Хисин всегда скептически относился к любой возможности мирного разрешения чарисийского раскола.
- Не знаю, была ли когда-либо какая-то реальная надежда, - признался теперь Уилсин. - Однако что я точно знаю, так это то, что если когда-либо и была такая надежда, то "храмовая четверка" делает все возможное, чтобы разрушить ее как можно быстрее. Они не только планируют объявить, что каждый делфиракец, убитый в Фирейде, является мучеником Матери-Церкви, но и намерены отлучить от церкви Кэйлеба, все духовенство "Церкви Чариса", каждого чарисийского дворянина, который принял преемственность Кэйлеба и назначение Стейнейра архиепископом, а также Нармана, всю его семью, и всех остальных, кто, возможно, поддерживал, присоединился к нему или даже просто пассивно принял его решение добиваться условий от Кэйлеба. И просто для пущей убедительности, они намерены поместить весь Эмерэлд и весь Чарис под интердикт.
- Они сошли с ума, ваша светлость! - выпалил Канир.
- Это звучит именно так, верно? - согласился Уилсин. - На самом деле, единственное, что меня действительно удивило, когда я услышал обо всем этом, - это то, что они остановились перед тем, чтобы просто пойти дальше и объявить священную войну прямо сейчас. Клинтан, например, не только считает это неизбежным, но и, думаю, действительно стремится к этому.
- Они еще не объявили об этом, потому что Тринейр, по крайней мере, достаточно умен, чтобы понять, что сначала они должны подготовить почву для этого, - сказал Хисин. Остальные посмотрели на него, и худощавый темноволосый викарий пожал плечами. - За всю историю никогда не было настоящей священной войны, - отметил он. - Не было, по крайней мере, с тех пор, как Шан-вей потерпела поражение. Даже у самых верных будут сомнения по поводу принятия постановлений Книги Шулера, когда речь идет о священной войне. Несмотря на всеобщую веру в виновность Динниса, прямо здесь, в Зионе, был большой шок и отвращение, когда они замучили его до смерти на ступенях Храма, и это было на самом деле мягко по сравнению с тем, что Шулер установил для случаев крупномасштабной ереси. - Овальные глаза харчонгского викария были жесткими от гнева и отвращения, которые он испытывал. - Если они рассчитывают подвергнуть целые королевства такому же наказанию, им придется разжечь достаточно ненависти, достаточно гнева, чтобы увлечь за собой остальную церковную иерархию - и простых людей. Что именно они сейчас и делают.
- И что мы можем сделать, чтобы остановить их? - спросил Тэйнир.
- Я не знаю, - признался Уилсин. - Мы и наши предшественники уже более двадцати лет ждем открытия, в котором мы нуждаемся, и оно упорно ускользает от нас. У нас есть все доказательства, которые мы собрали за эти годы, чтобы подтвердить коррупцию и доктринальное извращение таких людей, как храмовая четверка. Но у нас все еще нет открывающего клина, который нам нужен, чтобы им воспользоваться.
Несколько голов кивнули в горьком согласии, и Уилсин сумел не поморщиться при еще более горьком воспоминании. Он был так близок к тому, чтобы опередить Клинтана при выборах на пост великого инквизитора, и если бы он это сделал, он был бы в состоянии использовать все улики, все доказательства, которые тщательно собрали и обосновали такие люди, как он, Анжилик Фонда, Эйдорей Диннис и многие другие. Конечно, с такой же вероятностью он пошел бы тем же путем, что и его предок, святой Эвирахард. Но, по крайней мере, он был готов попытаться, и, в отличие от убитого Эвирахарда, он тщательно сформировал, по крайней мере, небольшое ядро яростно преданных сторонников, которые изо всех сил старались бы прикрыть его спину, когда он возвращал бы свой собственный орден и управление инквизиции к их высокой цели - охранять Мать-Церковь, а не просто терроризировать детей Божьих во имя Матери-Церкви.
- Сейчас у нас, конечно, нет никаких возможностей, - согласился Хисин. - На данный момент мнение сильно зависит от поддержки "храмовой четверки" в совете.
- Неужели никто из этих идиотов не видит, к чему это ведет? - потребовал Хоуэрд Уилсин. Все поняли, что это риторический вопрос, порожденный горечью и разочарованием, но Хисин снова пожал плечами.
- Напуганные люди видят только то, что дает им шанс на выживание, Хоуэрд. Военные победы Чариса сами по себе были бы достаточно пугающими, не добавляя к этому открытое неповиновение Кэйлеба и Стейнейра. Где-то в глубине души все они должны понимать, насколько коррумпированными мы стали здесь, в Зионе, и особенно в Храме. Они в ужасе от того, что может произойти, если окна будут открыты и все их грязные маленькие секреты будут публично раскрыты пастве, которую они должны были пасти, и чарисийцы угрожают сделать именно это. Все, что позволяет им цепляться за возможность продолжать "вести дела как обычно", обязательно привлечет мощную поддержку.
- Пока они не обнаружат, что это вообще не позволит им поступать так, - вставил викарий Эрейк Форист.
- Если они это обнаружат, - ответил Хисин. - Не забывай, как долго мы уже ждали нашей возможности. Если конфронтация с Чарисом превратится в полномасштабную священную войну, тогда совет в целом собирается добровольно передать храмовой четверке то, что осталось от его полномочий по принятию решений, на том основании, что борьба и победа в таком конфликте требуют единства и централизованного руководства. И это, Эрейк, именно то, на что рассчитывает Клинтан.
- Не думаю, что все это циничный расчет с его стороны, - сказал викарий Ливис Холдин. Остальные посмотрели на него, и он фыркнул. - Не поймите меня неправильно. Циничного расчета было бы более чем достаточно для Клинтана, но было бы глупо забывать о его фанатизме. - Рот Холдина скривился, как будто он только что попробовал что-то кислое. - Думаю, что он один из тех людей, которые считают, что жестокость, с которой он заставляет других людей вести себя, дает ему определенную свободу действий. "Добро", которое он делает, настолько перевешивает его собственные грехи, что Бог не обращает на них внимания.
- Если это то, во что он верит, он заплатит ужасную цену, - тихо заметил Сэмил Уилсин.
- О, я ни на секунду в этом не сомневаюсь, - согласился Холдин. - Если Бог знает Своих, то и Шан-вей знает, и ни один простой смертный - даже великий инквизитор Церкви Ожидания Господнего - не сможет обмануть ни одного из них, когда встретится с ними лицом к лицу. Но в то же время он в состоянии
