— Отнюдь. У меня богатый опыт, мужчины — часть моей специализации.
— Вот как? И в чём она заключается?
— Я эскортница, гетера.
Сказать, что слова новой знакомой огорошили — ничего не сказать. Я откинулся на спинку кресла и расхохотался.
— Ну кошки, ну подшутили!.. Фракции валькирий им уже мало! Уже «специалистов» со стороны приглашают! — отсмеявшись, я вновь взглянул на собеседницу. В воздухе ощущалась почти осязаемая ирония. — Амна, душечка, спасибо тебе, конечно, за комплимент… и за человеческое отношение… Но всё это — какой-то сюр. Не понимаю, зачем всё это нужно. Сейчас — тем более не понимаю.
— Моя специализация не должна вводить тебя в заблуждение. Я не проститутка.
— Я не…
Женщина подняла руку, призывая замолчать, и я подчинился.
— Не спорь, — мягко заговорила она. — Когда это происходит вот так, многие путаются. Думают невесть что. Стереотипы дают о себе знать. Но если разобраться, посмотреть на то, что я делаю реально, всё сразу встаёт на свои места. Я больше психолог. Случается, что женщины приглашают именно меня — чтобы разобраться в проблемах своего мужчины. Впрочем, в этот раз я удивлена не меньше твоего. Я не вижу у вас никаких проблем. И если ты умудряешься жить сразу с девятью женщинами… Не мне учить тебя соблазнению. Поэтому, возвращаясь к твоему вопросу, мой комплимент вполне уместен. Все твои женщины показались мне всем довольными. Разве это не показатель неких качеств личности, про которые я говорю?.. — а вот в глазах девочки на этих словах не было иронии, она была предельно серьёзна. И что-то ещё проскальзывало в её пристальном, изучающем взгляде…
А ведь эта дама совсем не против… побыть сегодня проституткой! Ну, возможно, не так грубо. Она явно не против продолжить наше знакомство и перейти от теории соблазнения к практике. Тем не менее, я не стал форсировать или пошлить, а с мягкой улыбкой вернулся в русло прерванного разговора:
— Они республиканки. Валькирии. Дикие кошки. У них специфические потребности.
— Мне стало любопытно, — Амна помолчала, собираясь с мыслями, затем подняла на меня взгляд своих бирюзовых глаз. — Я… немного прочувствовала, какова Викера. Она погоняла меня на матах. Наставница знает человеческое тело в совершенстве! Даже не представляю, что нужно сделать, чтобы пробудить в ней ответный сексуальный интерес…
— Вот ты к чему ведёшь… А давай выпьем? — я вопросительно заглянул в глаза подруге. — Вино, травяной взвар?..
— Не откажусь от вина, — сдержанно улыбнулась Амна, хотя внутри она словно бы окончательно нырнула в омут сегодняшнего вечера… дня. Понимала, если выпьет, то и без того сильное томление возрастёт по экспоненте, но… не хотела отказываться. Не сегодня. Не с этим… котом.
Между нашими креслами возникла полупрозрачная поверхность силового столика. Он повис прямо в воздухе, над сходящимися под углом подлокотниками. На столе как по волшебству появилась запотевшая бутыль республиканского вина, а рядом с ней — пара бокалов.
— Понимаешь… в Республике девочки сами берут то, что им нравится. Того, кто им нравится, — начал я, с любопытными искорками во взгляде наблюдая за реакцией этой светской львицы. — Валькирии часто охотятся на мальчиков. Просто вылетают в город и снимают там понравившегося парня. Им при этом глубоко плевать на его желания и пристрастия. Часто девочки ошибаются, плюются, получают не совсем то, на что рассчитывали. Кошки вообще весьма и весьма привередливы и требовательны, пусть и на свой лад. Им не нужно богатых подарков или какого-то особенно трепетного внимания и душевной поддержки. Им нужен острый секс и нужна… игра. Вот ты, женщина, как думаешь, что ищет Викера в мужчине?
— Ну… не знаю…
— Она любого мужика скрутит в бараний рог. Вик гений в своём деле. Она тренировала десантные стаи, пока не ушла в стаю сама. Устала. Уж кому-кому, а ей точно не нужна защита и участие. Что же ей тогда нужно?..
— Надёжное плечо?..
— Она его имеет. В лице сестёр по стае.
— Тогда…
— Не надо! — я поднёс палец к губам в жесте призыва к молчанию. — Я сам. Так будет правильно.
— Как скажешь… — однако по взгляду было видно, что женщина оценила мою инициативу — вывести её из затруднительного положения, когда дельных мыслей больше не осталось.
— Викера реализует свой материнский инстинкт, выраженный в наставничестве. Особенно сильный, когда он ещё и приправлен сексуальным подтекстом. Если переводить на понятный тебе язык, она нашла ученика-мужчину. Очень способного. Достойного её наставничества. Её это заводит почище любых ласк — заводит от осознания самого факта, от лелеемого в душе ощущения. А ещё — игра…
Я полуприкрыл веки, отпил из бокала крупный глоток. Открыв глаза, увидел напротив полные любопытства глаза собеседницы. Амна аж вперёд подалась, настолько ей было интересно.
— Игра? Ты имеешь в виду секс?..
— Игра… Это сложно передать словами… Скорее игра — это прелюдия. Которая даёт сексу необходимую остроту, — я подался вперёд и невзначай положил ладонь на колено гостьи. Та было вскинулась, но быстро смирилась с неизбежным. Правильно. А я не буду спешить, не стану форсировать. Близость должна вызреть. — Вот что у тебя ассоциируется с прелюдией, девочка?
— У меня?.. — мгновенная растерянность во взгляде сменилась азартом. — Красивые слова, лёгкий флирт. Возможно, танец. Я должна научиться чувствовать партнёра. Должна понять, каков он. И… мне бы хотелось, чтобы он прочувствовал меня.
Взгляд гостьи поплыл, стал немного маслянистым. Вино давало о себе знать, да и вся интимность нашей близости отражалась на её восприятии. Рано. Не сейчас. Поэтому…
— Очень хорошо, что ты говоришь о своих представлениях… Но ведь не у всех они таковы. Какие ещё варианты приходят тебе в голову?..
— Варианты?.. — дымка очарования момента развеялась, Амна немного пришла в себя и теперь пыталась думать. — Совместный разговор, уединённое общение. Без разницы где — это может быть совместная прогулка, поход в театр, на голофильм, в ресторан. А затем что-то интимное. Так всегда бывает.
— Как это всё спокойно и умиротворяюще… — я подмигнул девочке, невзначай погладив пленённое колено, иронично
