Ольга ушла через три часа. Все вещи собрать так и не удалось — все не влезло в два огромных дорожных чемодана. Потом она все равно вернется. Наверняка будет делать вид, что ничего этого не было. Только он вид делать больше не будет.
Серый лежал на кровати со спазмами в желудке, с носками во рту, источая аромат благородного коньяка невиданного долголетия, и ему было наплевать. Странно: от тебя вроде бы уходит любимая женщина, а тебе все равно. Или правильней было бы сказать — уходит вроде бы любимая женщина? Впрочем, какая разница.
Все вокруг стало вроде бы — любимая женщина, интересная работа, верные друзья. Мир планомерно скатывался к красочно-пластиковому состоянию. До одури красивая девчонка, а пощупаешь — пластик. Дорогой, качественный. Максимум — силикон.
Все время кривишь душой — то не так, это не эдак. А уровень жизни растет, попробуй спрыгнуть на ступеньку ниже. Нет-нет да и захочется бросить все и сигануть не то что на ступеньку… к самому подножью. Туда, где были веселые вечеринки. Сашка с неизменным «дошираком» по утрам после них. И работа. Тогда они считали это работой. Опасной, престижной и прибыльной. Но это все ерунда. Главное — в этом был драйв. Да они жили только ради этого!
Старенький, с торчащим вперед стеклянным пузом кинескопа монитор гудел от натуги и страшно грел воздух. На экране множились черные прямоугольники, в каждом бежали тысячи значков. Сашка жадно всматривался в убегающие вверх столбцы, то и дело протирая заляпанные жирными пальцами очки. Он все время мычал что-то вроде «угу-угу» и повторял «давай, давай, еще можно».
Серый давал. Изо всех сил. На втором компьютере тут же, за соседним столом. Черви, вирусы, трояны — все шло в ход. Они проводили короткие, но точные удары по мелким, особо ничем не примечательным хостам. Просто из интереса. Были и продолжительные многоходовые комбинации. Во втором случае главным было не увлечься. Везде работали профессионалы, и нужно было вовремя уносить ноги. Именно за этим следил Сашка. Так сказать, стоял на стреме.
Но были и сверхсложные задачи. Как сейчас. Этот хак они раскручивали несколько месяцев. Отправляли десятки писем с разнообразными мифическими запросами, якобы официальными; заваливали сервер спамом; имитировали неумелые атаки.
Время шло, сотни внедряемых троянских коней уничтожались высококлассными программистами. Но один все-таки пробрался.
Зачем они полезли на сервер госбезопасности, он не знал. Были какие-то мечты о продаже глубоко секретных данных за реально большие бабки. Только кому они их собирались продавать? Под дверью прямо очередь выстроилась. Нет, не было никакой конкретной цели. Просто дурачество, желание почувствовать себя всемогущим.
Понимание идиотизма этой затеи возникло в голове в тот момент, когда Сашка заорал дурным голосом «Они нас накололи!» и зачем-то свалил монитор на пол. Полетели стеклянные брызги разбитого кинескопа. Только подняв свезенное о жесткий палас лицо, Серый понял, что дисплей сбросил не Сашка, а комната быстро наполняется людьми в черных масках. Их было так много, будто они ожидали встретить роту бойцов Аль-Каиды, а не двух студентов.
Когда спецназовцам стало некуда наступать, вдруг стало тихо, и, резко хрустя рассыпанными осколками, в комнату вошел человек, одетый в аккуратный костюм-тройку. Человек мистическим образом просочился сквозь плотный строй бойцов.
В тот момент, когда носки черных начищенных туфель замерли перед Серёгиным носом и человек в тройке широко улыбнулся, в голове стучало только одно слово: «Попали».
Сервер не хотел сдаваться. То и дело выпрыгивали новые преграды, пароли-логины, коды и скрытые страницы. Что внутри — сие Сереге не ведомо. Не его ума это дело. Содержимым другие люди заниматься будут. В костюмах.
Скукота. Ломаешь непонятно что неизвестно зачем. И все — в команде. Обрыдло.
Непонятно, что здесь. Вроде бы заходи и бери. Ан нет. То ли кодировка какая хитрая, то ли не туда заходится. Хотя никто не торопит.
Авралы бывают, но редко. Так, рутина одна. Ломают, выдергивают куски, отдают спецам. Те склеивают куски обратно. Серый давно понял, что люди, которые читали целые версии, давно пересчитаны по пальцам одной руки.
Ладно, пусть борются. Серый вынул трояна, красиво упаковал и отправил по адресу. Вероятность, что трояна выкинут мгновенно, приближалась к ста процентам. Ну и пусть. Вода точит камень не силой, а частотой падения. Что-нибудь да пропустят. Устают и ошибаются даже суперспецы. Правда, были сомнения насчет этих, в костюмах.
Сергей пролистал папки на жестком диске, нырнул в одну с замысловатым названием. В ней пусто. На первый взгляд. Во второй через специальную лупу (энкриптор с генерацией ключа любого порядка) видна аккуратненькая папочка. «Моя», — гласит надпись под ней.
Внутри всего один файлик. Небольшой. По экрану побежали столбцы букв и цифр — запись в шестнадцатеричной системе. Машинные коды. В последнее время Серый находил удовольствие в общении с компьютером на его родном языке. Без посредничества компиляторов и ассемблеров.
Пальцы быстро двигались от клавиши к клавише, оставляя на экране строки непонятных символов. Полгода назад, когда Сергею только пришла в голову эта идея, приходилось подолгу сидеть над таблицами, отмечать переходы и ответвления программы. Он часто путался, возвращался назад. Приходилось переписывать целые куски. Но это раньше. Сейчас, стоило прочесть пару строчек, написать новую, и он, казалось, больше не понимал никакого другого языка, кроме языка цифр. Коды рождались из небытия, складываясь в новую, не известную никому структуру. Эта структура была идеальной. Так должно было быть, так он задумал. И, раз за разом перечитывая коды, Серый понимал, что это ему удается.
Дело шло легко и споро. Отсюда программа вернется назад, попробует другой ход, если сочтет нужным… вот этими четырьмя строками и сочтет, — вернется назад.
Серый пробежал глазами по ровным строкам и понял: осталось совсем немного. Он еще раз перечитал коды, но не нашел ни одного изъяна. Идеальное решение.
Сергей улыбнулся, и его пальцы снова забегали по клавишам.
Его не били. Только, что называется, оказывали психологическое давление. Спроси как — а черт его знает. Все-таки спецы. Но давление чувствовалось.
Дня через три (может, и не через три — окон и часов не было, так что время шло как-то само собой) пришел этот, в тройке. Принес навороченный ноутбук. Дал в руки. Сказал только одно слово: «Пробуй». Потом сел на стул напротив Серегиной кровати и молча уставился на хакера. С гаденькой такой улыбочкой. Ясно было, что знает он все наперед, что предвидит каждый Серегин шаг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
