Стабальт изрядно промерзла.
Зябкий холодок полз вдоль позвоночника, потели ладони. Встречу с Хеледд один на один она пережила бы спокойнее, но та устроила ей публичный допрос с охраной из двадцати отборных вооруженных гвардейцев, и Стабальт понимала, что любое слово может ей стоить слишком дорого. Здесь ведь никого нет, кроме неё.
— То есть ты хочешь сказать, — вкрадчиво говорила королева, — твой дядя лжет? Нам он показался весьма убедительным…
— Я говорю, что он преследует свои цели, — отозвалась Альфстанна настойчиво. — И прежде чем вестись у него в поводу, подумайте, госпожа.
— Ваше величество, — поправила Хеледд тяжелым тоном.
— Ваше величество, — сцепив зубы, согласилась Альфстанна, понимая, что сейчас спорить о титуле Хеледд — последнее дело. — Задумайтесь, что он выиграет, обвинив меня. Вы правите уже почти шесть лет и быстро поймете, — Альфстанна набрала в грудь смелости вместе с вдохом, — что Лаудан…
— Что Лаудан прав? Иначе как объяснить, что ты здесь? — Хеледд немного наклонилась вперед, и белый солнечный зайчик скользнул по гладким черным волосам.
— Ваше величество? — переспросила Альфстанна, стараясь, чтобы не дрожал голос: Хеледд определенно что-то знала, и то, насколько много она знала, было для Альфстанны загадкой.
— Игра на опережение, Стабальт. Она очевидна — примчаться сюда и обвинять Лаудана, пока он, вслед за гонцом, не привез неопровержимые доказательства вашего заговора, — королева понизила голос, — и измены короне.
Ждет, что она назовет всех соучастников, безошибочно определила Стабальт.
— Нашего? — прикинулась Альфстанна, по-светски поведя головой. Хеледд тихонько засмеялась, и в груди у Альфстанны упало: такую простой дурочкой не проведешь.
— Вашего, Стабальт, — расслабляясь, кивнула Хеледд с таким видом, будто только что узнала все, что хотела.
Отступать некуда. Надо доигрывать, поняла Альфстанна. И ей оставалось надеяться, что Хеледд поверит в её сообразительность.
— Нашего — то есть, августского? — Она отвела взгляд, усмехнувшись. — Ваше величество, — глотая злобу, выдавила Альфстанна, — подумайте уже головой! — На лице Хеледд от этих слов дернулся глаз, у Альфстанны вдоль позвоночника звякнул какой-то перетянутый нерв. — Со стороны Лаудана очень удобно обвинить в заговоре меня, Таламрина, Вектимара, Диенара, и еще всех стратиев с нами заодно! Это он вам наплел?
Хеледд, прикрыв глаза, плотнее прижалась к высокой тяжелой спинке трона.
— Ну, положим, я не такая дура, чтобы верить на слово такому обвинению, — с неопределимой интонацией проговорила женщина. Альфстанна почувствовала, как живот, напрягаясь, практически прилип к позвонку: она совсем не понимала, чего сейчас ждать от королевы и гвардейцев. — Таламрин, если Эйнсел, не стал бы ввязываться с интригами вокруг короны, а если Ллейд — то просто бы не рискнул. Однако, если ему все-таки хватило ума, так стоит только написать Эйнселу, и Ллейд останется без рук и ног. Вектимар… тоже не дернется. Диенар прямой, как палка, и, хотя его тошнит, когда он видит меня на троне, с тобой, Стабальт, он бы тоже не спелся: Диенар одинаково ценит всех женщин не выше пуговицы. А вот ты… — Хеледд недобро усмехнулась, — ты…
— А я отказываюсь выйти замуж за какого-то прыщавого подростка младше меня, который приходится дяде двоюродным братом по отцовской линии! Как вы думаете, зачем Лаудану этот брак? Чтобы быстро прибрать к рукам жизнь моего отца — все знают о его немощи! — и править кланом Стабальт из-за спины моего суженого, пока я не помру на родильном ложе, производя Лаудану еще одну пешку!
Хеледд с видом, что никогда не воспримет слова Альфстанны всерьез, чуть развернула руку ладонью вверх: «Продолжай».
— И какое короне до этого дело?
Альфстанна, закусив губу, чтобы побороть страх, сделала шаг вперед, и два ряда охраны королевы Хеледд — справа и слева — тоже шагнули вперед.
— Такое! — Не отступила Стабальт, жестикулируя. — Когда у Лаудана за спиной соберется армия его собственного клана и моего, он сможет, не опасаясь сил вашего отца, заставить вас принять интересное ему предложение.
— Какое это? — Хеледд едва выгнула бровь, выражая самый скучающий интерес из всех возможных, но Альфстанне хватило и этого: кажется, ей все-таки удалось заронить зерно сомнения в королевских убеждениях.
— Скажите себе честно, ваше величество: никто из августов не приветствует ваше правление, и из всех углов Даэрдина доносятся обвинения в узурпации и подстроенной смерти короля Драммонда…
— Да как ты смеешь! — прошипел первый гвардеец в левом ряду, делая к Стабальт шаг и оголяя на ладонь клинок. Но Хеледд остановила жестом, в упор глядя на Альфстанну. Её суровое лицо требовало: «Договаривай!»
— Так вот, Лаудан просто поддержит вашу власть в обмен на брак с одним из его сыновей. Он знает, что вы пойдете навстречу. Не вы — так ваш отец. Потому что, если вы станете потакать ему и казните меня или упечете в темницу якобы за измену, если дадите Лаудану подмять клан Стабальт, он станет для вас или серьезным противником, вокруг которого сплотятся остальные, или вашей поддержкой в королевском секвенте, достаточной, чтобы заткнуть остальных.
Хеледд замерла на несколько секунд, вглядываясь в лицо Альфстанны практически насквозь. Потом запрокинула голову и расхохоталась в голос — так, что эхо этого смеха комками отлетало от холодных каменных стен.
— Вот… значит… как, — захлебываясь смехом до слез, кое-как выдавила Хеледд. Надо же быть такой дурой! Стабальт терпела её хохот со стиснутыми кулаками и ждала королевской реакции — со сжавшимся сердцем.
— Так на черта мне во всем этом деле ты? — Хеледд смахнула в самом деле проступившую слезу и, сфокусировав взгляд на Стабальт, спросила серьезнее: — Почему бы мне, если Лаудан замыслил все, как ты говоришь, не устраниться от ваших дрязг и не подождать, пока он добьется успеха? Кажется, это лучшее решение.
Теперь бровью поиграла Альфстанна, приосанившись и расправив плечи (насколько наскреблось духу):
— Мне казалось, делиться властью или, тем более, уступать власть не входило в ваши планы?
— Ч… что? — Хеледд напряглась, сдержав вскипевшую волну ярости за зубами, буквально сцепив их.
Альфстанна улыбнулась глубоко в душе, стараясь никак не выдавать облегчение: кажется, эту стратийскую девку проняло.
— А иначе почему вы, занимая трон после смерти своего супруга, Драммонда Саэнгрина, до сих пор не замужем? — И, не давая Хеледд ответить, Альфстанна усилила натиск. — Ллейд и Гессим Таламрин, Аберт Вектимар, Ирион и Улаф Лаудан, Горан Диенар — все это прямые сыновья королевского секвента. За столько времени вы могли выйти замуж за любого из них и укрепить свою власть, или хотя бы заключить помолвку, чтобы утихомирить августов на время. Но вы
