грязный, — Сальвет потрепала по загривку, благодатно подставленному под пальцы одной из наглых морд. — И куда твоя Стая смотрит? Не Вожак, а подзаборная псина какая-то. Ладно-ладно, не ворчи. Я тоже рада тебя видеть, пушистая морда. Прости, что ушла так внезапно. Надо было тебя с собой брать! А ты в колодцы зайти можешь, интересно? Не ной, не полезу за рыбой больше. Завтра пока будешь купаться, поймаем что-нибудь.
Именно так они и поступили. Разве что обсохнуть Зверю было не суждено, с самого утра зарядил мелкий дождик, который к полудню разразился настоящим ливнем. С громом и молниями, прорезающим небосвод острыми росчерками неведомого пера.
— Надеюсь, меня не потеряют, — наблюдая за стремительно несущимися по небу темными тучами, поделилась со Зверем Сальвет.
Они притаились под деревьями в роще поодаль от реки. Здесь текло почти так же, но зато ветер с ног не сшибал. Сальвет забралась в теплую шерсть под брюхо двухголового волка. Там еще и тепло было.
— Мог бы и подождать с обращением, — проворчала она, когда через несколько часов Зверь исчез, оставив мужчину в лохмотьях вместо одежды. При прочих равных странно, что еще одет. Пусть и паршиво.
Однако с неба по-прежнему лило. Без защиты в виде пушистой шкуры стало зябко. Харрам с затуманенным взором оказался помощником плохим. Собеседником — и того хуже. Со временем крыша вернется на положенное место, но это будет не сегодня.
Сальвет ухватила мужчину за руку и утянула вглубь леса. Забрались с ним в какой-то валежник, где не пришлось тратить много сил на магическую защиту. Идиотская трата сил, но других вариантов не было.
О том, что можно было просто бегом вернуться в город, Сальвет в тот момент попросту не подумала. Именно поэтому в город вернулись лишь под следующее утро. Бегом с ничего не соображающим Харрамом передвигаться оказалось невозможно. Хорошо, что хоть что-то соображал. Тащить на руках тяжелого сури Сальвет бы точно не стала, а волоком долго и неудобно.
Калитка застряла через полметра хода. Сальвет непременно бы исправила сей недочет, но Харрам прошел спокойно, в то время как внутри сада поджидали первые изменения. Пропали коробки, успели привести в порядок живую изгородь. Даже клумбы появились, пестрея цветами, хотя раньше все это скрывалось в недрах густых зарослей высокой травы. Все это отвлекло от разборок со злополучной створкой.
— Я вернулась, — крикнула от порога Сальвет. Прислушалась к тишине. — Кажется, никого. И тут одно из двух: либо ищут, либо свалили по своим делам. Лучше бы, конечно, последнее. Идем приводить тебя в порядок, ушастый.
Отмывать сури в облике человека оказалось куда проще, удобнее и быстрее, чем его звериную сущность. Особенно когда тот словно зачарованный и беспрекословно исполняет любую прихоть своего Охотника. Безвольная игрушка. Точнее было бы сказать — оружие для убийств, но Сальвет оно было не надо, поэтому в качестве угрозы не воспринимала. Хотя кошмаров терзал на Черной Охоте просто потрясающе.
На чердаке также не обошлось без изменений. Сальвет с восторженным возгласом свалилась на кровать, не в состоянии обнять ту целиком. Огромное двуспальное ложе! Пока ее не было дома, чердак помыли, почистили. И — удивительное дело — кроме кровати больше ничем не захламили. Простор и красота. Балкончик светлел и вкусно пах свежей древесиной.
Глава 32
Гости забрались на чердак ближе к середине дня и почему-то через балкон. Сальвет подозревала о причине, но вслух не стала говорить.
— Наверное, мне стоило заранее просить, чтобы ты не приводила объекты для развлечений в этот дом, — донесся от балкона чуть приглушенный голос с занятным акцентом.
Сальвет оторвалась от изучения серых глаз у лежащего под ней сури.
— О, Вейлей! С возвращением. Присоединишься? — лукаво сощурились золотистые глаза солнцерожденной.
— Откажусь, пожалуй.
— Неужели ни с кем не развлекаешься бесплатно? — Сальвет подняла голову на подошедшего ближе хозяина дома. — Вейлей, а как глава вашей Семьи смотрит на твою работу у Тамилы?
— Харрам, — узнал сури Вейлей, проигнорировав провокационный вопрос на корню. — Откуда он в таком виде?
— Нашел меня за городом, — Сальвет перевела взгляд вниз. — Думаю, придет в себя через денек-другой. Меня не так долго не было. Кстати, Вейлей, у тебя не будет для него какой-нибудь одежды? Его обратилась в бесполезные тряпочки за время скитаний.
— Удивлен, что не взяла сама.
— По чужим комнатам не шарюсь.
— Чердак не комната, да? — понимающе кивнул Вейлей. — Сейчас принесу что-нибудь. Ты поставила его Стаю в известность?
— Мы не выходили из дома. Опасаюсь оставлять Харрама одного в таком состоянии, честно говоря.
— Правильно делаешь. Звери неадекватны вдали от Охотника. Найдем одежду, попробую отыскать в городе кого-нибудь.
Вейлей задумался так, что едва не стукнулся о низкий потолок на винтовой узкой лесенке. Сальвет все ждала этого, но мужчина ловко ушел от столкновения в самый последний момент.
— Хорошенький, правда? — поделилась она в тишине с сури, на чьем теплом теле удобно лежала, болтая босыми ножками в воздухе. — Вот бы стать его Охотником. Эх, мечты!
К возвращению Вейлея на чердаке ничего не поменялось. Пришлось сгонять девчонку, чтобы Харрам мог одеться.
— Голодная?
— Зверски, — зловещим шепотом протянула Сальвет.
— Так и подумал. Спускайся вниз. И Харрама захвати, — окинул потерянного сури взглядом Вейлей. — Меня он слушать не будет.
После перекуса Вейлей снова покинул дом. Сальвет вслух успела расстроиться, едва закрылась дверь. На ее скромный взгляд совершенно ни к чему такая спешка.
Гости заявились под вечер, когда Сальвет уже никого не ждала. Лежала на кровати возле теплого бока сури и наблюдала за светлым проемом балкона. Темный силуэт на нем мгновенно бросился в глаза, развеяв скуку. Целый день провести в кровати без дела! Развлекаться с сури Сальвет не хотела, настроение было, но затащить в кровать хотелось совсем другого мужчину.
И вообще, у ее Зверя уже есть его ушастое чудо. К слову, именно это чудо ворвалось на чердак. Тощая символическая занавеска, не понятно вообще зачем повешенная здесь, сдалась без боя, впустив ночную гостью. Сальвет сощурилась, силясь разобрать силуэт на светлом фоне. Лицо вспомнила, а вот имя успело выветриться из дырявой памяти. Так что, кашлянув, Сальвет скатилась с кровати и отступила в сторону.
— Погоди, Сальвет, — остановил ее женский голос от дальнейшего побега. — Не уходи, пожалуйста. Он
