на Нанасару. – Юноша умен и быстро поймет, у кого здесь реальная власть. И тогда он сам придет к нам.
– Вот так, да? – Ясасий погладил пальцами клинок. – Нет, не выйдет. Я отказываюсь.
– И как тебя понимать? – удивился Джох. – План согласован и принят единогласно – ну, за твоим исключением. Ты намерен в одиночку идти против Даорана?
– Видишь ли, пресветлый граф Джох, – ядовито сказал Ясасий, – случилось так, что Рита требует моей головы. Она хочет, чтобы я отрекся от титула и передал его своему малолетнему сыну, после чего намерена засадить меня в подземелье. Как вы сами прекрасно понимаете, пресветлые рыцари, у меня не осталось никакой возможности решить дело мирно. Либо я веду ее под венец, либо…
…либо она ведет меня к прокурору, непрошенно всплыла в голове Симы реплика из старой, еще плоской комедии. Тьфу. Какие еще здесь прокуроры?
– Твои проблемы, Ясасий, – граф Судзука стукнул кулаком по подлокотнику. – Ты решил узурпировать трон, ни с кем не посоветовавшись, теперь сам и расхлебывай. Рита вполне еще может остыть, особенно если ты надлежаще извинишься перед ней. Умственно она все еще ребенок, как обиделась, так и простит. Но если нет, то мы не намерены из-за тебя рисковать какой-никакой, а стабильностью, достигнутой в последние годы.
– Значит, все против меня? – Ясасий отступил к выходу из зала, словно опасаясь внезапного нападения. – Я все еще граф Титамана, вы не забыли? Именно Титаман является южным гарантом соглашений! Вы хотите, чтобы война между Севером и Югом началась снова?
– Пиласта не поддержит расторжения перемирия! – резко сказал Курабира. – Да и Феерия – тоже. Мы не допустим, чтобы ты сыграл на религиозных вопросах. Ты получишь войну не между Севером и Югом, Ясасий, а между Титаманом и объединенным Сайлаватом! И мы еще посмотрим, кто именно в Титамане захочет тебя поддержать. Не делай глупостей, Ясасий, о которых потом пожалеешь.
– Ну что же… – Ясасий вдруг успокоился, и его лицо стало безмятежным. Сима же, напротив, напрягся. Вот оно! Как по нотам. – Значит вы и принцесса не оставляете мне иного выхода. Видит Всевышний, я старался избежать такого исхода. Стража! – во весь голос рявкнул он.
В дверь зала вошел офицер в шплинт-кольчуге с белой повязкой на рукаве.
– Действия по второму плану! – приказал Ясасий. – Немедленно.
– Есть! – кивнул офицер. Он выхватил из-за пояса небольшой рог, поднес к губам и с силой подул. Высокий чистый звук заполнил зал, и тут же затопотали тяжелые сапоги вбегающих в зал солдат. Те из графов, кто еще сидел, повскакивали на ноги.
– Сдайте оружие, пресветлые рыцари, – в голое Ясасия зазвучали победные нотки. – Я устал играть в игры. Сайлавату нужен новый король, и с вашей поддержкой или без нее, но я им стану. Сдайте оружие, и никто не пострадает. Во всяком случае, сейчас.
– Ясасий, ты страшно пожалеешь о том, что делаешь! – прошипел Пригон.
– Возможно, – пожал плечами тот. – Но возможно также, что ты об этом так и не узнаешь. Сдавайте оружие, рыцари, и не смотрите на меня с такой ненавистью.
Молодец, Ясасий. Спасибо тебе огромное за твою непроходимую тупость и самоуверенность. Ты поступил именно так, как мне нужно. Теперь главное, чтобы выжил хотя бы один свидетель лояльности к короне самого Симы. Идеально – Нанасара, но тут уж как повезет. Граф Мейсары сунул руки в карманы камзола и сильно сдавил пальцами два маленьких кристалла, после чего незаметно метнул один из них по полу в дальний угол зала. Потом шагнул вперед, выдернул кинжал из ножен и демонстративно бросил его на пол.
– Надеюсь, Ясасий, ты еще одумаешься, – сухо сказал он и шагнул к выходу из зала.
– Смотрите! – воскликнул один из солдат. – Что там такое?
Сима сделал еще два шага к выходу и только затем обернулся. Он знал, что увидит, но продемонстрировать удивление наравне со всеми необходимо. В зале крутился, быстро набирая силу и наливаясь багровой угрозой, голубоватый смерч Прорыва. Граф Мейсары быстро сделал еще пару шагов к двери, отступая. Второй кристалл должен надежно защитить его от чудовищ, но все же рисковать не стоит. И очень хочется надеяться, что кристалл-приманка, загодя вшитый в подкладку камзола графа Ясасия подкупленным слугой, и защитный амулет Симы тоже сработают как положено.
Остальные все еще непонимающе пялились на открывающийся псевдопортал, когда из него вырвалась первая стая огненных шершней.
23.07.1433, земледень. Цетрия, Академия Высокого Стиля
Май где-то раздобыл огромное сверло и пытался проделать в ее голове огромную дыру, чтобы использовать ее вместо вазы. Отстань от меня, я – плохая ваза, пыталась убедить она, но он, как всегда, не слушал и продолжал усердно бурить, из-за чего все вокруг звенело и тряслось.
– Мира, да проснись же! – далекий знакомый голос. – Вот засоня! Подъем, подъем! Кто спит, того убьем!
Мира попыталась разлепить глаза, в которые словно песка насыпали. Трель тревожного звонка, разносящаяся по дормиторию, буровила уши, и барабанные перепонки грозили вот-вот лопнуть.
– Что случилось, Бо? – хриплым со сна голосом спросила она. – Почему тревога?
– Откуда я знаю? – отмахнулась Бохака. Она стянула с себя пижамную куртку и начала надевать блузу. – Вставай!
– Сколько времени? – осведомилась Мира, нехотя вылезая из-под одеяла. – Темно же на улице.
– Часа три ночи, наверное, – откликнулась Хана. Она уже оделась и стояла у двери, выглядывая в коридор. – И что нам делать?
– Вниманию всех кадетов! – прокричала в коридоре Грампа. – Вниманию всех кадетов! Боевая тревога! Всем срочно одеться и спуститься в холл дормитория. Повторяю, всем срочно одеться и спуститься в холл дормитория!
Звонок в коридоре продолжал трезвонить.
– Боевая тревога? – ошарашенно спросила Мира, лихорадочно одеваясь. – Что могло случиться? На нас что, напали?
Дверь резко распахнулась, едва не стукнув увернувшуюся Хану по лицу.
– Всем вниз! – заорала заглянувшая в комнату Сёя. Староста выглядела растрепанной и помятой, что ничуть не сказалось на ее энергичности. – Всем вниз, живо!
И она бросилась дальше.
– Мирка, кончай копаться! – раздраженно сказала Бохака. – На лестнице застегнешься. Идем!
Коридор уже заполнился кадетами, на ходу поправлявшими форму и протирающими заспанные глаза. В общем потоке Мира с подругами спустились в холл, быстро заполняющийся кадетами. Часы на стене показывали без десяти четыре. Госпожа Сиори и господин Саомир стояли у входа в холл, подтянутые и бесстрастные. Чуть поодаль от них держалась та горничная, что вела занятия вместо госпожи Исуки.
– Тишина! – громко сказала Сиори, когда кадеты перестали прибывать, и плотно забитый возбужденно переговаривающимися подростками холл мгновенно затих. – У меня важное объявление. Четыре часа назад в Цетрии случился новый Прорыв – прямо во дворце
