тебя, и… — я запнулась, пожав плечами и не желая говорить вслух, что мне действительно нравились мои маленькие беседы с профессором Титаном. Потому что, да, я поняла, что в какой-то степени вжилась в эту роль, полагаясь на него, и мне нравилось иметь с ним отношения типа отец/дочь, хотя я знала, что на самом деле мне следовало бы поддерживать эти отношения с моим ДНК-отцом и все такое. Но с Титаном это было как-то проще.
Габриэль колебался, рассматривая меня в течение мгновения, затем, наконец, кивнул. — Я буду снаружи, — сказал он, и я знала, что он понимает это больше, чем другие, потому что у него были похожие отношения с Биллом. — Никаких заглушающих пузырьков.
Я улыбнулась ему, когда он наклонился, чтобы быстро поцеловать меня в губы, затем он вышел в коридор и закрыл за собой дверь, оставив меня улыбаться Титану неловкой улыбкой, когда я опустилась в кресло.
— Я скучал… — Титан прервал себя, когда зазвонил его Атлас, и он бросил на него быстрый взгляд, прежде чем заставить его замолчать и извиниться передо мной.
— Я тоже по вам скучала, — пролепетала я, и он на мгновение окинул меня пустым взглядом, а затем усмехнулся.
— О, я просто хотел сказать, что пропустил26 последнее обновление мистера Плуто о твоих успехах на консультациях, — объяснил он, и мое лицо вспыхнуло, когда я осознала, что я только что сказала ему, как гребаная чудачка.
— Эээ… — я втянула губы между зубами и умоляла диван проглотить меня, но он, конечно, не сделал этого, как полный мудак. Мне даже нечего было сказать на это, потому что у меня не было ни одного сеанса с мистером Плуто, благодаря тому, что Райдер заплатил ему за меня, так что теперь я просто пялилась.
— Но я, конечно, тоже по тебе скучал, — сказал Титан, избавляя меня от страданий. Хотя теперь я знала, что это было просто попыткой заставить меня чувствовать себя лучше, что было еще более неприятно.
— Не знаю, зачем я это сказала, — пробормотала я, глядя на свои туфли и молясь звездам, чтобы Габриэль не подслушивал это дерьмовое шоу.
— Ну, я думаю, что знаю. Я знаю, что это моя работа — посещать эти сеансы и присматривать за тобой, но мы двое образовали… родственную связь, если так можно выразиться. Нас связывает наше горе и более чем несколько общих интересов, помимо роли учителя и ученика. Я тебя тоже очень люблю, и мне приятно слышать, что ты чувствуешь то же самое.
По какой-то чертовой причине мои глаза заблестели от его слов, и я скорчилась, как неловкая утка, пытаясь понять, что с ними делать.
— Итак, — продолжил Титан, избавив меня от необходимости придумывать ответ на это, потому что у меня уже не было ничего, что можно было бы сказать. — Многое произошло с тех пор, как мы в последний раз проводили подобную встречу. Ты вступила в связь с еще двумя фейри и сыграла важную роль в перестройке культуры банд в Алестрии, которая может значительно изменить образ жизни каждого жителя этого города изо дня в день. Это очень важно, Элис. Не говоря уже о том, что ты нашла своего отца. И что теперь ты член одной из самых могущественных семей во всем королевстве.
Я рассмеялась и немного неуютно пошевелилась на своем месте.
— Ты хочешь поговорить об этом? Судя по фотографиям, которые я видел во всех газетах, ты полностью посвятила себя своей новой семье.
Мой рот несколько раз открывался и закрывался, как у рыбы, а затем я внезапно разрыдалась, зарывшись лицом в ладони.
Я попыталась отгородиться от мира, когда мои стены разрушились, и все это обрушилось на меня, как тонна кирпичей. Именно поэтому я держалась в стороне от Марлоу и остальных Альтаиров. Они были моей новой семьей. Но я не была готова отпустить свою старую. Почему мне казалось, что одно так неразрывно связано с другим? Как будто позволить себе погрузиться в идею быть Альтаиром, иметь больше людей, которым на меня не наплевать или которые хотят стать для меня кем-то, означало отпустить Гарета и все, чем он был.
У него даже не было того же отца, что и у меня, так что он был для них никем. Буквально. Просто грустная история о мальчике, которого они никогда не знали и о котором узнали только через меня. Конечно, они могли сочувствовать мне, но не более того. А я не была готова оставить его позади, чтобы броситься в их мир.
Диван просел рядом со мной, и Титан неуверенно обхватил меня за плечи, нежно поглаживая, когда я прижалась к его груди и просто позволила себе выплакаться.
Меня еще никогда не обнимали таким образом. Не кто-то, кто был заинтересован только в моем благополучии. Кто-то, кто не хотел от меня ничего, кроме того, чтобы я чувствовала себя лучше. Конечно, у меня были мои короли, и Гарет неизменно утешал меня, когда мне было грустно. И мама обнимала меня, когда я была маленькой, но с возрастом между нами образовалась дистанция, которая больше не позволяла этого делать. Она всегда называла меня сильной и шутила, что мне никто не нужен. Но это было неправдой. Мне нужны были родители. Я просто не знала, как попросить ее стать для меня таковой, когда она явно боролась со своей собственной болью. Гарет всегда был тем, кто заботился обо мне. С тех пор, как мы были маленькими детьми. Но это никогда не должно было быть его работой.
— Марлоу кажется милым, — вздохнула я, когда мне удалось достаточно сдержать слезы. — Я имею в виду, он еще не совсем оправился после того, как… потерялся в джунглях, — ложь имела горький вкус на моих губах, но я не могла рассказать Титану правду о том, где он был или кто его нашел. Официальная версия гласила, что Марлоу узнал о беременности моей мамы до того, как он пропал, и именно так они обнаружили меня. — Но он просто хочет от меня многого. Всего и сразу. Как будто он хочет вернуть все то потерянное время или что-то в этом роде, но я не могу просто отдать его. И я не могу просто притвориться, что взросление без него ничего не значило, даже если он не собирался бросать меня, как я думала…
Титан тяжело вздохнул, прижимая меня к себе достаточно крепко, чтобы я знала, что он не отпустит меня, пока я не отодвинусь, но и не сжимая
