Последовала долгая пауза.
— С кем?
— Зильбер не просто управляет Университетом… Он проводит… эксперименты.
— Эксперименты какого рода? — Глокта ткнул молотком в окровавленное лицо Гойла. — Пока я не прибил к столу твой язык!
— Оккультные эксперименты! Сульт дает им деньги, уже давно. С тех пор, как появился первый из магов. А может быть, еще раньше.
«Оккультные эксперименты? На средства архилектора? Не очень-то похоже на Сульта, но объясняет, почему чертовы адепты ждали от меня денег, когда я впервые к ним явился. И для чего Витари со своим цирком установила там наблюдение».
— Что это за эксперименты?
— Зильбер… он может установить связь с Другой стороной.
— Что?
— Это правда! Я это видел. Он знает такие вещи, такие тайны, которые невозможно узнать иным путем, и сейчас…
— Ну?
— Он говорит, что он нашел способ вызвать их.
— Кого?
— Рассказчиков Тайн, так он их называет.
Глокта облизнул пересохшие губы.
— Демонов?
«Я думал, его преосвященство терпеть не может суеверий, а он все это время… Какое самообладание!»
— Чтобы послать их против врагов, так он говорит. Против врагов архилектора. Они готовы сделать это.
Глокта почувствовал, как у него задергался левый глаз, и прижал к нему ладонь.
«Год назад я бы сейчас затрясся от смеха и прибил его гвоздями к потолку. Но нынче все по-другому. Мы входили в Дом Делателя. Мы видели улыбку Шикель, когда она горела. Существуют едоки. Существуют маги. Так почему бы не существовать и демонам? Их просто не может не быть».
— Что это за враги?
— Верховный судья! Первый из магов! — Гойл снова зажмурился. — Наш король, — всхлипнул он.
«Аааа. Наш. Король. Эти два словечка — моя магия».
Глокта повернулся к Арди и продемонстрировал ей зияющую щель между передними зубами.
— Не будете ли вы так любезны подготовить признательный лист?
— Я?
Арди пристально посмотрела на него, ее глаза лихорадочно горели на бледном лице. Она поспешила к столу архилектора, схватила лист бумаги и перо, окунула перо в чернильницу. Она ждала, и рука ее дрожала.
— Что я должна написать?
— Ну, что-то вроде: «Я, наставник Гойл, признаюсь в том, что участвовал в предательском заговоре его преосвященства архилектора Сульта, имевшего целью…»
«Как бы это выразить?»
Он поднял брови.
«Да так, как и есть на самом деле».
— Использовать дьявольские методы против его величества короля и членов Закрытого совета.
Кончик пера неловко скрипел по бумаге, оставляя кляксы. Арди протянула ему шуршащий лист бумаги.
— Так?
Он вспомнил прекрасные документы, которые готовил практик Иней. Изящный ровный почерк, выверенные формулировки.
«Каждый протокол о признании — произведение искусства».
Глокта грустно смотрел на эти каракули с кляксами.
— Почти не разобрать, но сойдет.
Он положил лист под дрожащую руку Гойла, потом взял перо у Арди и сунул его между пальцами наставника.
— Подписывай.
Гойл всхлипнул и нацарапал свое имя внизу страницы настолько разборчиво, насколько он мог сделать это с прибитыми к столу руками.
«Я одерживаю верх и даже чувствую сладкий вкус победы».
— Отлично, — произнес Глокта. — Вытащите гвозди и найдите, чем его перевязать. Будет печально, если он истечет кровью до того, как даст показания. И заткните ему рот, я уже услышал достаточно. Мы возьмем его с собой к верховному судье.
— Подождите! Подождите! Врр!
Крики Гойла резко оборвались, когда наемник с нарывами на лице вставил ему в рот комок из грязной тряпки. Карлик вытащил из ящика клещи.
«Мы все еще живы. Много ли у нас было шансов?»
Глокта, прихрамывая, подошел к окну и остановился, сгибая и разгибая больные ноги. Раздался приглушенный вскрик, когда первый гвоздь вытащили из руки Гойла, но мысли Глокты были далеко. Он смотрел на шпили Университета. Они возвышались в дымном сумраке, подобно растопыренным пальцам.
«Оккультные эксперименты. Призывы и заклинания?»
Он недовольно облизнул беззубые десны.
«Что там творится?»
— Что там творится?
Джезаль шагал взад и вперед по крыше Цепной башни, как — он надеялся на это — тигр в клетке. Правда, на самом деле это больше напоминало метания преступника в утро перед казнью.
Дым накрыл черной вуалью весь город, так что было невозможно понять, что происходит на расстоянии полумили. Офицеры из штаба Варуза стояли вдоль парапета и время от времени выкрикивали бессмысленные и противоречащие друг другу сообщения. Бои шли у Четырех Углов, на Срединном проспекте, по всей центральной части города. Бои шли на суше и на море. Надежда на спасение то полностью исчезала, то возрождалась с новой силой. Одно было несомненно: внизу, за рвом Агрионта, натиск гурков не ослабевал.
Дождь стрел все так же сыпался на площадь перед воротами, но взамен каждого убитого или раненого гурка появлялись пятеро новых солдат — они выходили из-за горящих зданий, как пчелы вылетают из разрушенного улья. Сотни гурков теснились, охватывая весь Агрионт в непрерывно сжимавшееся кольцо из стали и людей. Они прятались за деревянными щитами и выпускали стрелы вверх, на укрепления Союза. Барабанная дробь звучала все ближе, уже разносилась по всему городу. Джезаль поглядел в подзорную трубу, напрягая каждый мускул так, чтобы рука не дрожала, и заметил странные фигуры внизу.
Высокие и грациозные, в приметных жемчужно-белых позолоченных доспехах, они двигались среди гуркских солдат, отдавая приказы и направляя. Они то и дело указывали на мост, который вел к западным воротам Агрионта. Мрачные подозрения зародились в глубине сознания Джезаля. Тысяча Слов Кхалюля? Явились из темных углов истории, чтобы вершить суд над первым из магов?
— Не знаю точно, но я бы сказал, что они готовятся к штурму.
— Нет причин для беспокойства, — хрипловато ответил Варуз. — Наши укрепления неприступны.
Его голос задрожал и сорвался на последнем слове, окончательно лишив всех уверенности. Пару недель назад никто не посмел бы и предположить, что Агрионт может пасть. Но никто и в самых страшных снах не видел, что Агрионт будет окружен легионами гуркских солдат. Нет сомнений, правила изменились. Зазвучал низ кий голос боевых горнов.
— Смотрите вниз, — прошептал один из приближенных.
Джезаль посмотрел в подзорную трубу. По улице двигалось нечто вроде огромной повозки, деревянный дом на колесах, покрытый пластинами из кованого металла. Гуркские солдаты даже на ходу продолжали грузить туда бочки под руководством двух человек в белых доспехах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
