— Уходи от него, Луиза! Беги!
Она вырвалась из рук карлика и, пошатываясь, побрела к столу в центре норы, вытирая с губ кровь Атропоса… Но лицо ее по-прежнему пылало гневом.
Атропос, барахтаясь в розовом шелке, метнулся за ней. Но Ральф перехватил его и оттолкнул к арке:
— Не получится, дружок!
Отпусти меня! Отпусти сейчас же, ублюдок! Ты этого не сделаешь! Самое странное, что он действительно верит в это, подумал Ральф.
«Ему так долго никто не мешал, что он абсолютно забыл, на что способны Шот-таймеры. Но я это исправлю».
Ральф вспомнил, как Атропос перерезал «веревочку» Розали после того, как собака покорно лизнула его руку, и ненависть к этому хитрому, злобному, безумному чудовищу взорвалась в нем наподобие перезревшего шампиньона. Он ухватился за край нижней юбки Луизы и дважды обмотал ее вокруг кулака, натягивая материю так плотно, что под ней розовой посмертной маской проступили черты Атропоса.
Затем, когда острие скальпеля принялось разрезать материю, Ральф раскрутил Атропоса, словно древний воин пращу, бросая камень, и вышвырнул его в дверной проем. Упади Атропос, он пострадал бы не так сильно, но он не просто упал; он с грохотом ударился о камень, лежавший перед порогом, вскрикнул от боли и опустился на колени. На розовом шелке стали распускаться кровавые цветы. Скальпель исчез в прорези. Ральф ринулся вслед за Атропосом, когда скальпель появился вновь, расширяя прорезь, сквозь которую виднелось искаженное лицо создания. Из носа Атропоса хлестала кровь, лоб и виски также были обагрены кровью.
Прекрати! Предупреждаю тебя. Смертный! Ты пожалеешь, что вообще появился на этот… Проигнорировав угрозу, Ральф со всей силой швырнул Атропоса вперед.
Руки карлика по-прежнему были запутаны в нижней юбке, и он проехал по полу лицом. Крик боли и удивления вырвался из груди Атропоса. Удивительно, но где-то глубоко в мозгу Ральф услышал нашептывания Луизы, убеждавшей, что достаточно — вполне достаточно. Она просила не убивать этого психа, не причинять боли созданию, только что пытавшемуся покончить с ним. Атропос хотел перевернуться на спину, но Ральф ударил его еще раз и прижал коленом к полу.
— Не двигайся, дружок! Мне больше нравится, когда ты лежишь спокойно!
Ральф взглянул на Луизу и заметил, что ярость ее ушла так же внезапно, как и пришла, — словно каприз погоды. Например, торнадо, обрушившийся посреди ясного неба, сорвавший крышу с сарая, а затем вновь исчезнувший.
Луиза указывала на Атропоса:
— У него мои серьги, Ральф. Этот вор носит мои серьги.
— Я знаю. Видел.
Ухмыляющееся лицо Атропоса показалось в разрезе шелка, являя собой обличье самого уродливого младенца в момент появления на свет. Ральф ощущал, как поя его коленом дрожат напряженные мышцы спины отвратительного чудовища, и вспомнил пословицу: «Поймавший тигра за хвост не дерзнет отпустить его». Именно теперь, в подземном логове, ощущая себя персонажем сказки, придуманной безумцем, Ральф постиг некий высший смысл этой пословицы. Внезапная ярость Луизы и случайное неведение Атропоса позволили Ральфу хотя бы временно одержать верх. Вопрос, не терпящий отлагательства, заключался в следующем: что делать дальше?
Рука, сжимающая скальпель, сделала взмах, но удар оказался слабым и ненаправленным. Ральф с легкостью увернулся. Всхлипывая и изрыгая проклятия, но явно не испытывая страха, Атропос вновь набросился на него: Дай мне только встать, старый ублюдок! Глупый седой Шоттаймер!
Морщинистый урод!
— В последнее время я выгляжу намного лучше, дружище! Разве ты не заметил?
Глупец! Безумный Шот-таймер! Ты еще пожалеешь! Раскаешься!
«Ну что ж, — подумал Ральф. — По крайней мере, он не просит. Я ожидал, что теперь он будет умолять меня».
Атропос продолжал орудовать скальпелем. Ральф без особого труда нанес пару-другую слабых ударов, затем одной рукой схватил за горло распростертого на полу уродца. — Ральф! Нет! Не надо! Он покачал головой, не понимая, что выражает его жест: раздражение, уверенность или то и другое вместе. Прикоснувшись к Атропосу, Ральф почувствовал, что тот весь дрожит. Лысоголовый хрипло вскрикнул, но Ральф не убрал руку, пытаясь сжать горло противника и не удивляясь тому, что не может этого сделать. И тем не менее, разве не говорил Лахесис, что только Шот-таймер может противостоять воле Атропоса? Но каким образом?
Атропос гнусно захихикал.
— Пожалуйста, Ральф! Не убивай его! Давай заберем мои серьги и уйдем!
Атропос скосил глаза на Луизу, затем обратился к Ральфу Робертсу:
Неужели ты считаешь, что можешь убить меня. Смертный?
Подумай хорошенько.
Ральф так не считал, но он хотел убедиться наверняка.
Жизнь коварная штука, Смертный. Почему бы тебе не отдать мне кольцо?
Все равно рано или поздно я заберу его.
— Да пошел ты… Дешевая перепалка. Но главный вопрос так и остался без ответа. Как же он должен поступить с этим чудовищем?
"Что бы там ни было.
Но ты не можешь действовать, пока за твоей спиной стоит Луиза, — посоветовал голос, не совсем похожий на шепот Кэролайн. — Она была великолепна в своей ярости, но теперь ярость прошла. Луиза слишком мягкосердечна для последующих событий, Ральф. Тебе необходимо выпроводить ее отсюда".
Ральф повернулся к Луизе. Глаза женщины были полузакрыты, она в любой момент могла опереться на стену и так заснуть.
— Луиза, я хочу, чтобы ты ушла отсюда. Немедленно. Поднимись наверх и подожди меня под де… Мелькнул скальпель, и Атропос чуть не срезал Ральфу кончик носа.
Ральф отшатнулся, его колено заскользило по шелку. Атропос, сделав мощный рывок, освободился, но в последний момент Ральфу удалось ударить карлика по голове ребром ладони и вновь прижать коленом к полу.
О-о-о! О-о-о! Прекрати! Ты же убьешь меня!
Ральф, не обращая внимания на стоны Атропоса, взглянул на Луизу: — Уходи, Луиза! Я тоже скоро поднимусь!
— Вряд ли без посторонней помощи я смогу преодолеть лестницу! Я так слаба.
— Сможешь. Ты обязана подняться, и ты это сделаешь.
Атропос, прижатый к полу коленом Ральфа, вновь пошевелился. Но для освобождения этого было явно недостаточно. Время мчалось с бешеной скоростью, в данный момент настоящим врагом являлось время, а не Эд Дипно. — Мои серьги…
— Обещаю, я принесу их с собой, Луиза.
Сделав над собой огромное усилие, Луиза выпрямилась и внимательно посмотрела на Ральфа:
— Не надо убивать его, Ральф, даже если ты и должен. Это не по-христиански.
«Совсем не по-христиански, — согласилось маленькое дурашливое создание в его голове. — Не по-христиански, но тем не менее… Я не хочу терять преимущества и ждать».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
