- Ты торговался, ты испробовал, что только мог. Ты наслаждался этим и вышел из лавки с улыбкой на лице.
- Ты разрушил мне всю радость, - говорил этот человек. - Кто ты такой?
- Я никто, я только сижу и говорю новым покупателям, чтобы они спрашивали моего отца. Не имей дела ни с кем другим, иначе это ударит тебе по карману.
Мой дед очень сердился на меня и говорил:
- Кто ты такой? Ты что, агент отца?
- Я ничей не агент, - отвечал я. - Я просто вижу, что происходит, и что не должно происходить. Ты заставил отца уйти в дом, но забыл, что я остался сидеть снаружи.
Сердце испортит все, чего хочет общество: эксплуатацию, манипуляции, главенствование, послушание, зависимость, жертвы - этот список может занять много километров. Если сердцу позволить расти рука об руку с умом, ум не сможет совершать жестокости, убийства. Но даже религиозные лидеры не готовы к сердцу. Они говорят о любви, но все это разговоры, пустые разговоры. Они разрушили сам источник, из которого возникает любовь, а теперь говорят о любви и читают проповеди о любви.
В моем городке есть небольшая церковь, но там мало христиан. Я часто ходил в эту церковь, и священник очень удивлялся, потому что я был единственным нехристианином, который когда-либо в нее входил. Мы стали друзьями.
Я сказал ему:
- Ты столько говоришь о любви, но я вижу, что ты бьешь свою жену, я вижу, что ты постоянно ссоришься с соседями. Я даже видел, как ты ударил собаку, которая ничего тебе не сделала. Она шла своей дорогой, просто прошла мимо - не знаю, что на тебя нашло, и почему ты ее ударил. Странное христианство!
- Ты не знаешь эту собаку!
- Я знаю собаку, потому что тоже здесь живу. Она никогда никого не била. И если она тебя укусит, то будет совершенно права, потому что ты ударил ее без всякой причины.
- Ты не понимаешь. Эти бродячие собаки, - ...в Индии вы найдете их всюду, они ничьи, - ...если их не ударить или не лягнуть, они этим воспользуются. Они будут бежать следом, вилять хвостом, убеждать тебя. Прежде чем ты сам об этом узнаешь, они придут в твой дом, и естественно, они думают, что ты дашь им что-то поесть...
Они почти умирают с голоду, потому что в Индии их нельзя убивать. Муниципальный комитет, корпорации, не могут просто дать им яд и убить их. Если они ничьи, нельзя оставлять их на улице, но в Индии никого нельзя убивать. И он рационализирует свой удар.
Я сказал:
- Не думаю, что твоя рационализация правильна. На самом деле ты хотел ударить. Ты на что-то злился; бедная собака незаслуженно стала для этого объектом. Она ничего не сделала.
- Откуда ты это знаешь?- спросил он.
- Это просто. Собака шла своей дорогой - я наблюдал. Она ничего тебе не сделала, она даже не посмотрела на тебя. Это была индуистская собака, а ты христианский священник - она даже на тебя не гавкнула. Не было возможности никакого диалога. Ты ударил ее, а она голодает. Наверное, какой-то части тебя хотелось ударить, все равно кого. Тебе хотелось совершить насилие.
- Может быть, ты и прав, - сказал он. - Я был рассержен на моего мальчика, но не мог его ударить, потому что если его ударить, он на несколько дней исчезает из дома. Тогда у всех нас будут проблемы. Мы должны сообщить в полицию, и теперь даже полицейские злятся и говорят: «Во всем городе только ваш сын все время пропадает. Это не настолько большое место, и никто никого не похищает, да и ради чего похищать вашего сына? - вы бедный священник. Наверное, вы плохо с ним обращаетесь».
- Это правда, - сказал он. - Я хотел его ударить, потому что он разбил какую-то статую Иисуса Христа.
- Ты должен подумать о своем Иисусе Христе, - сказал я. - Я тебя слушал. Он говорит: «Люби своих врагов». Я думаю, он забыл сказать: «Если кто-то разобьет мою статую, люби его». Статуя разбилась, ничего страшного - у тебя не могло быть очень ценной статуи.
Человек злится на многие вещи. В жизни он постоянно в борьбе. Он не всегда добивается успеха, каждый не может добиться успеха - и он зол. Он приходит и выплескивает гнев на свою жену, на своих детей, а это люди, которых, он считает, что любит.
Даже религиозные лидеры не хотят, чтобы твое сердце было открыто к реальности, потому что это повлечет за собой великую трансформацию твоих действий, твоих мыслей, а они этого не хотят. Они хотят, чтобы ты был прикован к традиции, к старому. Что правильно и что неправильно, неважно; это респектабельно, потому что старо.
Сердце ничего не знает о прошлом, ничего не знает о будущем, оно знает только настоящее. У сердца нет концепции времени. Оно видит вещи ясно, и любовь - его естественное качество - не нужно никакого обучения. И в состав этой любви не входит ненависть.
Я говорил о любви, которая выходит за пределы любви и ненависти. Любовь, исходящая из ума, это всегда любовь-ненависть. Это не два слова, это одно слово - любвененависть - даже без разделения дефисом. А любовь, приходящая из твоего сердца, которая за пределами всех двойственностей...
Каждый ищет такой любви. Но каждый ищет умом, и отсюда несчастье. Каждый влюбленный переживает поражение, обман, предательство. Но никто не виноват; реальность в том, что ты используешь неправильный инструмент. Это как если бы кто-то пользовался глазами, чтобы слушать музыку, и приходил в ярость оттого, что музыки не слышно. Но глаза не предназначены для слушания, как и уши не предназначены для видения.
Ум - это очень деловой, расчетливый механизм, он не имеет ничего общего с любовью. Любовь создаст хаос и потревожит в нем все.
Сердце не имеет ничего общего с бизнесом - у него всегда праздник. Оно может любить, и любить, никогда не превращая любовь в ненависть, в нем нет ядов ненависти.
Каждый ее ищет, но неправильным инструментом, отсюда поражение в мире. И мало-помалу, видя, что любовь лишь приносит несчастье, люди стали закрытыми: «Любовь - это чепуха». Они отгородились от любви прочными преградами. Они упустят все радости жизни, они упустят все, что только есть ценного.
Просто перемени инструмент.
Есть одна песня у урду... есть песни, которые можно сыграть не на всяком инструменте. Для определенного рода музыки нужен определенный инструмент. Любовь - это музыка, и у тебя есть инструмент. Но поскольку сердце голодает, твоя жизнь остается несчастьем. И ты делаешь ее еще более несчастной, потому что продолжаешь совершать одну и ту же ошибку - на неправильном инструменте пытаясь сыграть музыку, для которого она не предназначена.
