не менее, закрывать глаза на уязвимости тоже опасно.
Он сделал лёгкую паузу, оценивая, как на его слова реагируют присутствующие, особенно княгиня Ло, которая едва заметно кивнула в знак поддержки.
– Возможно, истинная угроза – не в одной секте, а в разрозненных группах, использующих момент для собственных игр. Как тени в ночи, они умело прячутся среди нас, сея раздор и страх.
Андрей медленно прошёл взглядом по залу, будто подмечая каждого, кто чуть сильнее напрягся.
– Предлагаю сфокусироваться не на громких именах, а на выявлении конкретных действий – тех, что подрывают наши оборонительные линии и позволяют врагу проникать. В этом и есть ключ к нашей победе. К тому же… Нам нужно решить, как мы можем как можно быстрее перекинуть войска в нужное место. Время идёт уже не на недели, а на дни, а то и часы… Я знаю один способ… Но он будет тяжёлым. И мне нужен человек, которых хорошо знает ту местность, чтобы мы не промахнулись. К тому же, как я понимаю, именно там мы и можем найти все доказательства предательства со стороны как отдельных разумных, так и целых организаций… Если таковые вообще имеются. И в этой ситуации можно будет не бросаться голословными обвинениями, а чётко и целенаправленно указать на врагов всей Поднебесной.
Княгиня Ло тихо добавила:
– Сосредоточимся на конкретных фактах и действиях, а не на догадках и слухах. Только так мы сохраним единство.
Волнение в зале понемногу спадало, но в воздухе осталась ледяная нить взаимных подозрений, лишь более искусно замаскированных.
Андрей с тонкой улыбкой понимал – они с Ло Иньюй только что ещё сильнее сплели свои нити в этой сложной игре, направив остальных на поиск “невидимых врагов”, чьи имена пока никто не решится назвать вслух.
В этот момент стало ясно, что основная битва идёт не только за выживание мира, но и за контроль над тенями, что ходят среди них…
Прорыв
Горный хребет, изрезанный вековыми ветрами и засыпанный серебристым инеем, напоминал оскаленную пасть древнего зверя. На одном из его отвесных склонов, там, где камень был чёрным, словно опалённый чужим дыханием, возвышался алтарь – старинная постройка, некогда служившая местом поклонения небесным духам. Сейчас же он был изуродован. Резьба по камню потрескалась, в узоры вплелись тонкие линии багрового свечения, а по жертвенной плите стелился чёрный туман, в котором, казалось, шевелились тени.
Именно здесь теперь зияла “рана” между мирами – портал, обрамлённый древними рунами, которые теперь горели чужой, демонической энергией. Его свет был не просто мрачен. Он давил, словно тягучая бездна, разливая по окрестным скалам вязкий холод. Порывы ветра приносили с собой слабый запах гари, серы и чего-то ещё – горького и металлического, будто ржавой крови.
По обе стороны от алтаря, на выступах и каменных площадках, стояли ряды демонов. Их было много – от худых, костлявых тварей с длинными руками до массивных, бронированных существ, чьи движения сопровождались глухим звоном пластинчатого хитина. Они выстраивались в отряды, подчиняясь ритмичным ударам боевых барабанов, что звучали где-то в глубине ущелья. Чуть дальше, среди мрачного строя, выделялись демоны-жрецы. Высокие фигуры, чьи лица скрывали маски из черепов, а руки были переплетены ожерельями из костей. Они шептали заклинания, удерживая магический поток, который питал портал.
И тогда из глубины сияния шагнул он. Князь демонов Со’Рхал – воплощение холодной, изысканной жестокости. Его высокий, гибкий силуэт двигался так легко, что казалось, он плывёт над землёй. Огромные крылья, сложенные за спиной, напоминали позу молящегося, но в их изгибах читалась не молитва, а скрытая угроза, готовая распахнуться в любой миг. Его кожа имела цвет старого, потемневшего серебра, и на фоне чёрного тумана алтаря она сверкала, словно оружие, только что вынутое из ножен. Его глаза были двумя каплями жидкой пустоты – взглядом, в котором не было ни искры тепла, ни отблеска жизни. Одно прикосновение этого взгляда заставляло сердце холодеть, а мысли – рассыпаться, как пепел. На его губах играла тень усмешки, тонкая и хищная, словно он уже знал, что эта земля, эти люди и даже эти горы – лишь будущие обломки в его когтях.
Для своего появления в этом мире Со’Рхал выбрал момент просто идеально. Последние годы Поднебесная Империя жила в смуте. Одна из Великих сект была стерта с лица земли загадочным ударом, в других сектах даже старейшины запятнали себя предательством и коварными сделками, ослабив защиту мира. Кланы спорили между собой… Армии были растянуты, или даже просто забыты, а доверие между Великими домами рушилось прямо на глазах. И в эту трещину, подобно клинку, вошёл он – князь демонов, чьи силы, по меркам местных, соответствовали культиватору уровня Доу Ван, мастеру, способному одним движением уничтожить целый отряд опытных воинов.
Теперь, стоя на чёрной плите алтаря, Со’Рхал поднял руку, и демоническое войско, что уже растянулось по склонам, ответило низким гулом. Это был не просто призыв к битве – это была клятва уничтожить всё живое по эту сторону портала.
Сейчас Со’Рхал стоял на чёрной плите, как на вершине шипастого трона, и отдавал приказы не голосом, а ритмом. Его длинные когтистые пальцы звякнули по костяному жезлу, и гул барабанов сменился дробью. По склонам, как ртуть по трещинам, растеклись отряды.
Сначала пошли “клинья” – лёгкие крылатые разъезды. Полупрозрачные перепончатые крылья этих бойцов раскрывались бесшумно, чёрные силки-руны уже висели готовыми петлями. Их задача была проста. Они должны были обезвредить сигнальные башни… Охотиться на гонцов… Перехватывать и не допускать появления дымовых костров. Над первой сторожевой башней уже вспыхнул факел тревоги… И тут же погас, будто кто-то набросил на огонь колпак. Страж, успевший ударить в бронзовый гонг, рухнул вниз без звука, по перилам лестницы уже ползла “безмолвная соль” – демонический порошок, глушащий сталь и гортань.
Следом пошли “жгуты миазм”. Жрецы, в масках из иссохших лиц, развернули сосуды с чёрным паром. Испускаемый ими туман опустился на карнизы, вязкий, как смола. Он лез в лёгкие… Давил на слух… Сбивал направление… Шаг в сторону, и человек уже шёл назад, думая, что ломится вперёд. В тумане вспыхивали на миг узкие зрачки – и гасли. “Псы тени” шли цепью, обнюхивая тропы, оставляя за собой только щелчки длинных и острых зубов.
Третьими выступили тяжёлые – “ходы праха”. Костяные громилы, вросшие в чёрные доспехи, тащили на загривках рунные долота и бечёвки, прошитые волосом жрецов. Их несли туда, где тропы сходились в теснины. Под первым перевалом жрецы вбили
