окажется его рук дело, я обещаю, я закопаю его собственноручно. А сейчас, пожалуйста, успокойся.
— Но как? Как мне успокоиться? Там же машина… Что это было? Кто-то стрелял? Или заложили взрывчатку?
— Завтра узнаем все у Илюхи. Сейчас это лишь домыслы. Кто-то что-то слышал, но сам не знает что…
— Но факт остаётся фактом: машина сгорела, а Илья пострадал. И кто-то за этим стоит.
— И мы это выясним. Обещаю тебе.
— А если это окажется не Даня… И не кто-нибудь из тех, кого мы знаем. Вдруг этот тот майор? Ну, Илья еще с его дочкой…
— Что? Нет, вряд ли. Уже прошло года три, так что маловероятно, чтоб он ждал столько, чтоб отомстить.
— Тогда кто это может быть?
— Я не знаю, честно. И мне это совершенно не нравится.
Они так и остались сидеть на диване в гостиной. Даша вскоре уснула, положив голову ему на плечо и прижавшись к его боку. А Артём всю ночь прободрствовал, охраняя ее покой, и размышляя о том, что уже прошло и что ждёт их в будущем. И эти мысли его совершенно не радовали.
Глава 41
— Господи…
Артём замер посреди комнаты, немного ошарашено глядя на девушку. Даша уже испугалась, что все плохо и она совершила глупейшую ошибку в своей жизни, и готова была расплакаться от обиды и злости на саму себя, что поддалась порыву, что она как всегда сначала делает, а потом думает, как вдруг он довольно улыбнулся.
— Шикарно выглядишь.
Он сократил расстояние между ними в два широких шага и, еще раз оглядев оценивающе ее новую прическу, осторожно провел рукой по волосам.
— Такие короткие, непривычно… Но тебе очень идет.
Даша облегчено выдохнула. Даже если это и была глупейшая ошибка в ее жизни, то он даже виду не подал. Даже если все ужасно, то он повел себя просто по-рыцарски, ничем не намекнув на свое недовольство, разочарование или расстройство.
— А теперь признавайся, что случилось.
А случилось ровным счетом ничего. Она просто сидела в офисе, перебирала бумажки и отвлеклась, выглянув в окно, которое выходило на другую сторону улицы. Там стояла самая обычная обшарпанная пятиэтажка — облезлый кирпич, застекленные вразнобой балконы, напоминающие скворечники, под крышей светлым кирпичом выложена какая-то непонятная аббревиатура и юбилейная дата, деревянные оконные рамы, в которых не было видно ничего, и дверь в подвал, которую украшала нелепая надпись лилового цвета в виде не самого обычного женского имени и парикмахерских ножниц. Даша смотрела долго на дверь этой парикмахерской, но никто так и не зашел и не вышел оттуда, хотя надпись на распахнутой двери гласила, что они открыты. И без какой-либо задней мысли, просто спонтанно приняв это решение, Даша поднялась и, не досидев до конца рабочего времени, пошла туда. Ковалев даже не обратил никакого внимания ни когда она ушла, ни когда вернулась с отрезанными до плеч волосами.
— Просто захотелось перемен, — пожала плечами девушка. — Это всего лишь волосы.
В этом была вся правда — Даша уже и не помнила, когда последний раз делала что-то со своим внешним видом со времён школьной скамьи, когда она в выпускном классе впервые отрезала себе челку и покрасила волосы в чёрный. Во время учебы в университете ее волосы несколько раз претерпели изменения как по длине, так и по цвету, и лишь перед встречей с Артемом она немного подуспокоилась и вернулась к истокам. За время, что она встречалась с ним, о волосах она особо не заботилась, лишь подрезала их время от времени. И вот спустя несколько лет она вновь захотела привнести в свою жизнь хоть какие-то изменения и отстричь волосы чуть выше плеч.
— Волосы никогда не бывают «всего лишь» волосами для женщин, — Артём едва заметно улыбнулся. — Тебя что-то тревожит.
— Нам кто-то подорвал машину, пострадал Илюха — не вижу поводов для тревоги, — Даша театрально закатила глаза. — Правда, мне просто захотелось чего-то… нового. Тебе вправду нравится?
— Да, очень, — Артём едва сдержался, чтобы не съерничать. — Я люблю тебя любой, независимо от твоей длины волос.
— И как мне только достался самый лучший муж на планете? — вздохнула девушка с улыбкой.
— Это я возвращаю благодарность за то, что ты была снисходительна к моим подстриженным почти под ноль волосам и ужасной бороде.
— Но мне и вправду нравилось!..
— Ага, как же! — Князев быстро сменил тему. — Ладно, признавайся, зачем Афган приезжал. Из-за Илюхи?
— Откуда знаешь? Я думала, он…
— Он звонил мне примерно после вашего разговора.
Афган действительно приезжал сегодня к ней в контору и, выставив Ковалева в приемную, поговорил с Дашей наедине. Разговор был вполне ожидаемый — что случилось с Волковым, кто что видел, кто что знает, — так что Даша совсем не удивилась этому разговору. Единственное, что смутило ее, так это что Владимир сам примчался к ней на работу, а не позвонил и вызвал к себе в казино. Маловероятно, что он мимо проезжал и решил заглянуть по пути. Да и обычно он давал парням самостоятельно разобраться во всем и старался не лезть в их дела. Видимо, ситуация с Ильей была настолько серьезной, что потребовала его личного вмешательства.
— Да. Порасспрашивал, что да как…
— Ничего не говорил? Он знает, кто это мог быть?
— Нет, ни о чем таком он не говорил.
— Темнит. Он точно что-то знает.
Даша не стала опровергать его слова, ведь сама прекрасно понимала, что так оно и есть — Афган либо знал что-то, либо догадывался, но не рассказывал им. И ее тревожило это, ведь сейчас она не могла понять, Афган молчит потому что на это не стоит обращать внимания и никакой опасности нет — хотя Илья в сгоревшей машине бы точно так не сказал, — или же там все запутано и непонятно, и он не хочет лишний раз дать им повод для тревоги, пока сам все не выяснит. Либо же он сам в этом как-то замешан…
Она и сама не преминула спросить у Афгана, не знает ли он, кто мог выстрелить в машину — эксперты на следующий день после случившегося установили, что возгорание произошло вследствие попадания в топливный бак пули. Но Владимир не поделился с ней своими мыслями, не раскрыл своих подозрений и лишь ответил, что сам пытается все выяснить. Власть по городу среди бандитов была давно поделена: Афган держал казино и проституток из центра, а также незримо управлял империей Князева, Карим занимался скупкой и перепродажей угнанных авто, дядька его контролировал центральный рынок и
