сюда доберутся. Видимо, это была та соломинка, которая перетянула всеобщее мнение к одному итогу – только город способен всех защитить.
И надо сказать, несмотря на напряженную ситуацию, никакие работы не встали и даже наоборот, едва ли не ускорились. Мне пришлось выступить в роли Госплана и главного архитектора. С Житко и Вышеславом составили план города, посмотрели, где что строить, и как соединять овраги, где ставить засеки, и какие места можно использовать для посадок и выпаса скотины.
Конечно, у Витька будут свои соображения, но все готовы были оказать ему хоть какую-то помощь. А в целом город жил обычной жизнью, только как-то особенно обостренно воспринимая каждую мирную минуту. А мне так вдвойне тоскливо – пропала собака, видимо, почувствовала свой конец и ушла в лес умирать. Грустно. Что-то не то с этим переносом. Вот и родить никак не могу. Раньше никаких проблем с этим не было, а теперь два года прошло, и ничего.
Глава 3. Беда одна не ходит
На Руднике пришлось задержаться на целый день. Из трофеев ничего себе не взяли, было поначалу у Явана желание прибарахлиться, но посмотрел на добычу, спросил моего мнения и оставил эту идею. Да ещё объяснил бойцам, что нам такого дерьма не надо. А вот лошадей забрали, правда, их всего три штуки было, но и то хорошо. А все остальное – оружие, доспехи, вещи поделили между собой Шумат и Кугерге, чем остались весьма довольны. Удачно получилось, что у нас никто не пострадал. По нам не стреляли, надеялись на рукопашную и свой численный перевес, а до этого дело не дошло.
Поговорить о делах и планах с Кугерге мы не сумели, не до того было. Да и возбуждение после схватки еще не прошло, чтобы спокойно рассуждать и строить прожекты. Но общее застолье устроили, Кугерге для всех выставил угощение, нашлось немного и огненной воды, у каждого из старейшин оказался небольшой запас, да и я свой добавил, так что губы помочить и выпить за победу хватило всем.
Много расспросов вызвали новые гранаты, для удовлетворения любопытства пришлось даже одну потратить, показать и объяснить, что это такое. Впечатлило. В общем, договорились встретиться в городе через две недели, обсудить ближайшие планы на весну и наши совместные действия против булгарских купцов. На следующий день тронулись в обратный путь – мы на лошадях по реке, Шумат со своими охотниками на лыжах напрямую через лес. Свои трофеи старейшина доверил везти нам, сказав, что встретит нас в поселении и их заберёт.
Он нас действительно встретил на берегу, только вид у него был какой-то понурый и встревоженный. И рядом с ним крутился один из наших бойцов. У меня как-то сразу нехорошо стало на душе.
– Что случилось, Шумат?
– Вон от твоих солдат прибежал, пусть он и рассказывает. Хотел тебе навстречу бежать, да я не пустил, сказал, что ты скоро сам здесь будешь.
– К нам в город добрался гонец из Пьянска, поселения Паруша. С ним старейшина сообщение передал. Говорит, что его охотники заметили большой отряд конных, похожий на тех, что ты уничтожил в прошлом году. Идут с верховьев Суры. Заметили их в районе нашего карьера, за пять дней пути до поселения. Сам гонец бежал два дня напрямую по лесам. Паруш передал, что если это идут за данью, то он будет защищаться, никого отдавать не будет. И просил помочь, как ты обещал. Сильно просил.
– От бляха-муха, – не выдержал я. – И сколько этих гостей?
– Как рассказывали охотники, не меньше, чем в прошлый раз.
– А что в городе?
– Всё спокойно. Вышеслав всех бойцов собрал, разведку далеко выслал, но никого не видно. Ждёт тебя.
– Да-а-а, интересные дела пошли. Чем дальше в лес, тем толще партизаны.
Тут я немного задумался, хотя думать-то и не о чем было. Паруш мне нужен, край как нужен, не меньше, чем Кугерге, так что придётся и ему помогать. Вот только успеем ли со своей помощью?
– Что будешь делать, Вик? – спросил Шумат.
– А у меня есть выбор, старейшина? Мы с тобой вместе разговаривали с Парушем, и я обещал ему свою помощь. Нам нельзя, чтобы его уничтожили, он для нас обещал зерно вырастить. Без этого нам не прожить. Так что придётся мне теперь и туда торопиться. Вот завтра с утра и пойду. Сегодня людям надо дать отдохнуть, да и припасы пополнить.
– Раз ты пойдёшь, я тоже своих охотников отправлю, мы вместе с тобой говорили, и я согласился. Только сам не пойду, устал. Маска воинов поведёт. Двадцать охотников пойдёт, как к Кугерге. Жди их с утра у себя, затемно пойдут.
– Вот спасибо, Шумат, – и от избытка чувств я обнял старейшину. – Это хорошая поддержка. Маска, стрелков бери, и стрел с железными наконечниками побольше. Не жалей, живы будем – ещё для вас сделаем.
Обернувшись к своим, спросил:
– Все всё слышали? Так что вперед, орлы, давайте быстрей в город, там всё и решим.
И мы отправились, гнать, конечно, не стали, лошади нам ещё понадобятся, но и время зря не теряли. Добравшись до города, увидел, как на лицах появились улыбки, как же, защитники вернулись, и все целые. Даже обычно невозмутимый Вышеслав заметно перевел дух, как будто всё это время не дышал. Чтобы успокоить людей, пришлось произнести небольшую речь.
– Люди, други. Мы победили! Банда вся уничтожена, у нас никто не пострадал. Нам помогли гранаты, сделанные вашими руками, наше воинское мастерство, которое мы постоянно тренируем, и уверенность в правоте нашего дела. А сейчас к нам идут новые враги. Но и они будут уничтожены. Мы их уже били, но сейчас они грозят напасть на наших союзников и соседей. Так что, мастера, всех зову на совещание, будем решать, что делать. А всем остальным – спасибо за заботу и поддержку.
Быстро перекусив с дороги, устроили военный совет. Никаких новых сведений не поступало, и приходилось пользоваться тем, что было известно.
– Так, мастера, что думаете по этому поводу?
Первым вполне ожидаемо заговорил Виряс.
– Надо помочь, Вик. Не устоять Парушу, он обычно в таких случаях всегда в леса всех уводил, а тут почему-то решил обороняться.
– Ты не торопись, друже. Речь ведь идет не о том, помогать или нет, а о том, как это сделать. Вот давай с тобой посчитаем. С того времени, как увидели врагов охотники, бежать им до поселения два дня. Ещё два дня бежал гонец. Так что завтра поселение
