типа сосисок с гарниром, котлеты с гороховым пюре и капустой, или что-то подобное. Учитывая немецкое происхождение дирижабля и всего экипажа, в основном предлагались блюда именно немецкой кухни.
Путешествие проходило достаточно интересно. Специально нанятый гид, рассказывал удивительные истории о каждом месте, над которым мы пролетали. При этом учитывая то, что публика на судне, собралась достаточно разношерстная, точнее собравшаяся в полет, не только из Германии, но и практически со всей Европы, свой рассказ, этот человек, мог повторить на трех языках. Правда по большей части, вещал он именно по-французски. Но его рассказы, пока мы находились над Европой, были очень интересными. Мы пересекли всю Италию, зависнув на какое-то время над Римом и Ватиканом, прошли над Грецией, хотя так вышло, что непосредственно над этой страной, мы захватили только пару часов, которые пришлись на вечер одного дня и столько же на утро другого, но так или иначе, прошли над Олимпом, и эта гора, честно говоря, не произвела на меня никакого впечатления. Так высокая скала поросшая лесом, почти до самой вершины, в общем ничего особенного. Хотя, если верить рассказанным историям, это место было чуть ли не колыбелью, всех греческих богов. Как они умещались на этой скале, было даже в какой-то степени смешно.
Очень интересно было лететь над Суэцким каналом, обгоняя огромные корабли, двигающиеся по тонкой серо-голубоватой ленте морского канала, соединяющего Средиземное и Красное моря, и дающего прямой выход в Индийский океан. Высота, как и было обещано была небольшой, и мне порой казалось, что я вижу людей, которые как муравьи копошатся на берегах рукотворного прохода, таща на себе какие-то соломинки или огромные листья каких-то растений.
Я хоть и приобрел перед поездкой, довольно компактный немецкий фотоаппарат, но честно говоря, очень сомневался, что из моих попыток выйдет что-то путное, поэтому, сразу же обговорил все нюансы с местным фотографом, и тот обещал мне, к окончанию рейса почти полсотни фотографий, сделанных в самых живописных местах.
Пройдя вдоль всего Суэцкого канала, дирижабль взял курс на юго-восток, и к утру следующего дня, обещал выйти на просторы, находящиеся над озером королевы Виктории. Может, если бы была возможность оказаться внизу, у меня и сложились, бы какие-то впечатления об этих местах, но с высоты птичьего полета. Я воспринимал, все это как-то отчужденно. То есть я разумеется прослушал рассказ, нашего гида о том, что озеро было открыто тридцатого июля 1858 года английским путешественником и исследователем Джоном Хеннингом Спиком. До этого момента оно носило название Ньянза, что собственно и значило — Озеро. И так как конкретного имени озеро не имело, назвал его в честь Королевы Виктории. Он же и определил, что именно отсюда, берет начало знаменитая река Нил.
Вернувшись в Лондон, он провозгласил в Королевском географическом обществе открытие истока реки Нил. В 1860 году Спик возглавил ещё одну экспедицию на озеро Виктория, в ходе которой открыл реку Кагера, которая впадает в озеро, а также реку Виктория-Нил, вытекающую из него и образующую при слиянии с Голубым Нилом реку Нил. Спустившись по реке Виктория-Нил, а затем проделав тот же путь и по суше, он тем самым доказал, что обнаружил исток Нила. Тем не менее споры в Европе продолжались до возвращения экспедиции Генри Стэнли, корреспондента газеты «New York Herald Tribune» и известного путешественника. Он совершил три экспедиции в Африку, в одной из которых отправился на озеро Виктория и подтвердил утверждение Спика.
Ничего интересного из этих слов я для себя так и не нашел. Честно говоря, было бы гораздо интереснее, если бы гид рассказал, о том, кто живет, на его берегах, какие животные там водятся, упомянул о растениях и рассказал бы о чем-то еще. А так он просто перечислил общеизвестные факты, вычитанные скорее всего в энциклопедии. Что же касается местных племен, мне кажется сейчас, для него, да и большинства людей, в Африке обитают только — негры. На какие там племена они делятся, и на каких языках разговаривают, большинство людей это не интересует. Честно говоря, истории касающиеся Италии и Греции были намного интересней.
За ночь, дирижабль преодолей расстояние, между озерами Виктория и Танганьика, и далее двигался вдоль одного из самых длинных озер планеты. Этот рассказ был гораздо более интересным, чем вчерашний, и я с удовольствием прислушивался к нему. Оказалось, что многие обитатели озера Танганьики имеют сходство с морскими животными. Это объясняется якобы тем, что озеро образовалось в древний период и ни разу за свою историю не пересыхало, вследствие чего фауна не вымирала, но постоянно пополнялась новыми видами, формировавшимися в ходе эволюции. Помимо этого, Танганьика на протяжении значительного времени была бессточным водоёмом, поэтому её животный мир развивался в изоляции от соседних водных объектов, и сейчас в нем обитают такие животные и рыбы, которые не водятся более нигде в других местах.
К вечеру девятого октября, погода начала немного портиться. Вначале ветер изменил свое направление, начав дуть на юго-восток, затем капитан по громкой связи предупредил о том, что мы попали в полосу какого-то там циклона, грозящего перейти в Тропический шторм, из-за чего, наша скорость немного возросла.
— Уверяю вас, никакой опасности это не вызывает, за исключением, пожалуй, того, что из-за увеличившейся скорости движения нашего воздушного корабля, мы прибудем, к месту назначения, несколько раньше запланированного времени. Впрочем, благодаря выигрышу во времени, мы можем несколько задержаться у острова Святой Елены, и если эта скорость продержится хотя бы восемь-десять часов, то возможна организация экскурсии непосредственно на острове. С посещением могилы Наполеона Бонапарта.
Радостный шум, раздавшийся в кают-компании, был ответом, на объявление нашего капитана. Это действительно радовало. Одно дело разглядывать все это с высоты, и совсем другое прогуляться по знаменитому острову, до которого еще нужно добраться. Честно говоря, этот полет меня уже изрядно утомил, и я последнее время, уже не особенно вслушивался в монотонный рассказ гида, не слишком охотно принимал участие в организуемых мероприятиях, на судне, а чаще всего, уединялся в собственной каюте, либо валяясь с книжкой, либо сидя у окна, изредка посещая курительную комнату.
К вечеру разболелась голова, я зашел в бар, выпил пару бокалов рома, выкурил сигару, и отправился в свою каюту, попросив соседа не включать свет, по возвращении. Сказав, что болит голова и я лягу спать. Увы, даже принятое спиртное не давало мне уснуть, и я ворочался не в силах погрузиться в сон. Вдобавок ко всему, ветер, дующий за пределами дирижабля, похоже многократно усилился, и наше судно начало
