выдержать кучу упрёков и критики в свой адрес. Тут я мог и сдаться, всё же родители вели слаженную атаку, но положение спасло моё юношеское упрямство. И, в конце концов, меня отпустили. Как я сейчас понимаю, с тайной мыслью: сам обломается. Но – не обломался и вытерпел весь четырёхлетний курс подготовки.
Не могу сказать, что он был слишком сложным, скорее задача ставилась отбить у потенциальных пилотов всякое желание покинуть родную планету. Все четыре года мурыжили нас конкретно: выжимали все соки на центрифугах, заставляли месяцами жить в невесомости, кормили древней дрянью с довоенных складов. Пару слов расскажу о наших мучениях.
Первый курс был посвящён нашему физическому состоянию. Тут были изматывающие кроссы в скафандрах, причём мучители частенько отключали систему кондиционирования. Были многочасовые кручения на центрифугах и разбор конструкций кораблей. На этой стадии отсеялись первые курсанты, решившие, что любоваться звёздами можно и с палубы прогулочного шаттла.
На втором нас вывезли на нашу орбитальную станцию и поселили в невращающейся секции. Понятно: нет вращения – нет псевдо гравитации. Так что весь семестр мы болтались в невесомости. И, если поначалу это было весело, то уже спустя несколько дней наш состав понёс новые потери – не каждому удавалось победить банальный сортир в невесомости. А отмывание, после неудачного посещений заветного кабинета «00» так же было не простым делом. Питание из древних тюбиков, на некоторых ещё сохранялась довоенная маркировка, так же поспособствовало прореживанию наших рядов. Те же, кто выжил к концу семестра, снова испытали на себе все прелести физ. подготовки.
Зато третий курс поначалу обещал нам много интересного. Начали мы с изучения основного корабля – Сайдвиндера. Это была, да и есть, наиболее распространённая в Галактике модель. Простая и надёжная. Но и тут нас ждал облом – мы-то ожидали полётов, а нас обрекли на копание в его потрохах, осваивание полевого ремонта и изучение его узлов. На наши вопросы: «А когда уже начнутся полёты?» – преподаватели туманно отвечали, что вот как только изучим мат часть, так сразу. И опять многие не дожили до этого «сразу». Целый семестр перед нами висела морковка – кто сдаст все зачёты по потрохам Сайдвиндера – тот получит допуск к полётам. Сдали. Кто смог. И… получили следующую. Типа на последнем курсе будут полёты.
И на четвёртом мы начали, наконец, летать. Вокруг станции. Отрабатывали взлёт-посадку. Отрабатывали патрулирование в составе звена. Даже каботажные полёты – от нашей станции до соседней.
Несмотря на наличие бортового вооружения, пострелять нам не дали. На все наши вопросы отвечали: «А зачем это вам? Сейчас войны нет, сектор мирный. А если что – вон полиция есть. Она и разберётся».
Так что вся наша подготовка свелась к не напряжным полетушкам. Но это было уже хоть что то.
Всё же когда ты сидишь в кабине пусть крохотного, но независимого кораблика и только от тебя зависит, куда он двинется – эти чувства с лихвой компенсировали мучения всех предыдущих лет. Те немногие из нас, которые дожили до этого момента, отрывались по полной. И, увы, те, кто потерял голову, были отчислены по причине «лётная недисциплинированность». К счастью, мне удалось этого избежать, и я попал в скромное число выпускников. До финиша нас дошло около двух десятков, притом, что на первом курсе нас было около трёх сотен.
На выпуске нам вместе с прощальными словами нам выдали личные карточки пилота. Эдакий паспорт, куда уже были занесены наши физические и психологические данные. Перед нами раскрывался, наконец-то, весь космос – с одним ограничением. Психологический контроль. Этот судья был неподкупен, по крайней мере, так нам втолковывали. И был Судьёй последней инстанции для начинающих пилотов. Он сравнивал наши учебные успехи, наши психологические портреты, привычки и направлял нас туда, где наши таланты или их отсутствие могли наиболее полно раскрыться. По договору всех Сил Галактики новые пилоты имели равный шанс попасть на службу в Федерацию или Империю или куда ещё.
Согласно неписаной традиции на свидание с психологом шли по одному, и секрет назначения действительно оставался секретом. Если же ты был не согласен с назначением – ты мог ему и не следовать, но это навсегда закрывало для тебя путь в космос.
Как я и не оттягивал этот момент, пришла и моя очередь.
В душе я, как и все выпускники, надеялся получить направление либо в действующий флот, где, с учётом мирного времени карьера шла ровно по выслуге, либо в крупную транспортную компанию. Это давало шанс посетить дальние уголки изведанной Галактики. Немного ниже по престижности шло назначение в картографическую службу. В ней ты мог облететь массу звёзд в поисках неисследованных систем и заработать приличные деньги, заодно увековечив своё имя на карте, но мог и сгинуть, выпрыгнув около чёрной дыры или сверхгиганта. Рулетка.
Так что, зажав в потной ладошке свою карту, я подошёл к Судье.
Сунул карту в приёмную щель. Аппарат загудел и задумался. По моим ощущениям думал он долго – минут пять, я уж решил, что он завис. Уже начал оглядываться в поиске техника, как Психолог зажужжал своими потрохами и выплюнул мою карту вместе с распечаткой первого назначения.
Странно, но эмблема Федерации или Империи отсутствовала. Увы, большие дяди от меня отказались. Эмблем малых Сил также не было. Строка ниже, где должна была помещаться эмблема транспортной компании или иной фирмы, прельстившейся моими талантами, также была пуста.
Единственной заполненной была строка с указанием типа рекомендованного корабля. Там красовалось одно слово – Сайдвиндер.
Всё. Более ничего.
И что это должно означать? Чешу затылок и иду отлавливать техника. Благо курилка рядом, а в ней ясно видны несколько техников в серых комбезах.
– Извините, говорю, – по-моему, Психолог того, сломан.
Наверное, мой вид сказал им больше чем слова, они даже ржать не стали, а молча поднялись и подошли к аппарату. Прогнали тесты.
– Нет, всё верно, а что случилось то?
– Вот, – протягиваю им распечатку. Один из них взял, покрутил в руках, посмотрел на свет и передал дальше, по кругу. Когда все вдоволь насмотрелись и вернули распечатку мне, один, наверное, наиболее авторитетный, огорошил меня.
– Ты, паря попал… Конкретно!
– К-куда?
– В вольные пилоты. Станция обязана теперь выдать тебе этот Сайдвиндер, одну заправку и… и всё.
– И куда мне дальше?
– Да куда хочешь. Космос большой.
Сказать, что я был в шоке – это ничего не сказать. А вы встаньте на моё место. Только выпустился, надеялся на карьеру, полёты, исследования –
