Как же оценить общий эффект государственной экономической политики? Напомним, что неожиданное изменение структуры совокупных расходов вызовет безработицу, даже если их совокупный объем не изменится. Когда правительство принимает решение послать космонавтов на Луну, принять на вооружение новый военный самолет, ограничить импорт нефти, субсидировать железные дороги, ввести строгие нормы безопасности в промышленности, полностью обеспечить потребности страны в энергии за счет внутреннего производства, поощрять покупку домов в кредит, увеличить мощности сталелитейной промышленности, возвращая часть налога фирмам, которые осуществляют инвестиции, - когда правительство принимает такие решения, оно подает сигнал трудовым и другим ресурсам двигаться в определенном направлении. Оно побуждает людей сменить место жительства, приобрести новые знания и новую профессию, вложить ресурсы в определенные проекты. Любое последующее изменение планов и приоритетов правительства означает, что это перемещение ресурсов было отчасти ошибочным и, таким образом, порождает безработицу. Меняющиеся сигналы, поступающие от правительства, могут также вызывать прилив инвестиций в тех отраслях, которые стараются приспособиться к быстрым переменам в государственной политике. Так на чем же основывается наша уверенность в том, что решения именно частного сектора являются фактором дестабилизации, и они должны быть компенсированы решениями правительства?
Достоинства и недостатки теорий, построенных на агрегатных показателях
Проблему спадов и безработицы трудно обсуждать, не используя такие агрегированные показатели, как совокупные потребительские, инвестиционные и государственные расходы, налоговые поступления, совокупный спрос, национальный продукт и национальный доход. Вместе с тем важно учитывать, что эти показатели скрывают саму суть проблемы, которую мы пытаемся разрешить. Дело в том, что совокупный национальный продукт - это сумма продукции нескольких миллионов фирм, производящих различные блага при постоянно меняющихся условиях как со стороны издержек, так и со стороны спроса. Издержки и спрос для разных фирм могут изменяться в разных направлениях и с разной скоростью. Именно эти различия и связанная с ними неопределенность как раз и являются первой причиной спадов.
Вспомним, что спад - это не просто замедление темпов экономического роста. Это такое замедление, которое оказывается неожиданным и потому разрушительным для большого числа (но не для всех!) производителей, обнаруживших, что их ожидания будущих прибылей были излишне оптимистичны. Спады начинаются оттого, что в экономике накопились многочисленные дисбалансы. Глубину спадов можно измерять с помощью высокоагрегированных показателей. Но их нельзя до конца понять и тем более контролировать, если не обращать внимания на изменения издержек и спроса для различных отраслей, регионов, и даже фирм.
Попытки бороться со спадом, стимулируя совокупный спрос, исходят из того, что спады более однообразны и однородны, чем они есть на самом деле. Расширение спроса может прервать падение производства в определенных отраслях и у определенных фирм(а в этом и состоит сущность спада), только если это будет спрос именно на те товары, которые производят данные отрасли и фирмы. Конечно, в ходе спада большинство отраслей и, может быть, большинство фирм столкнутся с нежелательным соотношением между доходами и издержками. Но, во-первых, большинство - это еще не все, а во-вторых, среди испытавших неприятности будут и те, кому понадобится лишь немного подправить свои планы, и те, кто дойдет до банкротства и реорганизации. Учитывая все это, давайте посмотрим, что же произойдет, если правительство ответит на спад увеличением совокупного спроса.
Видимо, результат будет зависеть от того, как подобная политика изменит спрос на товары, покупаемые данными фирмами, и товары, продаваемые ими. Ведь возросший спрос может увеличить не только поступления от продаж, но и издержки по приобретению ресурсов. К тому же вспомним, что ресурсы не являются полностью взаимозаменяемыми и производители не могут сразу перестать выпускать товар Х и перейти к производству товара У, как только спрос на Х снизится, а на У - возрастет. Не означает ли это, что политика стимулирования совокупного спроса облегчит жизнь одним фирмам, но затруднит ее другим?
Как рост государственных расходов на производство самолетов в штате Миссури повлияет на безработицу среди лесорубов Орегона
Великая депрессия породила теории экономических колебаний, оперирующие высокоагрегированными показателями. Это вполне объяснимо. Лишь такая теория может предложить достаточно простое (а значит - доступное) лекарство для больной экономики. В 30-е годы все ждали именно такого быстро осуществимого решения. Трагедия Великой депрессии отчасти объясняется робостью правительств, не решившихся прибегнуть к радикальным мерам для повышения совокупного спроса, когда это следовало сделать: события 1929-1933 гг. не были "обычным" спадом. Какими бы ни были обстоятельства, приведшие к долгой и глубокой депрессии, к 1933 г. накопилось уже достаточно оснований для принятия правительством решительных стимулирующих мер: возможный выигрыш был очень велик, а риск невысок.
Но в отличие от политиков 30-х годов, которые не смогли распознать экономическую катастрофу и принять соответствующие меры, сегодняшние политики виновны скорее в том, что столь же необоснованно подходят к каждому экономическому спаду как к катастрофе. Иначе трудно объяснить то доверие к фискальной политике, которое сегодня все еще испытывают многие государственные деятели и большая часть избирателей.
До середины 60-х годов президент и большинство в Конгрессе США верили в то, что дискреционная (т. е. "неавтоматическая") фискальная и денежная политика является эффективным средством стабилизации экономики. Последующие годы, как известно, были отмечены экономической неустойчивостью. Конечно, возможно, что это простое совпадение, и неустойчивость была вызвана внешними силами (например, политикой ОПЕК и мировыми аграрными проблемами). Сторонники манипулирования совокупным спросом будут, разумеется, настаивать на внешних причинах, объясняя, почему усиленное применение отстаиваемой ими политики сопровождалось усилением нестабильности. Но было ли это простым совпадением или, напротив, закономерным явлением, факт остается фактом: наиболее быстрая инфляция и высокая безработица после второй мировой войны наблюдались после того, как две основные политические партии страны провозгласили приверженность политике "тонкой настройки" экономики посредством манипулирования совокупным спросом.
Может быть, напуганные опытом Великой депрессии, мы вообще обращаем слишком много внимания на совокупный спрос? Что можно предпринять для улучшения экономической ситуации, если ориентироваться на предложение? Этот вопрос обсуждается в гл. 20.
Повторим вкратце
Основными средствами манипулирования совокупным спросом, которые доступны федеральному правительству, являются фискальная и денежная политика. Фискальная политика направлена на то, чтобы смягчить колебания совокупного спроса с помощью бюджетного дефицита или избытка. Денежная политика преследует ту же цель, но через изменения резервов коммерческих банков и норм резервирования.
Восходящее к 30-м годам убеждение кейнсианцев в беспомощности денежной политики после второй мировой войны постепенно уступило место признанию ее эффективности для борьбы с инфляцией и даже с небольшими спадами.
Монетаристы, кроме того, пытались доказать, что приписываемые фискальной политике успехи на самом деле являются результатом попутно осуществляемой денежной политики.
При некоторых обстоятельствах дефицит государственного бюджета может привести не к дополнению, а к вытеснению частных инвестиций. В других условиях, например, при глубокой и продолжительной депрессии, бюджетный дефицит может быть необходим для придания большей эффективности денежной политике.
