинув рюкзаки за спины, и зашнуровав все нужные ремешки, Костян привычно скомандовал:

— Идем вверх пол склону, обходим место взрыва слева. Там дорога. Преодолеваем ее и уходим в долину на той стороне. Во время перехода дороги в перестрелки не встревать. Вперед.

И снова началась беготня. У Гризова появилось стойкое ощущение, что он, как и его бывшие товарищи по оружию: Майкл, Малой и Шура Белинский, снова служит в армии. А как иначе было назвать эту ситуацию? Он подчинялся приказам, таскал рюкзаки и греб на веслах вовсе не потому, что сам этого хотел. Но где-то в глубине души Антон прекрасно понимал, что иначе ему в этой ситуации не выжить. И, если ради того, чтобы выбраться, нужно было даже замочить нескольких американцев, то он был согласен. А пока нужно было карабкаться в мокрой одежде по склону вверх, цепляясь за вылезающие из земли корни деревьев и усыпанные шипами ветки. Тяжелый рюкзак методично бил по затылку. Но Гризов уже начинал втягиваться. «Тяжело только первые полгода, вспомнил он армейскую мудрость, потом привыкаешь».

Американский вертолет, прочесав пулеметными очередями всю поверхность склона, улетел уже минут пять назад, до того как они причалили. А еще через двадцать минут группа российского спецназа была уже на вершине холма, венчавшего противоположный берег реки Тигр, чьи мутные воды рассекали столицу Ирака на две части.

Залегли метрах в десяти от дороги, в канаве. Осмотрелись. За спиной остался высокий берег Тигра и основные кварталы Багдада. Правее, где-то в полукилометре, там, где произошел взрыв, догорал американский блокпост, на который замыкались эта дорога и дорога, ведущая на мост. Братья-арабы со всего маху въехали в него на грузовике с полным кузовом взрывчатки. Американский «Хаммер» и небольшой домик у обочины дороги, где квартировал караул, превратились в обгорелые руины. Сейчас там суетились пожарные под охраной еще двух «Хаммеров». Вертолеты кружили дальше вверх по берегу, изредка постреливая. Видно, напали на след иракцев. На другой стороне дороги, ближе к взорванному блокпосту стояло несколько сельских домов с пустыми глазницами окон. Впереди по курсу, сразу за разбитой дорогой начинались холмы, укрытые сейчас легким туманом. Небо светлело на глазах. Еще полчаса и наступит рассвет.

Старшой, осмотрев всю эту картину, принял решение перебраться на другую сторону и встретить рассвет подальше от города. Так и сделали. Осторожно, по одному, чтобы не привлекать внимания озабоченных тушением пожара американцев, спецназовцы ползком преодолели придорожную канаву и бегом дорогу. К счастью, морпехи за дальностью расстояния их не заметили, а по дороге в этот час никто не проезжал.

Рассвет группа спецназа встретила в десяти километрах от Багдада, лежа в канаве у следующей дороги и наблюдая за изредка проходящим мимо потоком машин. Точнее это был не поток, а тонкий ручеек. Но он понемногу тек. За час в Багдад и обратно проходило пять или семь машин. Причем в большинстве случаев это были иракские машины, на которых жители столицы курсировали между пригородами, пытаясь торговать в условиях оккупации. Впрочем, иракцы любили торговать и не собирались себе отказывать в этом удовольствии даже после захвата страны американцами.