не по уголовке, то хотя бы в штрафах за превышение скорости.
Аллен и Шмик стали думать, что делать дальше. Машина была где-то рядом – по крайней мере, еще несколько дней назад. Они разослали ориентировку по всему штату.
Через несколько часов один гражданин выехал из дома на серебристо-сером хэтчбеке – и тут же оказался в кольце полицейских машин.
Он вышел с поднятыми руками и потребовал объяснить, почему его остановили за «Фиесту».
73
Среди множества исков на многомиллионные суммы, которые я в итоге подам, будет и иск против «Споксмен-ревью» – за нелепое обвинение в том, что в прошлом году я якобы писал им письма с угрозами убийством…
Разумеется, я этого не делал.
Фред Коу, 7 февраля 1982 года
В субботу после изнасилования Джини Мейс в редакцию «Споксмен-ревью» пришло письмо, написанное от руки печатными буквами – смесью прописных и строчных:
ПРОКЛЯТЫЕ И БЛАГОСЛОВЕННЫЕ.
МАМАША ВАШИНГТОН
ВСТАВЛЯЕТ ВИЛЫ
между ног своих
новорожденных мальчиков,
А СВОИМ ДЕВОЧКАМ
ОНА ИГРАЕТ НА АРФЕ.
ПОТОМ ОНА НАЗЫВАЕТ ИХ —
ДЬЯВОЛЫ И АНГЕЛЫ.
И ОТНОСИТСЯ так же
на протяжении всей ИХ жизни.
С уважением,
НАСИЛЬНИК ИЗ САУТ-ХИЛЛЗ
Редактор городского отдела газеты «Споксмен-ревью» Роберт Роуз вспомнил телефонный звонок, полученный двумя днями ранее. Мужчина, назвавшийся насильником из Саут-Хилл, спросил:
– Вы получили мое письмо?
Роуз решил, что это самозванец: все знали, что район называется Саут-Хилл, а не Саут-Хиллз. Но впереди были скучные праздничные выходные, и он все же поставил материал на первую полосу под заголовком: «Автор письма утверждает, что он насильник из “Хиллз”».
Рядом со статьей напечатали фотографию письма, в которой слово «Вашингтон» было намеренно закрашено. В конце заметки сообщалось, что только за январь в Спокане были изнасилованы двадцать женщин, и приводилось недавнее высказывание капитана Олбердинга о том, что местная проблема изнасилований «преувеличена», а вызванные ею «тревога и паника» раздуты сверх меры.
На следующий день «Споксмен-ревью» опубликовала на первой полосе обращение к насильнику с предложением сдаться и доказать, что письмо действительно его, – назвать закрашенное слово.
Ответ пришел через неделю.
Сначала неизвестный позвонил анонимному посреднику. Голос у него был низкий, слегка хрипловатый. Представившись насильником из Саут-Хилл, он сказал, что редактор городского отдела Роуз, начальник полиции Спокана Роберт Пантер и он сам однажды вместе лягут в могилу.
– Мы уйдем все вместе.
Говорил он спокойно, без грубости, но явно был раздражен тем, что его не воспринимают всерьез.
– Сделайте мне одолжение, – сказал он посреднику. – Передайте редактору «Споксмен-ревью» сообщение. Скажите ему, что я выставляю ему счет за гробы.
Позже человек с похожим голосом позвонил на кладбище «Вудлэнд» и зарезервировал участки по тридцать пять долларов для редактора городского отдела, начальника полиции и насильника из Саут-Хилл. Затем он заказал гробы.
И каждый раз называл то самое слово, закрашенное в опубликованном письме.
О том, что угрозы убийством были реальны, в полицейском управлении узнали уже в пятницу. Но Боба Роуза не уведомляли об этом еще три дня.
Когда начальника полиции Пантера спросили, почему редактора не предупредили сразу, он ответил:
– А его это задело?
74
К середине февраля по управлению пополз слух, что спецотряд вот-вот расформируют. Один из его сотрудников позвонил другому и спросил, в чем дело.
– В верхах говорят, что мы ничего не разрабатываем. В линейных отделах копятся наводки, и они решили, что мы бездельничаем.
– Восемьдесят – девяносто часов в неделю? Они ждали мгновенного результата? После двух лет изнасилований?
– Видимо. Стив Кристиан позвонил начальству и поднял шум. Его там любят примерно так же, как дерьмо в чаше для пунша.
– Загадка, почему.
* * *
К понедельнику, 23 февраля, через восемнадцать дней после того, как садовник Уильямс впервые заметил серебристо-серую машину, большинство владельцев «Сайтейшн», чьи имена дали дилеры «Шевроле», уже были исключены из числа подозреваемых. Спецотряд осмотрел каждую машину по адресу владельца. Ни у одной из стоявших на месте машин не оказалось желтых номеров.
Детектив Рой Аллен сосредоточился на коротком списке, полученном от «Бьюкенен Шевроле». По рации передали, что одну из машин из этого списка только что заметили на подъездной дорожке владельца – номера у нее были обычные, зеленые на белом. Тогда Аллен назвал предпоследнее имя в перечне: лизингополучатель «Сайтейшн» по имени Гордон Х. Коу, проживавший в СпоканВэлли.
Пока он ждал результатов проверки, прогнал имя через компьютер. Вышел старый адрес: Седьмая и Мейпл.
Если у серии изнасилований в нижнем Саут-Хилл и был эпицентр, то это были именно Седьмая и Мейпл.
Правда, быстрая проверка тут же показала, что Гордону Коу шестьдесят четыре.
И все же имя зацепило Аллена. Гордон Х. Коу. Оно показалось ему знакомым. Он задумался: а вдруг у этого человека есть сын, который иногда ездит на его машине? Версия была слабая, но в таком деле нельзя было отбрасывать ничего.
На следующий день, во вторник, 24 февраля, он спросил о Коу у коллег. Никто ничего не вспомнил. Тогда, скорее по наитию, он отправился в бюро по делам несовершеннолетних и поднял старые карточки.
Там он и нашел Фредерика Харлана Коу.
С подросткового возраста тот не раз попадал в поле зрения полиции: сначала упоминался в истории с порчей имущества в бассейне, затем – в деле о половом сношении, потом – в возможном нападении, а в 1971 году был опознан по делу о непристойном поведении и преступном вторжении первой степени.
У Аллена снова шевельнулась надежда – и тут же осела.
Возраст по-прежнему не сходился.
С датой рождения 2 февраля 1947 года Фредерику Харлану Коу было тридцать четыре, а большинство потерпевших описывали нападавшего как гораздо более молодого – «лет восемнадцать-двадцать», по крайней мере на первый взгляд. Жертвы изнасилования печально известны тем, как неточно они описывают преступников – отчасти поэтому такие дела так трудно доводить до обвинения, – но даже при большом желании мужчина за тридцать не превращался в едва вышедшего из подросткового возраста юнца.
Аллен обсудил находку с детективом-сержантом Гэри Джонсоном. По легенде споканского управления, этот крепкий сержант знал архив чуть ли не наизусть. Джонсон сказал, что уже видел фамилию Коу в каких-то рапортах и удивился, узнав, что проверяют именно Гордона Коу.
– Ты знал, что он редактор «Кроникл»? – спросил он.
– Нет, – ответил Аллен.
– Он ведет программу «Тайный свидетель», местный, родился здесь. Его имя пару раз всплывало у меня на столе – то
