— Взрывчатый порошок, — обреченно сказал кто-то.
Джезаль почувствовал, как рука Маровии легла на его руку.
— Ваше величество, будет лучше, если вы удалитесь.
— Мне угрожает опасность? Где же, по-вашему, я буду в безопасности?
— Маршал Вест скоро придет нам на помощь, я уверен. А сейчас самое безопасное место — это дворец. Я провожу вас. — Маровия печально улыбнулся. — Боюсь, в моем возрасте я ничем не могу быть полезен здесь, на стене.
Горст затянутой в кольчужную перчатку рукой указал на лестницу.
— Сюда.
— Сюда! — прорычал Глокта, хромая по залу так быстро, как только выдерживала его больная нога.
Коска легко шел позади.
Щелк, стук, боль.
Только один секретарь сидел перед кабинетом верховного судьи. Он неодобрительно посматривал сквозь поблескивающие очки.
«Остальные, конечно, натянули плохо подогнанные доспехи и отправились на стены. Или, что более вероятно, заперлись в подвалах. О, если бы я был с ними».
— Боюсь, его честь занят.
— Он примет меня, не беспокойтесь.
Глокта проковылял мимо, не останавливаясь, взялся за медную ручку кабинета Маровии и сразу же отдернул руку. Металл был ледяным.
«Дьявольски холодный».
Он повернул ручку кончиками пальцев и раскрыл заскрипевшую дверь. Дуновения белого пара витали в кабинете, как морозный туман над заснеженными долинами Инглии в середине зимы.
В комнате царил смертельный холод. Тяжелая деревянная мебель, старые дубовые панели, грязные оконные рамы — все поблескивало белым инеем. Кипы документов были покрыты им, как пухом. Бутылка вина на столе около двери лопнула, от нее остался кусок розового льда в форме бутылки и мерцающие осколки на полу.
— Что за черт? — Пар от дыхания Глокты поднимался у его искалеченных губ.
По «замороженной» комнате были разбросаны загадочные предметы. Длинная черная трубка, похожая на змею, примерзла к панелям, точно связка сосисок, забытая на снегу. На книгах, на столе, на смятом ковре лежали куски черного льда. Какие-то розовые лоскутья прилипли к потолку, длинные белые обломки примерзли к полу.
«Человеческие останки?»
Большая глыба замерзшей плоти, тоже заиндевевшая, лежала в центре стола. Глокта наклонил голову, чтобы получше рассмотреть ее. Был виден рот, в котором осталось несколько зубов, одно ухо, один глаз. Несколько прядей длинной бороды. Достаточно, чтобы Глокта узнал, части чьего тела разлетелись по замерзшей комнате.
«Чьи же еще, как не моей последней надежды, моего третьего поклонника — верховного судьи Маровии».
Коска кашлянул.
— Похоже, это что-то вроде опытов вашего друга Зильбера.
«Дьявольское преуменьшение».
Глокта почувствовал, что мышцы вокруг его левого глаза задергались с болезненным напряжением. Секретарь поспешно распахнул дверь за их спинами, взглянул внутрь, ахнул и отпрянул. Глокта слышал, как его вырвало.
— Сомневаюсь, что верховный судья сильно поможет нам.
— Это верно. Но не устареют ли ваши бумаги уже завтра, а тем более послезавтра? — Коска указал на окна, испачканные замерзшей кровью. — Гурки приближаются, помните? Если у вас есть долги, разбирайтесь с ними сейчас, пока наши кантийские друзья не порвали все счета в клочья. Когда планы рушатся, надо действовать быстро, наставник. — Он откинул голову, сорвал маску и бросил ее на пол. — Пора рассмеяться в лицо врагу! Рискнуть всем в финальном броске! Осколки соберете потом. Если ничего уже не склеить, какая разница? Завтра мы будем жить в другом мире.
«Или умрем в этом. Все не так, как мы хотели, но он прав. Не позаимствовать ли нам остаток удали у полковника Глокты, прежде чем игра закончится?»
— Надеюсь, я еще могу рассчитывать на вашу помощь?
Коска хлопнул его по плечу, и от этого удара болезненная дрожь пробежала по горбатой спине.
— Последнее благородное усилие, назло всем неприятностям? Конечно! Хотя должен заметить, что повышаю плату вдвое, когда задействованы дьявольские силы.
— А если втройне?
«В конце концов, у Валинта и Балка денег полно».
Коска улыбнулся еще шире.
— Звучит неплохо.
— А ваши люди? Они надежны?
— Они ждут своей доли. Пока они не получили ее, я могу любому из них доверить собственную жизнь.
— Хорошо. В таком случае мы готовы.
Глокта пошевелил больной ступней в сапоге.
«Еще чуть-чуть, моя беспалая красавица. Еще несколько дрожащих шагов, и мы отдохнем, так или иначе».
Он разжал пальцы и позволил признанию Гойла плавно упасть на заиндевевший пол.
— В Университет! Его преосвященство не любит, когда его заставляют ждать.
Открыть ящик
Логен чувствовал сомнения бойцов. По их лицам и по тому, как они держали оружие, он видел, что они недовольны, и не мог винить их. Человек будет вести себя мужественно на пороге собственного дома, выступая против очевидного врага. Но если тебя тащат по соленому морю в неизвестное место, о котором ты ничего не ведаешь, невольно будешь шарахаться от каждого дверного проема. А здесь их было великое множество.
Город белых башен, куда Логен пришел за первым из магов, когда-то поразил его размерами зданий, странными обычаями, невероятным количеством всего, что было в нем собрано. Теперь этот город превратился в груду черных развалин. Люди Логена крались по пустым улицам мимо остовов сгоревших домов, обугленные балки которых взмывали вверх, пронзая небо. Они проходили по пустым площадям, заваленным обломками и покрытым пеплом. И везде, как призрак, их преследовал шум боя — близко, совсем рядом, повсюду.
Как будто они пробирались сквозь ад.
— Как можно здесь воевать? — прошептал Ищейка.
Логен хотел бы знать ответ. Сражаться в лесу, в горах, в долинах — это одно, он делал это сотни раз и знал правила. А здесь? Его взгляд нервно скользил по зияющим проемам окон и дверей, по грудам обрушившихся камней. Слишком много мест, где может укрыться враг.
Логену оставалось одно — ориентироваться на Дом Делателя и надеяться на лучшее. Что будет, когда они доберутся туда, он не знал, но не сомневался, что без крови не обойдется. Похоже, ничего хорошего у них не выйдет, но он уже отдал приказ. А вождь не может менять свои решения.
Шум боя становился все громче. Запах дыма и гнева щекотал ему нос, пробираясь в горло. Шероховатый металл меча Делателя скользил во влажной от пота руке. Логен крался, пригнувшись к земле, по груде булыжника вдоль разрушенной стены. Руку он вытянул за спиной, жестом призывая идти осторожно. Он приблизился к самому краю и осмотрелся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
