чашку, и когда хозяин, обеспокоенный, подбежал, проговорил, что странный странник вроде бы оставил мешок с серебром у ворот. Пока все суетились, архивариус попросил у трактирщика охапку соломы “для уюта” и, спрятавшись в перегородке, бросил в окно факел. Для ложной тревоги. Пока мужики выбегали, он тихо покинул помещение через потайной проём, имеющийся у хитрых хозяев. Вдавленный звук тяжелой двери… Топот многочисленных сапог… И уже за пределами двора он услышал возню за стеной. На то самое место, где он ранее сидел, пришли двое мужчин в масках, с обнажёнными клинками, и забрали пустой кубок, проверяя, нет ли следов яда. Им было важно, что тарелка оказалась пустой. Им не важно было то, кем был он. Важно было именно то, что они ошиблись.
Но их ошибка не была его окончательной победой. Уже двигаясь по дороге в темноте ночи, он увидел отблеск факела. Потом были пятна крови на листьях… Следы маленьких когтей… И звук… Скрежет стали. Один из преследователей, видимо, прошёл по следу, но не смог за ним уследить в узких зарослях. После этого он понял окончательно, что нападающие действовали слишком уж слаженно. Их руна на клинках светилась тускло-зелёным – не природной ржавчиной, а магической печатью, связанной с древней сектой. Которая уже давно считалась исчезнувшей. Значит, их цель не просто хоть кого-то убрать… Основная их цель, по крайней мере, именно на данный момент – стереть свидетеля, который узнал то, про что не полагалось знать никому.
Всю дорогу дальше он чувствовал, что находит следы преследователей. Случайные сигналы на стволах деревьев… Недавно сдвинутые камни у ручьёв… Мягкая впадина от колёсной тележки, где ещё утром никого не было… Он ускорял шаг своей лошади. Превращал каждую остановку в тщательный осмотр территории. На ночь прятал свитки в стволе старой сакуры… Потом вынимал… В следующий раз зарывал в мягкую землю… Снова доставал… Рана на плече ныла, но он пил из фляги отвары, которые ранее дал ему старейшина семьи Ло – не излечивая, а притупляя боль, чтобы не тормозить своё передвижение.
Наконец, когда через два достаточно тяжёлых и изнурительных дня он увидел очертания высоких крепостных стен и башен старой столицы Империи. А за ними череду крыш, силуэты сторожевых башен и дымок от кухонь. В этот момент его сердце почти остановилось… От чувства облегчения. Но было и другое чувство. Ведь он уже знал о том, что те, кто посылал в него стрелы и кто подсовывал бокалы с странными напитками, точно не отступят. Они будут дожидаться его у ворот. И не только у городских. Понимание этого заразило его новым страхом. Но он всё же оказался быстрее страха.
У ворот городской резиденции семьи Ло он едва удержался в седле. Потом сполз на землю и, чуть отдышавшись, крепко держа в руках свитки, вышел к стражникам. Они узнали печать и, не спрашивая, повели его в комнату совещаний. Письма, записи, древние обрывки – он кое-как передал всё, что вынес. Его голос дрожал от усталости, ладони оставляли на свитках следы крови и грязи. Он говорил быстро, сбивчиво, но понятно… О рунах… О видениях… Обо всех подозрительных печатях, что обнаружил… И о знаках секты Песни Пустоты.
Едва он закончил, его измученное тело не выдержало. Он опёрся на стол и на мгновение потерял сознание. За ним остался запах горелой восковой печати и тёмный след когтя на той самой двери. Тот старейшина, кто принимал донесение, молча переглянулся с сидевшим рядом помощником. Теперь возникшую угрозу нельзя было отрицать. А он, пришедший с тенями за плечом и с кровью на рукаве, понимал одно. Он выжил, но цена этого знания была высока. И опасность, которая шла по его следам, теперь знала, что сведения дошли до людей, способных действовать…
Кровь и Узы
Хваджон Ёнсан сидел в высоком зале резиденции, за массивным столом из красного дерева, вырезанным ещё во времена расцвета их рода. Сквозь открытые створки окон врывался тихий ветер, шевеливший длинные кисти занавесей из шёлка, на которых бледными нитями были вышиты сцены древних побед клана Хваджон. Но взгляд главы семьи был устремлён не на прошлое – а на будущее, которое, как он понимал, зависело от одного молодого человека. Анд Рей. Или… Просто Андрей… странное имя… Как и его хозяин. Чужак, внезапно взлетевший до силы, способной соперничать с лучшими, а то даже и легендарными мастерами Поднебесной. Обрёл Небесного дракона. Прорвался на уровень Доу Цзун. Сумел пережить то, что губило бы даже старейшин Великих сект. Такие фигуры в истории встречались редко, и каждая из них вела за собой целую эпоху.
“Покровительство… Всего лишь слово. Сегодня оно значит силу, завтра – пустой звук. Чужая кровь никогда не потечёт в жилах наших детей, если мы не возьмём её сами.” – медленно размышлял Ёнсан, слегка касаясь пальцами чаши с тёмным чаем, но так и не пригубив этот ароматный напиток.
Он уже знал о том, что мастер Соль Хва и её род по-своему претендуют на Андрея. Проявляя к нему своё покровительство, и даже какую-то благодарность. Да. Это было не так уж и плохо. Но в этом он видел и определённую опасность. Так как в последнее время проявилось слишком много сторон, желающих подчинить себе этого весьма интересного юношу. И вот теперь – княгиня из рода Ло. Красиво, почётно, политически выгодно для Андрея, да и для самого рода Ло… Но… Не для семьи Хваджон.
“Если он женится на ней, то станет союзником рода Ло, а мы… Останемся лишь одной из сторон, когда-то оказавших ему услугу. Формальность. И всё. А формальности в этом мире стоят меньше капли крови.”
Но и перейти дорогу княжеской семье они так просто не могли. Хотя… Думая об этом глава семьи Хваджон вспомнил о том, что в этом мире многожёнство воспринималось как естественная вещь, особенно среди высокородных семей и сильных культиваторов. Сила и наследие передавались не только через обучение, но и через кровь. И Ёнсан знал, что если Андрей возьмёт в жёны женщину из семьи Хваджон, его дети будут носить фамилию, которая останется в хрониках. Даже если такая супруга будет номинально младшей женой. Ведь по своему влиянию молодая княгиня семьи Ло всё равно будет стоять выше неё.
В голове главы клана быстро выстраивались самые разные варианты. Женитьба – самое прямое и надёжное решение. Но кто именно может стать подобной фигурой в игре?
– Старшая дочь? Слишком горда,
