он после этого не влюбился бы в нее. Он ведь мог сделать так, чтобы она ничего не знала о его делах, о его бизнесе, чтобы это ее вообще никаким образом не касалось, но вместо этого он мало того, что вписал ее в совладелицы отжатого у Ковалева бизнеса, так еще и поставил во главе, временно записавшись в ряды почивших. Он клялся ей и самому себе, что все будет хорошо, что он позаботится о ней, что не будет никаких проблем, но впутывал ее все больше и больше, заставлял ее разбираться во всем этом дерьме, погружаться в проблемы. Конечно, его брала гордость за Дашу — такому карьерному росту кто угодно позавидовал бы, — но… У всего есть своя цена, и когда-нибудь настанет их время платить. И Артём понимал, что их время платить стремительно приближается.
Неожиданно дверь, возле которой они дежурили, резко открылась. Все обернулись в ту сторону, напряжённо вглядываясь в лицо немолодой медсестры. Поняв, что это не та, кого они ждали, они разочарованно отвернулись. Оглядев Артема и Дашу, она поджала губы и ушла дальше по коридору, шаркая по полу.
Полина сказала им ожидать здесь — им посчастливилось, что сегодня была ее смена и они могли от нее узнать о состоянии Ильи. Конечно, к Илье ее не пустили, но от знакомых врачей и медсестер она могла узнать все, что ей было нужно. Сейчас еще ничего не было понятно, поэтому она попросила подождать, пообещав, что придет и расскажет им все, как только узнает.
Как узнала Даша, Полина Князева пристроилась работать медсестрой в ту же больницу, в которой на скорой работала ее мать. Для нее это было вполне удобно: платили копейки, но на жизнь хватало, для Вани дали место в садике, да и ко всему прочему смены у нее с мамой не совпадали, поэтому с Ваней всегда было кому посидеть по вечерам. Для Артема и его друзей это тоже было удобно — на случай, если придется обратиться в больницу, будет кому их прикрыть и оказать помощь, да и нужную информацию всегда можно узнать.
Юдина не знала точно, сколько они продежурили под дверью. Может, двадцать минут, может, час, а может, и все два — в наряженном состоянии время совершенно не ощущалось. Она поняла, что прошло достаточно времени, лишь почувствовав характерное покалывание в затекшей ноге. Еще и шея с плечами разболелись от неудобного положения, в котором она сидела. Даша повертела шеей, разминая ее, и непроизвольно вздрогнула, увидев на другом конце скамьи Темненко, который бесшумно подошел к ней и сел рядом. Интересно, как долго он тут сидит? И в курсе ли он, что вообще произошло? И как он вообще нашел в себе силы после похорон приехать сюда?
Но все эти вопросы девушка оставила на потом, прекрасно понимая, что сейчас не время их задавать.
Через пару минут дверь снова открылась, жалостливо скрипнув. Стоило Полине показаться из-за двери, как Даша с Артемом кинулись к ней, желая поскорее узнать о состоянии Волкова. Темненко встал со скамьи, но остался стоять на месте, не решившись подойти ближе. Даша видела, каким взглядом он посмотрел на сестру Князева, которая даже не глянула в его сторону, но сама сделала вид, будто ничего не заметила, хотя прекрасно все поняла.
— Ну что? — тут же спросил у сестры Артём, преграждая ей путь.
— Да живой ваш Илья, — сказала Полина, отведя всех на пару метров дальше от палаты. — Ожоги есть, но серьезного ничего, так что обойдется. Ему сейчас надо полежать недельки две-три, и тогда получите его обратно.
— Присмотришь за ним? — попросил Артем. Юдина догадалась, что он просил не только о медицинском наблюдении, но и в наблюдении, чтоб рядом никого постороннего не оказалось.
— Присмотрю, — пообещала она. — Что вообще случилось? Как это могло произойти?
Даша непроизвольно вздрогнула, представив вид горящей машины, внутри которой сидит человек. Она помнила, как горела их Вольво — зрелище не самое приятное, — а потому мысленно представила, как теперь выглядит Илья Волков, и эти мысли совершенно не обрадовали ее. В тот раз на его месте могла оказаться она. Ей везло уже второй раз. Хотя из-за нее пострадал ее друг, так что везение такое себе.
— Поль, — вздохнул Князев. Ему совершенно не хотелось ей рассказывать о произошедшем. — Не надо.
— Господи, куда вы ввязались? — Полина закатила глаза. — Ладно, можешь не говорить. Мне наверняка лучше не знать.
— Ты лучше скажи, когда его забрать можно?
— На следующей неделе подойдете, там посмотрим. Если все будет хорошо, то выпишут, если у врачей будут сомнения, то задержится.
— Сейчас можно зайти к нему?
— Да, только халаты наденьте. В палату я вас провожу. Но ненадолго, ему отдыхать надо.
Пообещав скоро вернуться, Полина скрылась за ближайшей дверью, вход куда был разрешен только для медперсонала. Даша, вспомнив, что они тут не одни, оглянулась и увидела, что Темненко так и продолжал стоять на том же самом месте, глядя пустым взглядом в стену, где пару секунд назад стояла Полина. Растерянный, будто обухом по голове огретый, он казался совершенно разбитым. За эти пару минут разговора он не проронил ни слова, и девушка прекрасно понимала почему. Ему не стоило сюда приезжать, хотя бы не сегодня.
Неожиданно их взгляды пересеклись. Серега нахмурившись смотрел на нее секунду или две, а потом отвел взгляд в сторону. Даша вспомнила о рассказах Ксюши и Полины и поняла, что он тоже вспомнил о том, что было между ним и Полиной несколько лет назад — скорее всего, он даже никогда не забывал об этом. Вот только она ни за что бы не подумала, что Серега, который сходит с ума от мучащих его кошмаров, жует стекло и тренирует молодых бандитов по выходным, который никогда до этого не показывал никому своих настоящих эмоций, вдруг так изменится только от одного взгляда.
— Я вас снаружи подожду, — сухо произнес он и, не глядя на них, зашагал в сторону выхода. — Расскажете, как он.
Даша поняла, что ушел он из-за нее. Не из-за Поли, не потому, что он боится смотреть на Илью, и не потому, что у него сейчас не самое лучшее моральное состояние после похорон, а потому что Даша увидела его взгляд, которым он смотрел на сестру его друга, и теперь он не может находиться рядом с ней. Поэтому когда Полина вышла к ним, держа в руках халаты, в коридоре их осталось только двое.
Не задавая лишних вопросов по поводу исчезновения
