Пыль, забивающая легкие, поднялась над дорогой. Логена затошнило, и он прикрыл рот рукой. Потом попробовал встать, опираясь на меч. Мир, окутанный пылью, шатался, в ушах все еще звенело от шума. Логен не мог понять, кто он и где находится.
Сражение переместилось ко рву. Люди кашляли, пытались что-то рассмотреть, бродили в сумраке. Было много трупов — северяне, гурки, солдаты Союза, все перемешались. Логен увидел, что на него смотрит темнокожий человек. Кровь струилась по его запыленному лицу из пореза над глазом.
Логен поднял меч, издал гортанный вопль, хотел ринуться вперед, но зашатался и чуть не упал. Гуркский солдат бросил копье и скрылся во мраке.
Послышался второй оглушительный взрыв, на этот раз ближе, на западе. Неожиданно сильный порыв ветра рванул волосы Джезаля, так что на глазах выступили слезы. Мечи зазвенели в ножнах. Люди смотрели вверх, их лица осунулись от потрясения.
— Надо идти, — взвизгнул Горст, крепко схватив Джезаля за локоть.
Глокта и его приспешники уже торопились по выложенной галькой аллее так быстро, как только мог хромой наставник. Только Арди глянула через плечо широко раскрытыми глазами.
— Подождите…
Эта встреча вызвала у Джезаля неожиданный и болезненный наплыв сильных чувств. Мысль о том, что Арди в плену у этого отвратительного калеки, была невыносима. Но Горст ничего подобного не чувствовал.
— Во дворец, ваше величество.
Он, не оглядываясь, потащил Джезаля прочь, в сторону парка. Остальные королевские телохранители спешили следом. Осколки камней падали вниз и стучали по крышам, катились по дороге, отлетали от доспехов рыцарей-телохранителей.
— Они идут, — пробормотал Маровия, мрачно глядя в сторону площади Маршалов.
Ферро присела на корточки, обхватив голову руками. Чудовищное эхо все еще гудело, отражаясь от высоких белых стен. Булыжник размером с человеческую голову рухнул с неба и разбился о землю в нескольких шагах от нее, черные осколки разбросало по белому ковру из опилок. Другой валун, в десять раз больше этого, пробил крышу здания. Стекла со звоном посыпались из разбитых окон. Пыль кружилась на улицах и площади, завиваясь в серые клубы. Постепенно шум стихал. Рукотворный камнепад прекратился, наступила многозначительная тишина.
— И что теперь? — зло спросила она у Байяза.
— Теперь они придут.
Где-то на улицах послышался страшный треск, закричали люди, потом вопли неожиданно оборвались. Байяз повернулся к Ферро, нервно поджав губы.
— Когда начнем, не сходи с места. Ни на йоту. Круги были аккуратно…
— Беспокойся о себе, маг.
— Я все сделаю. Открой ящик, Ферро.
Она мрачно замерла, инстинктивно потирая пальцы. Когда ящик откроется, пути назад не будет, Ферро чувствовала это.
— Ну же, — резко приказал Байяз. — Давай, если ты жаждешь мести!
— Ш-ш-ш…
Отступать было поздно. Ферро присела, положила руку на холодный металл крышки. Тайная черная тропа — единственный выход, другого выхода не было никогда. Она нашла секретную защелку и нажала на нее. Крышка бесшумно откинулась, и странный трепет сначала просочился в воздух, потом заструился, потом потек, поглощая ее, так что перехватило горло.
Семя лежало внутри, на металлических кольцах, как в гнезде. Тусклый, серый, ничем не примечательный булыжник. Ферро охватила его пальцами. Тяжелое, как свинец, холодное как лед. Она вытащила Семя из коробки.
— Хорошо.
Однако лицо Байяза исказили страх и отвращение, когда он наблюдал за ее действиями. Ферро протянула ему Семя, но маг резко отпрянул. На лбу старика выступили бусинки пота.
— Не подходи ближе!
Ферро резко захлопнула ящик. Два гвардейца Союза, закованные в доспехи, показались на площади. Они пятились, держа в руках тяжелые мечи. Они явно были напуганы, словно их преследовала целая армия. Но из-за угла появился только один человек — воин в белых доспехах, украшенных рисунком из блестящего металла. Его темное лицо было молодым, гладким и прекрасным, но глаза казались старыми. Ферро уже видела такое лицо в пустынных землях близ Дагоски.
Едок.
Гвардейцы разом шагнули к нему, один издал пронзительный боевой клич. Едок без труда уклонился от мечей, неожиданно плавно двинулся вперед и легко подхватил рукой одного из солдат. Послышался глухой стук, когда рука прогнула щит и нагрудник гвардейца и подбросила его в воздух. Он рухнул вниз в двадцати шагах от того места, где стоял, и несколько раз перевернулся, оставляя темные метки посреди белого покрова из опилок. Он замер недалеко от Ферро, кашлянул, выплюнул длинную струю крови и затих.
Второй гвардеец попятился. Едок взглянул на него, и на совершенном лице отразилась печаль. Воздух вокруг него коротко вспыхнул, и меч гвардейца со стуком упал на землю. Гвардеец издал долгий, пронзительный крик и схватился за голову. Его череп разорвало на части, дождь из осколков костей и кусков плоти окропил стену белого здания за его спиной. Безголовое тело рухнуло на землю. Наступила тишина.
— Добро пожаловать в Агрионт! — прокричал Байяз.
Глаза Ферро следили за молниеносными движениями едока высоко наверху — фигура в белых доспехах неслась по крыше. Он совершил невероятный прыжок через широкое пространство между двумя зданиями, прямо на соседнюю крышу, и исчез из виду. А внизу женщина, одетая в блестящую кольчугу, выплыла из тени на площадь. Ее бедра покачивались, когда она медленно двигалась вперед, на безупречном лице сияла счастливая улыбка. В руке она держала длинное копье. Ферро напряглась и еще крепче сжала пальцами Семя.
Позади нее рухнула часть стены, куски камня с грохотом посыпались на землю. Огромный великан шагнул в образовавшийся рваный проем. Он держал в руке громадную деревянную дубину с черными металлическими шипами. Его доспехи и его длинная борода были покрыты пылью.
За ним следовали еще двое — мужчина и женщина с той же гладкой кожей, с теми же молодыми лицами и старыми черными глазами. Мрачно глядя на них, Ферро вытащила меч из ножен. Блеснул холодный металл. Даже если это не поможет, с клинком в руке как-то спокойнее.
— Добро пожаловать всем! — прокричал Байяз. — Я ждал тебя, Мамун!
Первый из едоков сдвинул брови, осторожно перешагивая через обезглавленный труп.
— А мы ждали тебя.
Белые тени спорхнули с крыш домов и с шумом приземлись на площади, пригнувшись, а потом распрямились.
— А где этот ползучий призрак Юлвей?
— Он не может быть с нами.
— Захарус?
— Завяз в трясине разрушенного запада, надеется вылечить труп, перевязав раны мертвецу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
