выглядел как тупик. Но это был не тупик. Справа открылся узкий проход, едва достаточный для человека, и он провел нас через него.
— Первые десять ходов в лабиринте всегда одинаковы. Именно там вы сталкиваетесь с первым препятствием. Затем маршрут к центру меняется.
— Что значит — маршрут меняется? — потребовал ответа Кэррион.
— Я имею в виду, что он, черт возьми, меняется. Стены двигаются. Вперед!
Кэррион побледнел, но побежал. Меня не так уж волновало, что стены двигаются. Меня больше беспокоило слово — препятствие. И тот факт, что Фишер застрял здесь более чем на сто лет. Он бы не сказал нам идти сюда, если бы не считал это самым безопасным вариантом.
Мы снова повернули вправо. Лоррет проскочил поворот, его занесло. Он врезался в стену впереди, но поднялся и побежал дальше. Потрясающе. Не только стены были из обсидиана, но и пол.
— Налево! Налево! — крикнул Фишер.
— Скажи мне, что у тебя есть план. — Общаться мысленно, когда ты бежишь наперегонки со смертью, было гораздо проще.
Фишер ответил:
— Да, у меня есть план.
— Отлично. И какой же?
Он ответил сразу же.
— Ты.
— Что значит — я? — Он шутил. Если так, то его чувство юмора было почти таким же плохим, как у Кэрриона.
— Через минуту, — сказал он.
Я уже собиралась сказать «нет, сейчас», но тут мы вышли из прохода, и у меня внутри все перевернулось. Там, в центре открытого пространства стоял монстр, который, как я думала, существует только в кошмарах. В Зилварене было много пауков. Песчаные пауки-ловушки размером с обеденную тарелку, которые, пока ты спал, с помощью слюны лишали чувствительности твои пальцы и съедали их. Но это… это было…
— Твою мать! — Кэррион поскользнулся и шлепнулся на задницу, едва не столкнувшись с этим чудовищем. Оно было в три раза выше взрослого мужчины и имело больше ног, чем я могла сосчитать. Заднее брюхо представляло собой мясистую луковицу, испещренную красными и черными пятнами и покрытую грубыми длинными волосами. Но потом… у меня все внутри перевернулось, когда я рассмотрела его остальную часть. Его передняя часть выглядела как человек. Мужской торс со вздутым животом. Тонкие, изможденные руки. Пряди жирных черных волос прилипли к лысой голове. Ушей не было. Глаза и нос тоже отсутствовали. Его лицо состояло только из массивного круглого рта с концентрическими рядами зазубренных зубов.
Оно издало пронзительный вой, мотнуло головой в сторону Кэрриона, и Фишер изрыгнул проклятие.
— Не двигайся, Свифт.
— О чем ты, черт возьми, говоришь! — отозвался Кэррион. — Я совершенно точно собираюсь двигаться.
— Оставайся на месте, мать твою, — прорычал Фишер. — Он тебя не видит и не слышит. Он чувствует движение.
— Но…
— Пошевелишься — умрешь, — рявкнул Фишер.
— Лааадноооо.
Лоррет прильнул спиной к стене, прижимая к груди Авизиет.
— Я чертовски ненавижу пауков, — сказал он.
— Это не паук. Это Мортил. Демон. Он парализует тебя своим жалом и съест живьем, если поймает. Медленно. В течение нескольких дней…
— Пожалуйста, перестань болтать и скажи, что нужно сделать, чтобы меня не сожрали, — проскулил Кэррион.
Фишер обхватил мизинцем мой палец и прерывисто выдохнул.
— У нас есть только один шанс, — сказал он. — В этой пещере есть три выхода. Два из них ведут в другие пещеры, и мы точно не хотим попасть в них. Поверь мне.
Лоррет даже не моргал с тех пор, как увидел демона.
— Но ты сказал, что стены двигаются. Как, черт возьми, нам выбрать правильный путь?
Фишер медленно повернул голову и посмотрел на меня краем глаза.
— В центре этого лабиринта есть портал с ртутью, Саэрис. Ты должна найти его.
— Что?
Демон-паук мотнул головой в мою сторону и подался вперед. Он сделал шаг, его длинные тонкие ноги двигались синхронно, и Кэррион застонал. Его передняя правая нога зависла в воздухе прямо над ним. Если бы она опустилась, то приземлилась бы прямо ему на голову.
— Не торопись, Фейн, но если ты сможешь быстро найти эту ртуть, я буду тебе очень признателен, — сказал он голосом на три октавы выше обычного.
Мое первоначальное удивление по поводу того, что Фишер рассчитывает на меня, рассеялось. Теперь у меня была задача. И я была уверена, что смогу ее выполнить.
— Большой? — спросила я.
Фишер сжал мою руку.
— Большой.
Я закрыла глаза и сосредоточилась.
Потребовалось совсем немного времени, чтобы почувствовать ртуть. Она была здесь, кричала вместе с измученными душами Гиллетри.
Аннорат мор!
Аннорат мор!
Я открыла глаза и посмотрела в ту сторону, куда нам нужно было идти.
— Туда, — сказала я. — В ту сторону.
— В какую сторону? — нервно переспросил Кэррион.
— Проход в дальнем левом углу, — сказал Фишер.
— Прямо за этим чертовым демоном?
— Оставайтесь на месте и ждите, пока я не скажу вам двигаться, — сказал Фишер.
Лоррет поудобнее перехватил Авизиет, изучая помещение.
— Как мы это делаем?
— Есть. Хочу есть. — Оскаленный рот демона не шевелился. Хриплые слова как-то сами собой вырвались из его горла. Он вытянул передние лапы, ощупывая воздух в поисках добычи.
Лоррет скорчил гримасу ужаса.
— Ургх! Только не нас!
Если нам удастся выбраться из этого места, я буду травмирована на всю оставшуюся жизнь. Фишер встречался с ним не единожды. Не зная, какой путь выбрать. Демон ловил его? Неужели…
Нет. Не думай об этом. Не сейчас.
Я выдохнула и взяла себя в руки.
— Брось камень и отвлеки его, или еще что-нибудь, — сказал Кэррион.
— Это не сработает. Он умнее, чем кажется. Он может определять размер движущихся объектов. Однако он не может различать крупные объекты, расположенные близко друг к другу. Если мы прижмемся к стене и будем двигаться медленно, то сможем обойти пещеру по периметру, а потом убежать.
— А что делать мне? — спросил Кэррион.
— Ты будешь очень медленно ползти по
