себе дружка! Эй, любовничек, если не хочешь, чтобы тебя приласкали мои бойцы, быстро приведи сюда Николаса.
Блондин окинул гостя равнодушным взглядом, качнул ногой в дорогом ботинке и вернулся к созерцанию заката. Холеное лицо Этьена налилось кровью. Наглые щенки совсем страх потеряли! Он обернулся, чтобы отдать приказ своей охране, но позади него никого не оказалось. Вокруг было так тихо, что он слышал звон внутри собственной головы. Где же его телохранители?
Вместо них Этьен неожиданно увидел Себастьяна Лангвада. Как этому мутанту удалось выжить в самом захолустном секторе пространства? И кто это рядом с ним? Ах, да, его невеста, небесное создание, предмет зависти всего бомонда. Но что здесь делает Мортимерово отродье?
Де-Ар почувствовал странное беспокойство, потому что перестал ощущать свое тело, а через мгновение понял, что не может пошевелиться. Что это с ним? Кто-то использовал против него новое устройство? Нет, сомнительно… Ему были вживлены противоходы к воздействию всех известных парализаторов и оглушителей.
Думать становилось все труднее, словно его мысли пробивались сквозь толщу воды. Этьен вдруг забыл свое имя, и страх перерос в настоящую панику. Его мозг продолжал посылать команды, но тело их уже не воспринимало. Волны ужаса заливали изнутри черепную коробку, и эта буря в замкнутом пространстве грозила ему настоящим безумием.
Ник смотрел, как его отец впадает в прострацию, и пытался понять, что чувствует к нему сейчас. В душе ничто не отозвалось. Неподвижный Этьен с пустым взглядом водянистых глаз напоминал старую модель сервисного робота. Задолго до рождения Николаса был принят закон, запрещающий выпускать машины похожими на людей. Они сохранились только в Императорском музее, и Ник ездил туда, когда учился в Академии.
— Со временем он вспомнит, кем был раньше, но не скоро, будет уже слишком поздно, — Ксан поднялся с кушетки и размял затекшие плечи. — Ты сохранил ему жизнь, брат, и он сумеет за нее побороться, ведь все его навыки остались при нем, я стер только память. В любом случае это больше, чем он заслуживает.
Ник благодарно кивнул. Он никак не мог привыкнуть к тому, что Ксан часто отвечает на вопросы, которые его собеседник еще не успел задать. От волшебников невозможно было что-то утаить, и Ник даже не пытался это делать. Он всю жизнь был эмоционально зажат, засекречен на всех уровнях восприятия, а теперь внезапно получил свободу выражения чувств и желаний. Доверие пока давалось ему с трудом, но работы он никогда не боялся.
— Приехал твой друг, — Анна осторожно коснулась его щеки, и Ник стряхнул с себя непроизвольное оцепенение.
В комнату вошел легкий на ногу, элегантно одетый Рауль Данфи и почтительно замер при виде ослепительной красавицы, которая взорвала своим появлением столичное общество.
— Ma cherie, позволь тебе представить Рауля Данфи, Главного императорского карцерибуса, который любезно согласился нам помочь. Рауль, это Анна Корвел-Хартли, моя жена.
— Мадам, — Данфи благоговейно коснулся губами протянутой ему руки, — слух о вашей небесной красоте дошел даже до тюремного ведомства.
Женой Николаса Холдера стала невеста Лангвада?! Сказать, что карцерибус был удивлен выбором адвоката, значило не сказать ничего. Но на этом сюрпризы не закончились.
— Это Александр Корвел, брат Анны, а с моим кузеном Себастьяном вы уже знакомы.
Данфи понадобилось несколько секунд, чтобы осмыслить новую диспозицию.
— Я и не подозревал, что вы родственники.
— Я, признаться, тоже, — Лангвад вовсе не выглядел счастливым, но тепло пожал руку гостю. — Удачи вам.
Раулю пришлось на время отложить увлекательное исследование семейных коллизий и сосредоточиться на предстоящем деле. Он повернулся к окну, где на кушетке тихо и безучастно сидел один из самых опасных персонажей в высшем обществе Абсалона. Этьен Де-Ар всегда вызывал у Данфи стойкую неприязнь. Карцерибус терпеть не мог его вызывающие манеры, безвкусную кричащую одежду и вечное презрение в мутном взгляде. Как и все, он знал, что по Де-Ару давно плачет тюрьма, но возможность засадить негодяя за решетку представилась ему только сейчас. К тому же абсолютно незаконная.
Внезапно Де-Ар, словно по команде, поднялся с кушетки, Анна, ее брат и Ник подошли и встали к нему вплотную, а после секундного колебания свое место в круге занял Данфи.
— И что теперь? Имейте в виду, путь до пересылочного пункта нам предстоит неблизкий.
— Прошу вас, Рауль, закройте глаза и подумайте о том месте, в которое нам необходимо попасть, представьте его себе.
Данфи с сомнением посмотрел на Николаса, но спорить не стал. Он послушно закрыл глаза, сосредоточился и стал ждать, что будет дальше. Абсолютно ничего не произошло, только откуда-то вдруг пахнуло холодом. Рауль открыл глаза и остолбенел. Они стояли на небольшом металлическом возвышении в самом центре пересылочного карцера. Просторное помещение было заставлено капсулами гибернаторов, в которых крепким сном спали арестанты в ожидании отправки на планету Кера. Ближайший транспортник должен был забрать их утром.
Как только первый шок прошел, Данфи отметил самый тревожный момент.
— Это помещение просматривается и контролируется круглосуточно, так что нам не удастся уйти незамеченными. Но я выясню, кто сегодня дежурит в центре наблюдения, и приложу все усилия…
— Не беспокойтесь, мессир Данфи, нас никто не увидит, — Ксан спустился по крутому трапу и пошел вдоль бесконечного ряда одинаковых серых модулей. — Как их много…
— Отправка осуществляется примерно раз в полгода, поэтому заключенных закладывают в гибернаторы за несколько декад до погрузки на корабль.
Данфи машинально давал пояснения, а сам все никак не мог поверить, что в одно мгновение переместился на искусственный спутник Абсалона. Ведь они сейчас находились в космосе на околопланетной орбите! Его вдруг замутило, сердце заколотилось в груди. В ангаре было довольно холодно, но Главный смотритель Императорских тюрем мгновенно вспотел.
Их задачей было подобрать заключенного, как можно больше похожего на Де-Ара, поэтому все спустились с возвышения и рассредоточились по залу с гибернаторами. Подходящий типаж нашелся довольно быстро. Молодая жена Николаса
