Рамир не боялся. Зато награда будет сладкой.
Ночь летела вслед за черным конем, путалась в его гриве, свистела в ушах теплым ветром, тихо шептала непонятные слова, рассыпала вокруг жемчужины звезд. Где-то далеко впереди было Зеленое море, и путь к нему пролегал через многие ночи и дни. Черный конь летел, рассекая темноту, его всадник умиротворенно улыбался. Дом, в котором горели окна, исчез вдали, как будто его и не было. И Рамир не мог видеть, как в том доме старый абастанский волшебник и мудрец печально склонился над бездыханным телом своего лучшего друга.
Глава 53.
"Что за урод! Теперь он уже своего учителя убил!", - подумал Макс и проснулся. Некоторое время он не мог вспомнить, где находится. Оглянувшись, понял, что лежит в спальне в доме графа Пржевецкого. Роки мирно похрапывал в ногах. Стараясь не разбудить его, Макс поднялся, натянул свой старый охотничий костюм, который, чистый и выглаженный, чудесным образом оказался разложенным на кресле, пристегнул к поясу кошелек, подхватил меч и вышел в коридор. Все в доме еще спали, вокруг стояла мирная тишина. Макс спустился вниз, потянул на себя входную дверь и вышел в сад. Он глубоко вдохнул влажный утренний воздух и поежился от прохлады. Небо сегодня было серым и неприветливым, над городом вставало пасмурное осеннее утро. Солнце пряталось под толщей туч, дул пронизывающий ветер, и Макс пожалел, что не накинул теплый плащ. Но возвращаться в дом не хотелось, и он медленно двинулся по дорожке вглубь сада, направляясь к оранжерее.
Рыжие листья под порывами ветра обрывались с деревьев, падали на засыпанную песком дорожку и шуршали под ногами. Макс обошел оранжерею и встал так, чтобы его не было видно из окон дома. Ему хотелось побыть одному, постоять на ветру, чтобы избавиться от неприятного сна. Он поднял голову навстречу падающим листьям, и один из них спланировал ему на лоб, потрепетал немного и соскользнул вниз. Макс рассмеялся. Он уже разогрелся во время ходьбы, и утро перестало казаться ему неприветливым. Наоборот, он подставил лицо прохладному ветру и глубоко вдохнул его в себя, всем телом ощущая радость от движения. Ветер, проникая в него, принес новые силы, в груди рождалось знакомое ощущение. Энергетические потоки слились в одну мощную реку, которая бурлила в нем. Макс попытался сконцентрировать эту силу в одной точке своего тела. Он замер, закрыл глаза и увидел энергетические потоки в виде цветных нитей. Они сливались в нем где-то на уровне груди, образовывая ярко-зеленый пульсирующий шар. Шар рос, ширился, и вот наконец ему стало тесно в груди Макса, он стремился вырваться наружу, распирал грудь, рождая ощущение обладания огромной мощью. Макс не знал, как выпустить эту энергию из себя, как управлять ею, но радовался уже тому, что он может собрать ее воедино. Он стоял, подняв голову к небу, впитывая в себя все вокруг - ветер, сырой воздух, сероватый свет осеннего утра, шум листьев, шелест ветвей… Раздался звонкий лай, и ощущение шара в груди исчезло. Макс обернулся и увидел подбегающего Роки, который приветственно повиливал хвостом.
– Почему меня с собой не взял? - беззлобно спросил пес, носясь по дорожке за шуршащими листьями.
Макс еще раз глубоко вдохнул и улыбнулся: игра с энергетическими потоками всегда приводила его в хорошее настроение.
– Пойдем завтракать, разбойник, - сказал он Роки и бодро зашагал обратно к дому, поддевая ногами вкусно хрустящие хрупкие листья.
В столовой уже вовсю суетились слуги, накрывая стол к завтраку. Макс присел к столу и сунул в рот маленькое пирожное. Пес устроился около его ноги, умильно заглядывая в рот. В столовую вошел графский портной, держа в перебинтованных руках что-то темно-зеленое.
– Ваш заказ готов, пан Макс, - грустно сказал он, косясь на облизывающегося Роки.
– Что у вас с руками? - удивился Макс, принимая подбитый легким мехом маленький комбинезон с четырьмя рукавами и дыркой для хвоста.
– Собачка ваша… уж больно сердитая.
Макс перевел взгляд на Роки, который виновато потупился.
– Ты зачем, бессовестный, человека покусал? Возьмите, пан портной. Спасибо вам, и извините.
Он протянул портному несколько золотых. Тот взял и поспешно откланялся. В столовую вошел граф, мрачно поздоровался и сел на свое место, не обращая внимания на еду. Вскоре собрались и все остальные, одетые в дорожную одежду. Завтрак прошел в молчании, каждый думал о тех испытаниях, которые предстоит преодолеть на пути к Змеиному болоту. Наконец, Виктория решительно поднялась из-за стола.
– Спасибо вам за все, граф. Мы должны ехать.
– Лошади готовы, - отрапортовал вошедший в этот момент Кшиштоф.
Макс поднялся в комнату, быстро собрал в мешок свои вещи, взял собачью переноску, накинул плащ и спустился вниз. У крыльца нетерпеливо били копытами кони.
– Роки, давай одеваться.
Макс упаковал пса в комбинезон, который пришелся точно впору. Роки недовольно оглядел себя и спросил:
– А почему зеленый? Я буду в нем, как крокодил.
– Тебе не все равно? - рассмеялся Макс, - Ты же дальтоник.
– Только не во Второй грани, - пояснил пес, - Здесь я различаю цвета не хуже, чем ты.
– Ну, значит, будешь крокодилом. Чем страшнее, тем лучше.
Макс подставил псу мешок, в который тот ловко запрыгнул, закинул его за спину и сел в седло.
– Попонки для лошадей возьмите, - конюх протянул Максу свернутую трубочкой мягкую ткань.
Вскоре к Максу присоединились остальные. У Эдуарда на поясе висела сабля.
– Граф подарил, - пояснил он.
Милана, в веселеньком розовом дорожном костюмчике, поверх которого был накинут перламутровый плащ на лисьем меху, кокетливо поглядывала на нового спутника. Аня не обращала на красавца никакого внимания, она приветливо улыбалась Максу. Гольдштейн позевывал и с опаской всматривался в хмурое небо, ворча про себя: "Вот и осень наступила. А мы все куда-то тащимся". Опаздывала лишь Виктория.
– С графом прощается, - сочувственно вздохнула Милана.
Наконец, девушка в сопровождении графа вышла на крыльцо. Она была чем-то расстроена и молча вскочила на своего коня.
– В добрый путь, паны и паненки, - произнес граф, - Прощай, моя лебедь. Бог даст, еще свидимся.
Шестеро всадников покинули двор гостеприимного дома, и поскакали по дороге к городским воротам. Макс жалел, что у них не было времени осмотреть Староград. Ему хотелось бы увидеть императорский дворец, центральную площадь города, а также знаменитые фонтаны, о которых он много слышал от Гольдштейна.
Дорога к воротам заняла больше часа. Благополучно выехав из города, отряд отправился на север. Навстречу то и дело попадались богатые кареты, телеги,
